Инна Коваль, Любомира Ремажевская
Forbes-Украина

Украина официально объявила, что намерена выйти из совместного с Россией проекта по строительству завода для производства ядерного топлива в Кировоградской области. «Проект пока заморожен. Скорее всего, будем выходить из него. Они (россияне) не выполняют своих условий», - публично заявил Владимир Демчишин, министр Минэнергоуглепрома Украины, 20 октября 2015 года.

Подобные заявления из уст различных украинских чиновников звучат уже последние два года. И все это время российская топливная компания ТВЭЛ (ТК «ТВЭЛ»), входящая в ГК «Росатом», распространяет один и тот же пресс-релиз, в котором указывается, что она «не получала от Украины официальных уведомлений об отказе от совместного проекта. И, несмотря на неукоснительное выполнение российским акционером всех взятых на себя обязательств, проект уже два года простаивает из-за отсутствия финансирования с украинской стороны. Других препятствий для успешной реализации проекта нет».

При этом ТК «ТВЭЛ» методично игнорирует вопрос украинских СМИ, почему она изменила условия пользования технологией производства ядерного топлива на новом украинском заводе. Изначально предполагалось, что Украина за $140 млн получит эту технологию в собственность. Однако в 2014 году выяснилось, что деньги будут заплачены всего лишь за право временного ее использования.

При общей стоимости завода в $462,5 млн отдавать порядка трети - $140 млн - за аренду технологии выглядит не вполне рационально. При этом Россия оставляет за собой право в любой момент остановить право аренды, что автоматически влечет за собой остановку всего завода. Новая власть Украины выступила категорически против таких условий. Теперь осталось найти наиболее дешевый и быстрый способ денонсации учредительных документов. А это не так просто.

Мифический завод

На сегодня частное акционерное общество «Завод по производству ядерного топлива» (ЧАО «ЗПЯТ») представляет собой 6,8 га территории в селе Смолино Кировоградской области, очищенной от растительности, обнесенной кое-где забором, кое-где просто колышками, с несколькими строительными вагончиками. Один - представительский, где посетителям показывают макет будущего завода, а на стенах висят фотографии визитов разных чиновников.

Предприятие очень аккуратно составляет все финансовые отчеты. Уже даже есть отчет за третий квартал 2015 года, причем весьма плачевный - долги общества составляют 1,955 млн гривен. В том числе: задолженность по зарплате - 740 000 гривен; за товары, услуги, работы - 603 000 гривен; по расчетам с бюджетом - 189 000 гривен; за страховку - 341 000 гривен; по другим затратам - 82 000 гривен. И это при том, что никакой производственной деятельности ЧАО не ведет. Должность главного бухгалтера и вовсе вакантна.

Зато за последние два года было проведено семь собраний акционеров, из которых пять - внеочередные. Регулярно избирается наблюдательный совет и ревизионная комиссия. В апреле 2015 года на посту генерального директора креатуру Константина Григоришина - Руслана Арсирия - сменил малоизвестный 66-летний Леонид Когут, который до этого возглавлял ООО «ПИК «Интерком».

Единственная компания с таким названием была зарегистрирована в Алчевске, на ныне оккупированной территории Луганской области, с уставным фондом в 40 000 гривен. Учредителем ее значится DAN ENERGY COMPANY ARS из бельгийского города Фредериксберг. ООО «ПИК «Интерком» занималась добычей каменного угля, но с июня 2014 года находится в стадии ликвидации. К атомной отрасли фирма не имела никакого отношения.

Акционерами ЧАО «Завод по производству ядерного топлива» являются украинский госконцерн «Ядерное топливо» (50% +1 акция) и российское ОАО «ТВЭЛ» (50% -1 акция). Предприятие было учреждено на основании двух документов. Первый: распоряжение КМУ о создании в Украине предприятия по производству ядерного топлива для реакторов типа ВВЭР-1000 с использованием технологии, предложенной ОАО «ТВЭЛ» (№1922-р от 22.09.2010 г.). Второй: соглашение между ОАО «ТВЭЛ» и ГК «Ядерное топливо» о сотрудничестве при организации в Украине производства ядерного топлива (27.10.2010 г.).

По мнению юристов, выйти из проекта Украина может на двух уровнях. «Первый - это уровень компаний ОАО «ТВЭЛ» и ГК «Ядерное топливо». Последний может попробовать разорвать договор о сотрудничестве от 27 октября 2010 года. Процедура расторжения должна быть предусмотрена в таком договоре. Тогда «ТВЭЛ» сможет требовать компенсации убытков на условиях, предусмотренных договором. С целью компенсации убытков стороны, скорее всего, должны будут обратиться в арбитраж», - полагает Ярослав Петров, советник ЮФ «Астерс».

На втором уровне решение должны будут принимать государства. Кабмин Украины может отменить свое распоряжение №1922-р, на основании которого реализовывался проект. «Тогда «ТВЭЛ», скорее всего, обратится в инвестиционный арбитраж для защиты своей инвестиции на основании двухстороннего соглашения о защите инвестиций, заключенного между Российской Федерацией и Украиной. С моей точки зрения, лучше разорвать договор с «ТВЭЛ» на первом уровне», - считает юрист.

Уходить никто не собирается

Но ОАО «ТВЭЛ», похоже, так не считает. Последнее внеочередное собрание акционеров ЧАО «ЗПЯТ» прошло 16 октября 2015 года, за четыре дня до публичного заявления министра Демчишина о выходе Украины из проекта. На собрании был переизбран наблюдательный совет и ревизионная комиссия. В набсовет вошли три вице-президента «ТВЭЛ» с громадными послужными списками на ниве работы с европейскими странами. Ревизионную комиссию также возглавила представительница «ТВЭЛ».

В госконцерне «Ядерное топливо» решения последнего собрания акционеров и дальнейшую судьбу объекта на Кировоградщине не комментируют. Однако источники, близкие к руководству концерна, сообщили Forbes, что проект пока закрывать не будут, и заявления министра не имеют под собой ни юридической, ни практической подоплеки. «РФ этот проект необходим в качестве давления на дипломатический Киев, а также различные проекты по диверсификации поставок уранового концентрата и уже готовых сборок в страну», - отметил собеседник.

Также, по его словам, благодаря заморозке проекта и перспективе судов сдерживается строительство хранилища для отработанного ядерного топлива в Чернобыле, которое давно лоббирует «Энергоатом». «Россияне очень боятся сейчас потерять рынок в виде украинских АЭС, но этот конфликт не столько экономический, сколько политический, ведь РФ очень боится потерять влияние на некоторые круги во власти Украины, ответственные за международные контракты», - резюмирует он.

Таким образом и перспектива развития отношений с Westinghouse, и постройка ЦСХОЯТ попадают под удар благодаря одному лишь собранию акционеров, на котором усилились позиции «Росатома». Однако, по словам источника, других вопросов, кроме смены правления, на встрече не обсуждалось, что означает - россияне еще не готовы к каким-либо активным действиям, но рубежи обороны уже готовят.

Мертвая хватка

В Украине работает 15 блоков АЭС, стоимость поставок топлива на них составляет ежегодно порядка $600 млн. Еще $200 млн Украина платит за вывоз отработавшего топлива на переработку и хранение в Россию. Впервые Россия обеспокоилась потерей монополизма на украинском рынке в 1995 году, потому что российский «ТВЭЛ» спокойно могли заменить и американская Westinghouse, и французская Areva.

В 1995 году Украина объявила конкурс на поставку топлива на отечественные АЭС сроком на 10 лет, но с условием - победитель должен помочь организовать украинское производство топливных сборок для АЭС. В конкурсе участвовал и Westinghouse. Но победил все равно российский «ТВЭЛ».

Производственные проблемы в двустороннем варианте решить не удалось, и была предложена идея создать трехстороннее совместное предприятие с участием Казахстана - АО «СП «УкрТВС»: Украина поставляет руду, Россия обогащает, Казахстан таблетирует и передает обратно в Россию. А уже она формирует топливные сборки и привозит в Украину. Пять лет шли согласования. В 2001 году это СП даже было «освящено» правительственным соглашением за подписью премьеров трех стран. Но из-за больших амбиций и коррупции ничего не было создано.

Зато в 2008 году НАЭК «Энергоатом» подписал коммерческий контракт с Westinghouse на поставки их топлива для отечественных АЭС. И тут Россия активизировалась - появился двусторонний проект строительства завода по производству ядерного топлива на территории Украины. И это при том, что на территории России и так существуют избыточные мощности по производству топлива для российских реакторов, которые работают во всех странах восточно-европейского блока.

На сегодня уставный фонд ЧАО «ЗПЯТ» составляет порядка $20 млн. Вторая эмиссия на $84 млн была отменена в январе 2014 года, потому что Украина не смогла внести свою долю - $42 млн. Кабмин до сих пор не одобрил проект, лицензии на строительство завода нет. Но российская сторона методично поддерживает существование участка в поселке Смолино. На предприятии даже создан профсоюз и проходят семинары по атомной тематике.

Одним из лоббистов проекта является вице-президент «ТВЭЛ» Олег Григорьев, который уже 20 лет курирует вопрос совместного производства ядерного топлива в Украине. Он также является членом набсовета АО «СП «УкрТВС», которое на сегодня возглавляет Петр Чернов, бывший до последнего времени директором департамента атомной энергетики Минэнерго.

Нужен, но другой

Нужен ли Украине собственный завод по производству ядерного топлива? Вопрос неоднозначный. «С одной стороны, у нас 15 блоков на АЭС, и свое топливо не помешало бы. Но с другой - Россия добивается того, чтобы навечно подсадить украинские АЭС на российские технологии, - говорит Ольга Кошарная, директор по вопросам информации и связей с общественностью ассоциации «Украинский ядерный форум». - Когда в 2004 году достраивались блок №2 на Хмельницкой и блок №4 на Ровенской АЭС, Россия предоставила техническую помощь в объеме $44 млн на условиях, что будет куплено российское оборудование. Также в контрактах указано, что до конца срока эксплуатации этих блоков, включая срок продления, будет использоваться только российское топливо».

Кошарная подтвердила, что в существующем проекте технологии по производству топлива не будут нам принадлежать, а смогут использоваться только на условиях аренды. Ни распоряжаться ими, ни усовершенствовать их нельзя. А в случае проблем между нашими странами, как сейчас, мы не могли бы производить топливо даже для своих АЭС. Завод полностью останавливается. Еще один обязательный пункт: после запуска завода Украина обязана была на всех своих блоках, существующих и будущих, использовать только российское топливо.

Сегодня топливо для украинских АЭС могут производить «ТВЭЛ» и Westinghouse. Если эти компании будут поставлять по 50% необходимого нам топлива, уже будет определенная конкурентная среда. Необходимо также идти по пути диверсификации услуг на разных стадиях ядерно-топливного цикла. Украина пошла несколько другим путем - мы расширяем пул поставщиков концентрата урана для производства ядерного топлива.

В апреле 2015 года был подписан контракт с французской Areva: она станет обогащать урановый концентрат по изотопу уран-235 и поставлять на завод Westinghouse в Швеции, который уже будет делать для нас топливо. Areva предложила не только низкую цену на услуги по изотопному обогащению, но и возможность выбора оплаты в долларах или евро, а также гибкие возможности по объемам. НАЭК «Энергоатом» уже ведет работу по подготовке Запорожской АЭС к загрузке американского топлива. Также Украина ведет переговоры с Казахстаном о покупке у них концентрата урана.

«Если уже и строить завод, то стоит строить с Westinghouse, потому что на этом заводе, в принципе, при договоренности, можно установить еще одну линию, на которой возможно изготавливать тепловые сборки для реакторов западного типа по технологии Westinghouse, для тех же американских или французских», - объясняет Ольга Кошарная.

По этому пути пошел Казахстан. Там сейчас совместно с французской компанией Areva создается предприятие для изготовления ядерного топлива по технологии Areva. При этом на разных стадиях производства они привлекли разные мировые компании. Например, конверсия урана производится совместно с канадской Comeco. Таблетирование казахи умеют делать еще со времен СССР. А уже конструкция топливной сборки делается с французами.

При этом у них стоимость завода в два раза меньше, чем наша - примерно $250 млн. А у нас была $462,5 млн. При том же объеме производства - переработка 800 тонн урана и формирование 400 сборок в год. И они уже нашли рынки сбыта своей продукции. Также они сейчас выбирают технологию, по которой будет построена первая АЭС в Казахстане. Первоначально АЭС в Актау должен была строить «Росатом», и ввести ее в эксплуатацию собирались еще в 2014 году. Но Казахстан передумал поручать россиянам этот проект.

Ольга Кошарная тоже сомневается, что россияне добровольно пойдут на сворачивание проекта. Вероятно, нам предстоят длительные судебные тяжбы или «замороженное состояние».

«Если «ТВЭЛ» откажется добровольно ликвидировать предприятие на общем собрании акционеров, украинский акционер может просто продать ему свои акции ЧАО, - подытоживает Сергей Гришко, старший юрист киевского офиса Clifford Chance. - Если же и этот вариант не будет реализован, то в ЧАО будет классическая ситуация «корпоративного тупика», когда ни одна из сторон не будет иметь кворума для проведения общего собрания и принятия каких-либо решений по деятельности ЧАО. Деятельность общества, кроме оперативной, будет заблокирована. При этом никакой ответственности акционеры за блокирование деятельности общества не несут».