Если партнер Киева по строительству LNG -терминала в "Южном" - американская Frontera Resources - закрепится в списке лидеров по запасам газа, она сможет получить доступ к Южно-Кавказаскому газопроводу, чтобы поставлять газ в Украину.

Соглашение между НАК "Нафтогаз Украины" и американской корпорацией Frontera Resources о партнерстве по строительству СПГ-терминала в порту "Южный" Одесской области, подписанное летом 2015 года, не предвещало никаких сенсаций. Но, как оказалось позже, эта компания владеет правами на добычу природного газа в Грузии, общие запасы которого, по результатам разведки новых месторождений в ноябре прошлого года, увеличились до 5,6 трлн куб. м. И возникший ажиотаж вокруг новых энергетических открытий в Грузии сулит Украине серьезные перспективы. Ведь сухопутный газ грузинской Кахетии намного дешевле газа с месторождений шельфа.

Задача перспективного терминала - удовлетворение до 10% спроса Украины в природном газе, а это около 5 млрд. куб. м в год. Для достижения этой цели Нафтогазу еще до начала строительства терминала нужно сформировать портфель перспективных поставок. Как показал опыт строительства запущенных в 2014-15 годах новых LNG терминалов в Польше и Литве, на стартовом периоде их работы большие мировые нефтегазовые корпорации не рискуют связываться с новостройками из-за риска обострения передела рынков. Это правило подтвердил и давно работающий LPG-терминал Одесского морского порта. Он сумел привлечь транзитные потоки американо-казахстанского гиганта TengisChevrOil только на втором этапе работы.

Выбор Украиной небольшой Frontera Resources в качестве одного из будущих поставщиков сжиженного газа для порта Южный выглядел вполне закономерным. Средние и небольшие нефтегазовые компании намного более мобильны в своих решениях, чем гиганты. А Украина со своим проектом LNG-терминала и так потратила слишком много времени впустую. Поэтому на игры с крупными корпорациями времени у нас уже нет.

На момент подписания соглашения с НАК американская компания заявляла о наличии у нее в собственности сравнительно небольших (для масштабов потребления украинского рынка) запасов в объеме 300 млрд. куб м. газа и до 600 млн. тонн перспективных запасов нефти в области Кахетия в Грузии. Через 5-6 лет они обещали принести в порт Южный объем LNG в эквиваленте до 1,5-2,5 млрд. куб м газа. Остальная часть мощностей терминала должна была заполняться из других источников, прежде всего, компаниями Азербайджана и Туркменистана. В Кахетии Frontera Resources владеет лицензией на площадь более 5 тыс. кв. км. Она располагает промышленными и опытно-разведочными скважинами на 7-ми месторождениях - Мирзаани, Тарибана, Назарлеби, Патара Шираки, Баида и Муаре Хеви. Большинство из них входят в сухопутный Южно-Кахетинский газовый комплекс, структуру которого некоторые геологи считают продолжением крупных морских запасов Каспийского моря.

Незадолго до подписания соглашения с НАК "Нафтогаз Украины" американская компания заявляла об обнаружении дополнительных запасов 60 млрд куб. м газа на месторождении Муаре Хевми. Затем, в октябре, она обнародовала сообщение, что ранее обозначенные аудитом Netherland, Sewell & Associates запасы компании в объеме 0,26 трлн куб. м были увеличены почти в десять раз - до 3,5 трлн. куб. м.

По данным СМИ новые открытия Frontera Resources в Кахетии увеличили общие запасы природного газа в Грузии до 5,6 трлн куб. м.

Чтобы понять масштаб значения таких заявлений, стоит сравнить Грузию с Украиной. Все выявленные достоверные сухопутные и морские запасы газа нашей страны, с учетом территорий, оккупированных РФ и террористами, достигают чуть более 2,7 трлн. куб. м. Причем они имеют разные категории геологической достоверности. В отличие от Кахетии с семью добывающими промыслами, украинские запасы рассредоточены на несколько сотен месторождений. Далеко не все из них добились статуса промышленных. Большинство площадей месторождений - это опытно-промышленные участки, которые подлежат рентабельному освоению только при одном условии: субсидий или поддержки государства в освоении запасов, которые квалифицируются, как истощенные или труднодоступные.

На таком фоне информация о вхождении Грузии в категорию стран-обладателей запасов газа объемом от 5 трлн куб. м и более может претендовать на статус регионального нефтегазового открытия десятилетия. В 2007-10 годах аналогичной по значимости сенсацией было включение в число крупных обладателей газа государства Израиль. Как и ныне Грузию, Израиль выводила во вторую лигу мировых газовых государств ничем непримечательная для мирового рынка американская компания - Nobel Energy. На то время она числилась на задворках мировых рейтингов первых 100 корпораций отрасли.

Нынешняя политика Frontera Resources с заявлениями о значительных открытиях в Грузии развивается по своей логике. Прежде чем стать железным фактом, эти геологические сенсации должны пройти аудит и оценку специализированных геологоразведочных компаний. Этим условием сейчас вовсю пользуются критики американского присутствия в грузинской нефтедобыче. После появления информации о приросте газовых запасов Грузии, в Тбилиси требуют продолжения банкета, а именно - роста лицензионных расчетов и платежей.

Совсем другое дело - Украина. Наши чиновники уже однажды сильно обожглись на неграмотном управлении проектом строительства LPG-терминала. Шансов на ошибку больше нет. Поэтому "Нафтогаз Украины" вынужден продолжать стратегию формирования портфеля загрузки терминала еще до его строительства, ориентируясь на группу взаимодополняющих и небольших трейдеров-поставщиков. Во-первых, потому, что трейдер, который заявляет о своих новых запасах более 5 трлн. куб м, уже совсем не выглядит небольшим. Во-вторых, в Грузии пока еще не построен отгрузочный СПГ-терминал, который необходим для поставок в Украину. Теоретическое решение этой проблемы есть: промыслам грузинской Кахетии надо получить квоты на прокачку по идущему из Азербайджана в Турцию международному Южно-Кавказскому газопроводу. В расчет за полученный кахетинский газ акционеры этого трубопровода смогут отправлять в Украину аналогичный объем, который сможет поступать в порт Южный из терминалов в Турции или других стран.

Но этот путь требует от "Нафтогаза Украины" опыта принятия политических международных решений. Они нужны будут везде, начиная от трубопроводных квот, и заканчивая переговорами с основным оператором газовых терминалов Турции - государственной компанией Botas. В целом же нынешний ажиотаж вокруг открытия новых запасов газа в Грузии сулит Украине больше перспектив, чем проблем. Ведь сухопутный газ Кахетии намного дешевле газа с месторождений шельфа, что явно оценят украинские потребители.

Как в Грузии искали газ

Небольшая Frontera Resources начала искать новые запасы газа и нефти в Грузии еще в 1990-е годы при экс-президенте Эдуарде Шеварнадзе. Тогда же компания получила большинство своих долгосрочных лицензий, наряду с остальными двумя ведущими зарубежными инвесторами грузинской добычи. Ими являются небольшая канадско-норвежская CanArgo и американская компания Anadarco, которая почти 20 лет без особого успеха изучает грузинский шельф Черного моря. Последняя в 2007 году предприняла неудачную попытку создать консорциум с BP Inc., Unocal Inc. и турецкой TPAO для сбора $2 млрд инвестиций в грузинский шельф (стартовые затраты Anadarco предполагались в объеме $30 млн). Но эти планы были заморожены в результате агрессии РФ против Грузии в 2008 году. Если вспомнить об украденных россиянами у Украины в 2014 году буровых платформах, можно утверждать, что свертывание этого грузинского консорциума было главной целью российской агрессии, а не ее результатом. Тем не менее, попытки оставить Грузию в энергетической орбите РФ к успеху не привели. В конце-концов страна нашла крупные запасы углеводородов, только не на шельфе, а в приграничной с Азербайджаном Кахетии.

Андрей Старостин