В Венгрии действую всего две воскресные украинские школы, а в Румынии - один лицей и две секции в румыноязычных лицеях.

5 сентября Верховная Рада приняла во втором чтении законопроект №3491-д "Об образовании". Новый закон вызвал вполне предсказуемую дискуссию в Украине. И - волну возмущения у соседей. Тоже, впрочем, отнюдь не неожиданную.

Закон, напомним, гарантирует право на обучение в коммунальных учреждениях (классах, группах) на языке этнического меньшинства наряду с государственным языком.

Особо недоволен Будапешт. 7 сентября министр иностранных дел Венгрии Петер Сийярто применил раскрученную Владимиром Путиным, приятелем премьера республики Виктора Орбана, фразочку о ножах в спину. "Украина вонзила Венгрии нож в спину, внеся изменения в закон об образовании, который сильно нарушает права венгерского меньшинства", - заявил глава МИДа, назвав украинский закон позорным. Еще он давил на евроинтеграционные планы Украины в том контексте, что это, мол, недопустимо для страны, которая "стремится развивать все более тесные отношения с Европейским Союзом". Сийярто добавил, что под угрозой оказалось функционирование большинства школ на Закарпатье, а права 150 тыс. украинских венгров нарушены.

Сийярто обидно, ведь Будапешт столько сделал для Украины. До такой степени обидно, что на 11 сентября министр даже вызвал на ковер украинского посла Любовь Непоп. Но это полбеды. Министр пообещал, что венгерская дипломатия больше не поддержит, а наоборот, будет препятствовать всем украинским инициативам в международных организациях, а также принятию важных для Киева решений. В ООН, ОБСЕ и Европейском Союзе Венгрия будет поднимать вопрос о внесении поправок в языковую статью закона Украины об образовании, добавил Сийярто.

В один день с первым заявлением главы венгерской дипломатии обеспокоенность выразила и Румыния. Госсекретарь Виктор Микула хочет обсудить закон во время визита в Киев на этой неделе. И в румынском МИДе также подчеркнули, что Конвенция о защите нацменьшинств обязывает государство признавать право представителя нацменьшинств на обучение на родном языке.

В Варшаве тоже не остались в стороне, но выражались даже несколько мягче, чем в Бухаресте. Ведомство Витольда Ващиковского пообещало следить за процессом реализации закона и помочь полякам с образованием, если будут трудности. При этом МИД Польши подчеркнул: "Украинская сторона последовательно заявляла, что целью закона, принятого 5 сентября, не является вытеснение языков национальных меньшинств...Мы убеждены, что украинская сторона выполнит обязательства по проведению консультаций с нами относительно положений закона, которые касаются употребления языков национальных меньшинств".

Венгерские, польские и румынские школы в Украине

Такая мягкость может показаться довольно странной, ведь отношения между евроскептиками, находящимися у власти в Польше, и Киевом сложились непростые. Но на самом деле в реакции на новый закон об образовании главным было не переборщить - не сделать слишком большого слона.

Дело в том, что, несмотря на давние связи двух стран и неофициальный, но клишированный статус адвоката Украины, польских школ в стране не так уж много. Как сообщил в ответ на зарубежную истерию заместитель министра образования и науки Павел Хобзей, в Украине школ с обучением на польском языке всего лишь пять. На венгерском и румынском, по его словам, учат детей в 176 и, соответственно, несколько большем (но меньшем 200) числе школ. Всего же не на украинском языке обучаются 10% школьников.

При этом по этническому составу поляков в Украине, как принято считать, меньше, чем венгров и румын. Свежих данных на сей счет, увы, нет, но, по данным переписи 2001 г., поляков было около 144 тыс. (0,3%), венгров - 156 тыс. (0,32%), румын - 151 тыс. (0,31%).

Украинские учреждения в Венгрии, Польше и Румынии

Примечательно, что громкость заявления прямо пропорциональна количеству украинских школ и других учреждений в этих странах. Например, в Венгрии действуют две украинские школы - украинская воскресная школа в Ньередьхазе и воскресная школа при Обществе украинской культуры в Будапеште. В правительстве Венгрии, вероятно, исходят из того, что раз уж украинцы, согласно переписи населения 2011 г., - лишь восьмая по численности этногруппа (более 7 тыс. человек, 0,1%), то и напрягаться не стоит.

В Румынии, по данным за тот же год, украинцев больше - 51 тыс. (0,27%, четвертое место). Но Бухарест и предлагает три украинские секции в Бухарестском, Клужском и Сучавском университетах; а также лицей им. Шевченко в Сигету-Мармацией (недалеко от украинского Солотвино). Есть по одной секции в лицеях Сучавского и Тимишского уездов.

Польша: в 2016 г. официальные данные говорили о порядка 30 тыс. украинцев, или 0,21%. Однако неофициальная цифра - до полумиллиона. А Ващиковский говорил, что в Польше проживают и работают миллион украинцев. На самом деле нелегко отследить точное количество, учитывая повышенный интерес украинцев к этой стране, включая нелегальное и полулегальное нахождение там. В любом случае в Польше есть 17 школ, включая восемь субботних. Есть еще украинские кафедры в Познаньском, Вроцлавском и Ягеллонском университетах. В 103 районах действую пункты обучения украинскому языку. И новые школы и учреждения, заметим, постоянно открываются то там, то тут. Процесс достаточно интенсивный. К тому же украинская диаспора довольно активна даже в такой агрессивной среде, как Перемышль в последнее время.

Бревно в глазу

Вернемся к словам Сийярто о том, что Украина хочет в ЕС, но поступает не по-европейски. Ну, во-первых, нельзя не вспомнить, что еще совсем недавно Брюссель сделал Будапешту ата-та за попытки закрыть Центрально-Европейский университет Джорджа Сороса. Во-вторых, к украинизации системы образования у европейцев вообще не должно быть претензий. Государства блока сами прошли через это. В смысле - приведение ее к языку титульной нации.

Так или иначе, система образования в европейской стране является национальной с должным уважением прав меньшинств, которое выражается в различных программах, кафедрах и сдаче экзаменов (за исключением государственного языка) на языке национального меньшинства. В венгерских вузах основным остается венгерский, а не язык ромов (второй по численности этногруппы); или английский - в пока еще незакрытом ЦЕУ. Своеобразной компенсацией являются программы на английском, немецком, румынском, словенском, сербском и хорватском. Аналогично с "оговорками" в Румынии обучение ведется на румынском. В Польше - на польском. Потому на самом деле Украина следует европейским практикам.

И заметьте, в Европе период развития государства до представления прав меньшинствам длился куда дольше, чем в Украине. Но от Киева этого требуют сейчас. И кто требует: Венгрия, которая по большей части является моноэтническим государством: больше 92% - венгры. Как и Румыния - 83,46% румын. Как и Польша - 96,9% поляков.

Где собака зарыта

Еще одна общая для этих стран черта - в целом профиль государств достаточно схож. Венгрия Орбана напоминает Польшу Качиньского, и наоборот. Потому эти двое и дружат сегодня против Брюсселя. Румыния Йоханниса меньше похожа на Венгрию. Но опять-таки - общее сходство есть. Потому-то в конце августа румыны вышли на массовые акции протеста против попытки министра юстиции откусить немного президентских полномочий.

И Украина в скором времени имеет шансы вступить в этот клуб. Очевидно, что сегодня Киев идет тем же курсом - по большому счету, в стране строится нелиберальная демократия. Таков этап развития государства, обусловленный обширным рядом причин. Хоть и не первой, но далеко не последней из них является агрессия России.

По факту этот конфликт якобы вокруг образования на самом деле касается не так образования, как амбиций. Украинская образовательная реформа ослабляет мощный рычаг венгерского влияния не только на Закарпатье, но и на политику Украины в целом. У Будапешта этот рычаг ориентировался на этническое меньшинство в степени, значительно большей, чем у Варшавы, к примеру. Возможности Румынии влиять на Бессарабию и Черновицкую область, а через них - опять-таки на украинскую политику в целом, также снижаются. С поляками, в общем, аналогично. Только у последних поле для маневров шире за счет значительно большей вовлеченности в украинскую политику. Потому они не очень переживают из-за польских школ, лишь приобщившись к мейнстриму.

Причем именно польский пример показал, что каковой бы ни была дружба между странами, приход к власти популистов вроде "Права и справедливости" Качиньского может эту дружбу превратить едва ли не в обузу.

Обратная сторона медали

С другой стороны, высоки шансы, что представитель этнического меньшинства в Украине поедет за образованием на историческую родину. Особенно после того, как Будапешт или Бухарест запустят соответствующие программы. Для Украины же это будет означать очередной отток мозгов на Запад. Это проблема, учитывая, что качество украинского образования недотягивает ни до румынского, ни до польского, ни до венгерского.

Согласно World University Rankings 2016-2017 украинские вузы расположены ниже 800-го места. Венгрии 301-е место подарил пресловутый (какова ирония) университет Сороса, без которого лучший вуз страны занимал бы 500-е. Лучший польский университет занимает 501-е место, а румынский расположился на 601-м. Разрыв с украинскими очевиден и соблазнителен не только для украинского венгра, румына или поляка, но и, собственно, представителя титульной нации. От этого, кстати, наши соседи немало выигрывают.

В то же время главная цель - надежная "гуманитарная" стена на восточной границе. Потому-то сам закон об образовании в первую очередь касается крупнейшего меньшинства в Украине и Европе - россиян. Наряду с биометрическим контролем на границе этот нормативно-правовой акт позволяет максимально отмежеваться от РФ. Причина проста: жизни атошников и титанические усилия по построению государства практически с нуля не могут стать напрасными, если в стране вырастет новое поколение адептов "русского мира". Этого можно ожидать, если не вырваться из русского языкового пространства. А что до реакции Будапешта и Бухареста, то венгры, румыны, да и поляки с молдаванами - сопутствующий ущерб, но далеко не основная цель государства сегодня.

Возникает вопрос: какую модель отношений выстраивать в новых реалиях? Выходит, что придется участвовать в конфликте нелиберальных демократий - терпеть венгерские палки в колеса и отвечать. Тем более что есть по чему бить Будапешт или Варшаву, используя их грызню с Центром ЕС. А так надеяться, что в будущем, когда Украина, возможно, станет более независимой от соседей, будет крепче стоять на ногах и выстроит качественное украинское образование, то политика в отношении этнических меньшинств станет либеральнее. И углы сгладятся.