Профильная банковская ассоциация пытается на законодательном уровне освободить банки от необходимости уведомлять клиентов о смене процентной ставки по кредитам. Желание финучреждений избавиться от «бумажной работы» понятно, однако такая норма негативно скажется на имидже кредитора в глазах потенциальных клиентов.

Как сообщает газета "Экономические известия", Ассоциация «Украинский кредитно-банковский союз» обратилась к Национальному банку Украины с новыми предложениями изменений в законодательстве относительно защиты прав кредиторов перед заемщиками.

«НБУ поддержал предложение УКБС относительно освобождения от налога на добавленную стоимость (НДС) операций по продаже третьим лицам недвижимого имущества, которое было предоставлено кредиторам в качестве залога»,- говорят в ассоциации. Однако до сих пор никакого решения по этому поводу законодателями принято не было.

Как ранее писали «і», в конце мая УКБС обратилась в НБУ с просьбой прояснить механизм расчета залогового имущества. Основная претензия касалась вопроса, необходимо ли при расчете цены объекта по рыночной стоимости включать в нее НДС (20%). При этом эксперты настаивали на исключении НДС из стоимости залогового объекта, поскольку это не выгодно ни банкам, ни самим заемщикам в случае реализации имущества третьим лицам, например, через аукционы.

При этом от налога на доходы физических лиц (НДФЛ) предлагается освободить доходы, полученные банком от реализации имущества, находящегося в залоге для обеспечения кредитных обязательств. Поскольку считается, что при обращении взыскания на имущество финучреждение не выплачивает доходы заемщику-физлицу, а всего лишь пытается компенсировать собственные убытки.

Очевидно, как говорит начальник управления правовой поддержки среднего корпоративного бизнеса и операций на финансовых рынках «Укрсоцбанка» Игорь Усатый, необходимость внести изменения в Гражданский кодекс возникла как раз в результате неоднозначной судебной практики. А потому, по его словам, должны быть приняты меры для предотвращения подобных схем уклонения недобросовестных заемщиков от возврата кредитов и вывода обеспечения из-под залога.

«Также как вариант следует попробовать расширить возможности использования в Украине независимых обеспечений, если бы залог или ипотека гарантировали возврат реально полученных заемщиком средств даже при недействительности кредитного договора»,- рекомендует банкир.

Но если в отношении данной инициативы опрошенные «і» эксперты сходятся во мнении, то в следующем резонансном вопросе позиции участников рынка оказались диаметрально противоположными. Так, в УКБС считают, что нужно исключить необходимость выполнения требования о письменном уведомлении об изменяемой процентной ставке (ст. 1056-1 ГК), что якобы «нивелирует ее функцию по обеспечению гибкости финансовых условий по кредитным договорам».

Все дело в том, что до 2011 г. действовала редакция закона, согласно которой кредитная ставка по кредитному договору не могла изменяться банком в одностороннем порядке. «Даже если такая норма была предусмотрена договором - такой контракт признавался недействительным»,- комментирует управляющий партнер адвокатской конторы «Скляренко и партнеры» Александр Скляренко.

В 2011 г. законодатели пошли навстречу банкам и позволили определять кредитным договором в соответствии с рыночными индикаторами размер плавающей ставки. То есть при наступлении определенных условий банкам разрешено в установленном законодательством порядке менять ставку. Но при этом «кредитодатель обязан уведомить заемщика, поручителя и других обязанных по договору лиц об изменении процентной ставки не позднее чем за 15 календарных дней до даты, с которой применяется новая ставка»,- говорится в законе. «Таким образом, банки хотят сбросить с себя еще один балласт. Но, поскольку в 2011 г. законодатель пытался установить определенный баланс, то этот компромисс должен быть сохранен. Тем более что сообщения по своей сути не влияют на право банков изменять ставку»,- считает Александр Скляренко.

В то же время юрист компании «Защита прав потребителей финансовых услуг» Алла Семенченко полагает, что исключение данной нормы является нарушением права потребителя финансовых услуг на информацию. «Во-вторых - нарушение самой сути правовой природы договора. Письменное уведомление является необходимым, поскольку из-за его отсутствия банк нарушает договорные отношения и будет действовать в одностороннем порядке, однако в договоре всегда есть две стороны»,- пояснила она.

Тем более что, как отмечает начальник управления развития продуктов Банка Кипра Анна Макаренко, исключение данной нормы существенно не повлияет на гибкость финансовых условий кредитных договоров. А полное исключение этого правила может сделать часть механизма изменяемой процентной ставки менее прозрачной, что в свою очередь повлияет на репутацию финансовых учреждений в глазах клиентов.

По мнению банкира, было бы целесообразнее описать механизм донесения сообщений об изменении процентной ставки путем публикации. «Нет четкого определения, что следует считать письменным уведомлением. Должно оно быть публичным или личным и должны ли финансовые учреждения фиксировать факт получения уведомления заемщиком и другими участниками кредитных отношений - не прописано. Таким образом, формулировка в данном контексте оставляет люфт для неоднородного толкования того, что является письменным сообщением»,- комментирует банкир.

Иного мнения придерживается Игорь Усатый. «Суть плавающей ставки заключается в том, что она должна изменяться одновременно с рыночными индикаторами и не зависеть от действий банка. Если такое сообщение еще дополнительно будет вызывать отставание изменения процентной ставки от изменения соответствующего рыночного индекса, то это действительно разбалансирует рынок и нивелирует суть плавающей ставки»,- говорит он.