Кабмин активно готовится к введению третьего этапа монетизации субсидий - выплаты денег непосредственно получателям. Поэтому с 1 мая в Украине введен новый порядок начисления субсидий. Его суть заключается в том, чтобы прекратить начисление несправедливых субсидий - тем, кто по своему реальному имущественному состоянию в них не нуждается. Согласно новым правилам, процедура получения субсидии и ее продолжение осложняется дополнительным требованиям к оценке финансового и имущественного состояния конкретного домохозяйства. Следовательно ожидается, что каждый пятый-шестой получатель субсидии может лишиться государственной помощи.

Решение может показаться слишком жестким, но оно логичное и понятное. Поскольку именно на получателей отныне возлагается полная ответственность за использование средств, направленных на субсидии, то государство вправе провести полную ревизию имущественного состояния получателей помощи. Укринформ пообщался с заместителем Министра финансов Сергеем Марченко, который рассказал о подготовке к монетизации субсидий на уровне потребителей, о предстоящей системе верификации, которая должна в целом обезопасить бюджет от рисков неплатежей и избыточной нагрузки. А также о ходе децентрализации и перспективах повышения социальных стандартов в Украине.

- Какое состояние выплат субсидий в прошлом отопительном сезоне? Уже известно, сколько средств из запланированных 71 млрд гривен на выплату субсидий в нынешнем году остается на новый отопительный сезон?

- Мы практически закрыли отопительный сезон 2017/18 года, оплатив почти 46 млрд грн, из которых 26-27 млрд грн составляла кредиторская задолженность за октябрь-декабрь прошлого года. На сегодня имеем еще небольшую задолженность по итогам марта и части апреля (в тех регионах, где отопительный сезон длился дольше). То есть, деньги есть и их хватит. Мы настраиваем всех наших контрагентов, поставщиков услуг на полное погашение субсидий до середины июня.

- Ожидается, что в следующем отопительном сезоне субсидии будут выдаваться "живыми" деньгами непосредственно субсидиантам. Все ли готово для перехода к последнему этапу монетизации (инфраструктура, платежная система, реестры и т.д.)?

- Да, для нас это очень важный и ответственный этап. Если с началом субсидирования в 2015 году все расчеты производились по клиринговой системе взаимозачетов, когда фактически денег никто не видел, то с этого года мы уже перешли на принципиально иную систему отношений и расчетов - оплаты "живыми" деньгами. С 1 января в таком режиме мы работали с поставщиками услуг. За эти полгода мы выявили определенные проблемные моменты в системе, и они уже ликвидированы и, по большому счету, сейчас особых проблем нет. Сегодня мы, как расчетный центр, полностью контролируем движение средств, которые заходят в систему в виде субсидий и возвращаются от поставщиков в виде налогов, расчетов за энергоносители и др. Несмотря на то, что некоторые из поставщиков заявляют о задолженности энергогенерирующих компаний за энергоносители, данные о масштабных неплатежах не подтверждаются. То есть, система функционирует более-менее нормально.

Что касается перехода с началом нового отопительного сезона к выплатам денежных средств непосредственно субсидиантам, то сейчас нас беспокоит только один вопрос - механизмы контроля за движением денег. Одно дело - контролировать несколько тысяч получателей - юридических лиц, а другое - 6,5 миллиона домохозяйств, где ситуация с доходами постоянно меняется. На сегодня мы не можем спрогнозировать, какой будет вероятность возврата выплаченных гражданам денег на оплату жилищно-коммунальных услуг. И это один из основных рисков всего процесса монетизации для финансовой системы государства.

- Какие механизмы все же предлагаются для предотвращения использования денег субсидиантами не по назначению?

- Обсуждается несколько вариантов - как организовать выплаты, чтобы не попасть в ситуацию, когда десятки миллиардов гривен государство отдает гражданам и не знает, сколько этих средств возвращается по целевому назначению. Жилищно-коммунальная сфера настроена таким образом, что должников, в особенности домохозяйства, не так просто отключить от услуг.

Поэтому основной принцип, который поможет в этой ситуации - автоматическая утрата права на субсидию в случае неуплаты. Все очень просто: если субсидианта хоть один раз поймают на том, что он получил субсидированные деньги и не оплатил ними за коммунальные услуги - на следующий же день тот лишается права на получение помощи. Государство должно обеспечивать ликвидность казначейского счета, поэтому деньгами налогоплательщиков злоупотреблять никто не даст.

Конечно, ключевая роль в контроле за домохозяйствами (особенно теми, которые не обеспечены на сегодня приборами учета) принадлежит Минсоцполитики. И мы, конечно, поддерживаем инициативу коллег о более жестком процессе начисления субсидий. Согласитесь, так не должно быть, чтобы субсидиант получал помощь, живя в доме более 200 кв. м, пользуясь дорогими вещами, совершая дорогие покупки (авто, бытовая техника, отдых и прочее).

Не должно быть ситуаций, когда семьи формально разделяются, чтобы получать субсидии, а фактически живут привычным семейным укладом. Принципиальная позиция правительства - навести порядок в определении тех, кто действительно нуждается в помощи. Хуже всего, когда социальные блага за счет налогоплательщиков получают те, кто откровенно этим злоупотребляет. Реакция общества будет резко отрицательной, не говоря уже об уровне доверия к власти.

- Если речь идет об усилении проверки доходов субсидиантов, то как будут проверять - выборочно, тотально, по косвенным признакам, с помощью выездных проверок и т.д.?

- По подсчетам Кабмина, изменения не коснутся большинства субсидиантов - 80-85% получателям субсидий госпомощь будет назначаться автоматически. В определении тех, кто попадает под новые ограничения, нужно убрать любые субъективные факторы - это должен быть четкий набор критериев. Если человек по стечению жизненных обстоятельств остается, например, жить один в большом доме, никто не будет заставлять его избавляться от имущества. Но, если он рассчитывает на государственную помощь, то должен доказать органам социального обеспечения, что придерживается принципов бережливости. Например, отключает зимой отопление лишней площади, применяет энергосберегающие технологии и прочее.

Проверки будут проходить в несколько этапов. Во-первых, на этапе начислений в территориальных подразделениях Минсоцполитики. Во-вторых, на этапе верификации через данные реестров Государственной фискальной службы (учет доходов граждан), Государственной миграционной службы (учет миграции физлиц), Минюста (учет имущества), банки (учет безналичных операций по оплате ценных покупок). Вся информация будет собираться и обрабатываться у нас в Минфине. Она позволит в автоматическом режиме выявлять субсидиантов, имущественное состояние которых сомнительное и требует дополнительной проверки.

Другими словами, структурные подразделения по вопросам социальной защиты населения выявляют потребность и назначают субсидии гражданам. На следующем этапе проводим мониторинг их заявленных доходов и осуществленных расходов, чтобы предупредить момент, когда гражданин начинает обманывать как государство, так и налогоплательщиков, притворяясь неплатежеспособным.

То есть процесс будет более налаженный - новое постановление правительства поможет нам более четко идентифицировать тех, кто фактически не нуждается в помощи.

- Как в условиях теневой экономики вы сможете проверить все имеющиеся доходы граждан? В частности, как будут "вычислять" собственников жилья, которые сдают его в аренду неофициально? Или тех, кто работает без официального трудоустройства в Украине или за рубежом?

- На этапе назначения субсидий, видимо, это сделать достаточно сложно. Даже со всеми нововведениями в форме заявлений и деклараций. Но рано или поздно такой гражданин сделает покупки, которые поставят под сомнение его реальный доход. Например, приобретет продукцию Apple, осуществит покупку недвижимости, автомобиля или оплатит туристические услуги на сумму свыше 50 тыс. грн и тому подобное. Подобные действия гражданина так или иначе фиксируются, то ли банковской системой, то таможенниками, пограничниками, налоговиками. Процесс верификации, который функционирует в Минфине, все это зафиксирует. Конечно, люди могут жить, как хотят - никто их не ограничивает в этом личном праве. Но на помощь налогоплательщиков при этом пусть не рассчитывают. Так должно быть в идеале. С тех пор, как в Украине действует система субсидий, системная проверка не проводилась. Сейчас мы подошли к моменту, когда необходимо обеспечить функционирование системы в автоматическом режиме, создав предохранители злоупотреблений для огромного количества получателей субсидий, и антикоррупционные для контролирующих органов.

- Какие результаты демонстрирует финансовая децентрализация на четвертом году реформы?

- Успехи есть, и они значительные: укреплена финансовая состоятельность местных бюджетов, расширены расходные полномочия органов местного самоуправления, улучшилось качество предоставления общественных услуг.

Но я считаю, что процесс объединения территориальных громад немного затянулся. Кто хотел, тот уже объединился, а все остальные должны сделать это принудительно. Благодаря процессу добровольного объединения территориальных громад в 2015-2017 гг. были укрупнены более 1000 местных бюджетов в 665 бюджетов объединенных территориальных громад, которые перешли на прямые взаимоотношения с государственным бюджетом и непосредственно получают межбюджетные трансферты. Но фактически Минфин сейчас живет на две бюджетные системы - децентрализованную для ОТГ и централизованную для других. К сожалению, мы видим некоторые проблемы даже у тех, кто объединился. По нашим данным, неналогоспособными на сегодня является 35-50% объединенных территориальных громад. Почему? Потому что должны объединиться, например, семь сел, а объединилось только два. Ресурсов для синергии, как и раньше, у них не хватает. Поэтому приходится тратить по несколько миллиардов гривен на выравнивание еще и этой диспропорции.

Мы дали органам местного самоуправления мощный ресурс - налог на доходы физических лиц. Теперь вопрос в том, как они воспользуются этим ресурсом. Мы хотим, чтобы громады развивали эффективное хозяйствование на местах. И с укреплением финансовой состоятельности несли часть общей бюджетной ответственности - за содержание инфраструктуры, социальных объектов и тому подобное.

Децентрализация в том виде, какая она сегодня, имеет и плюсы, и минусы. Плюс в том, что повышаются возможности местной власти. В 2017 году поступления местных бюджетов составили 192 млрд грн, отмечается около 25%-й прирост средств в ОТГ за первый квартал 2018 года. Минус в том, что процесс объединения остается хаотичным и непредсказуемым во времени, что соответственно забирает значительный ресурс государственного бюджета на содержание двух систем.

- В одном из интервью вы заявляли, что жесткая монетарная политика Нацбанка (повышение стоимости денег) влияет на возможности Минфина и в целом вызывает много вопросов. Что вы конкретно имели в виду?

- Безусловно, Нацбанк независимый. Но он должен был бы теснее координировать свою деятельность с Минфином в части монетарной политики, чтобы мы не создавали проблем друг другу. Сегодня деньги дорогие, поэтому мы не можем заимствовать на внутреннем рынке по приемлемым ставкам. При этом выплаты по обслуживанию и погашению внутренних и внешних долговых обязательств должны осуществляться вовремя. И поэтому Минфин вынужден постоянно искать возможности обеспечения таких выплат. Только в марте текущего года на погашение валютных обязательств мы направили около $1,4 млрд, подключая средства Единого казначейского счета. Конечно, ситуацию с ЕКС мы контролируем, но для обеспечения финансовой стабильности решения относительно стоимости кредитных ресурсов следует принимать с учетом фискальной политики Правительства.

- Именно поэтому Минфин не видит возможности для повышения минимальной зарплаты до 4200 грн, как предлагало правительство?

- Бюджет на 2018 год предусматривает, что решение о повышении минимальной зарплаты принимается при перевыполнении квартальных планов. Пока что по результатам первого квартала мы имеем недовыполнение планов доходов на 6 млрд грн. Для бюджета в целом это не критично. Мы видим возможности выравнивания ситуации в следующем квартале. Но сейчас повышать минимальную зарплату нет возможности. Будем смотреть по результатам первого полугодия.