На Банковой любят сюрпризы. Пока СМИ обсуждали возможность и подробности будущей встречи Владимира Зеленского с Трампом и проведение очередного саммита в нормандском формате, офис президента анонсировал, что его следующий зарубежный визит состоится... в Турцию.

Уже 7-8 августа Владимир Зеленский посетит Анкару и Стамбул.

Программой визита предусмотрены встречи с диаспорами - украинской и крымскотатарской, тет-а-тет с президентом Эрдоганом и посещение Вселенского патриархата, который уже стал традиционной остановкой для каждого украинского чиновника в Стамбуле.

Мустафа Джемилев добавил, что также примет участие в программе визита, чтобы еще раз "поблагодарить Эрдогана за его твердую позицию относительно непризнания аннексии Крыма" и "возможно, поговорить о том, что турецкие корабли под разными флагами заходят" в порты оккупированного Крыма. А турецкие СМИ сообщают о приглашении президенту Зеленскому выступить в качестве почетного гостя на совещании турецких послов в Анкаре.

Следует отметить, что такая практика приглашения иностранного гостя (обычно на уровне министра иностранных дел) довольно распространена, и в переводе с дипломатического языка на обычный означает политический сигнал о заинтересованности в развитии отношений с той или иной страной. Например, в 2011-2012 годах, на этапе становления стратегического партнерства между Украиной и Турцией, тогдашние главы МИДов Константин Грищенко и Ахмет Давутоглу совершили "зеркальные" выступления на совещаниях послов в Анкаре и Киеве.

Так что если подобное выступление состоится, это будет означать стремление сторон развивать двусторонние отношения на высшем уровне.

Визит нового формата

На современном этапе Турция является не просто важным партнером Украины, но и ключевым игроком в регионе, от которого в значительной степени зависит безопасность и стабильность во всем Черноморском бассейне.

Вопросы Крыма, защиты крымских татар, отношений с Россией, США, ЕС и НАТО в региональном измерении, энергетическая безопасность, сотрудничество в военно-технической сфере и развитие экономических отношений - лишь некоторые из того клубка вопросов, который придется распутывать новому украинскому президенту на турецком направлении.

Бесспорно, говорить с официальной Анкарой есть о чем - и говорить нужно. Хорошо, что в новой команде президента есть понимание важности нашего южного соседа.

При всех достижениях в двусторонних отношениях, до сих пор Турцию сложно было назвать стратегическим приоритетом украинской внешней политики, и желание установить прямой контакт уже в первые месяцы президентства - безусловно, позитивный сигнал с обеих сторон.

Невольно вспоминается известная фраза из учебников по этикету: при первом знакомстве есть лишь несколько минут, чтобы произвести впечатление, и вся жизнь, чтобы его исправить.

Первая встреча двух государственных лидеров - это не просто личное знакомство. В идеале - это возможность определить свои приоритеты и красные линии, определить дорожную карту отношений и создать основу для их дальнейшего развития.

Ясно, что во время таких "ознакомительных" визитов речь идет скорее об установлении первых контактов, чем о достижении практических договоренностей или подписании стратегических документов. В то же время, учитывая политическую культуру Турции и стиль правления Эрдогана, любые месседжи Владимира Зеленского (озвученные им сознательно или бессознательно) будут воспринимать в Анкаре как "слово президента", которое должно быть выполнено. Сосредоточив в своих руках всю полноту власти, имея большинство в парламенте и однопартийное правительство, оправдать невыполнение договоренностей предательством партнеров по коалиции или наследием предшественников уже не удастся.

При этом важно, что Зеленский уже посещал Турцию в конце апреля, сразу после избрания президентом.

Его первый визит (пусть и на отдых, но в Турцию!) тогда был очень положительно воспринят в турецких СМИ.

Образ молодого динамичного политика, который отдыхает с семьей на турецких курортах и ​​призывает есть "донер" в обеденный перерыв - это бесспорная победа на поле публичной дипломатии.

Но вряд ли этих аргументов будет достаточно для проведения успешного официального визита в страну, где все еще чтят традиции турецкого протокола и широко применяют подходы византийской дипломатии.

С 2011 года, когда страны провозгласили стратегическое партнерство, между Украиной и Турцией действует Стратегический совет высокого уровня - механизм ежегодных встреч президентов, предусматривающий двусторонние переговоры в формате тет-а-тет и в расширенном составе с участием делегаций.

Обычно такие саммиты готовят за много месяцев заранее, и им предшествуют рабочие встречи на уровне министров иностранных дел и профильных министров, на которых детально прорабатывают повестку дня. Очевидно, на этот раз речь идет о новом формате "внеочередного" визита, ведь подобные рабочие встречи не проводились, да и по принципу очередности следующим должен быть визит турецкого президента в Киев.

Сами по себе эти бюрократические нюансы не несут никакого смысла, тем более в современном мире, где один твит способен свести на нет годы переговоров. Однако, с другой стороны, возникают вопросы подготовки материалов к встречам, программы визита, повестки дня переговоров, наконец, формирования состава делегации. Все это - в условиях ограниченного времени и ограниченной координации между президентским офисом и МИД.

При этом с турецкой стороны украинскую делегацию будут встречать переговорная команда во главе с президентом, который при власти уже 16 лет, высшее военное руководство и все ключевые министры турецкого правительства, которые точно владеют не только актуальной информацией, но и историей каждого вопроса с начала его возникновения на повестке дня сегодня.

Даже при наличии опытных дипломатов в МИД и окружении президента, подготовить двухдневный визит в недельный срок - задача сверхсложная.

Свободная торговля на финишной прямой

Уникальность отношений между Украиной и Турцией заключается в том, что между странами фактически нет "проблемных вопросов", которые делали бы невозможным их дальнейшее развитие. С другой стороны, нет и простых решений, которые позволили бы быстро вывести сотрудничество на качественно новый уровень.

Самым ярким примером этого может стать многострадальное соглашение о зоне свободной торговли, которое обсуждают уже более 10 лет.

С одной стороны, страны уже согласовали почти 21 из 22 тысяч товарных групп, то есть фактически более 90% всех позиций, по которым необходимо установить тарифные квоты. С другой - неопределенной остается ситуация с сельскохозяйственной продукцией, наиболее чувствительным сектором для обеих стран.

Как и во многих других вопросах, существует два пути выхода из ситуации. Скорая "победа" может так же быстро превратиться в "предательство" национального производителя без защиты от конкуренции продукции другой стороны. Или длительные и тяжелые переговоры по сути, которые не принесут быстрых дивидендов в виде политического пиара, но обеспечат взаимовыгодные условия для развития экономического сотрудничества.

Рост товарооборота, который сейчас составляет около $4 млрд - бесспорно, важный показатель в двусторонних отношениях, имеющий потенциал к существенному росту (в докризисные годы он достигал $8 млрд). Но не менее важными индикаторами должны быть и сохранение положительного торгового баланса (в последнее время стремительно меняется не в нашу пользу), и структура украинского экспорта, в которой хотелось бы видеть больший процент товаров с высокой добавленной стоимостью.

Другая сфера, о которой можно и нужно говорить - это привлечение в украинскую экономику турецких инвестиций. Первые заявления Владимира Зеленского об открытости Украины для иностранных инвесторов были восприняты турецким бизнесом с нескрываемым энтузиазмом. Обновленное Соглашение о взаимном содействии и защите инвестиций создает все условия для увеличения присутствия турецкого капитала на украинском рынке.

Еще одна сфера, представляющая взаимный интерес - это развитие инфраструктуры. Турецкие компании уже давно и успешно работают в Украине, а готовность нового президента активно развивать этот сектор может создать реальную почву для реализации серьезных проектов - от строительства дорог до обновления жилищного хозяйства.

Упрощение бюрократических процедур, простые и прозрачные механизмы ведения бизнеса могли бы не только привлечь новых турецких инвесторов, но и способствовать улучшению инвестиционного имиджа Украины в мире. Для многих более осторожных инвесторов турецкий бизнес, который не боится рисковать и часто первым заходит на нестабильные рынки, служит показателем надежности и рентабельности ведения бизнеса в стране.

"Турецкое противостояние" с РФ

Важным направлением украинско-турецких отношений, особенно на фоне ухудшения ситуации с безопасностью в Черном море после начала российской агрессии в Украине и Сирии, остается военно-техническое сотрудничество. Контракты на закупку турецких систем связи и боевых беспилотников для нужд украинской армии, а также помощь украинским ВМС в развитии собственного флота многоцелевых военных кораблей по модели турецких корветов - примеры успешного взаимодействия на этом направлении.

В то же время тесное сотрудничество официальной Анкары с Москвой, в том числе и в ВПК, значительно затрудняет переход от коммерческих сделок к созданию совместных предприятий, что предусматривает и трансфер определенных чувствительных технологий.

Анкара традиционно настаивает на формуле "двух параллельных треков" в отношениях с Россией и Украиной, подчеркивая, что они не противоречат друг другу.

В реальной жизни, однако, параллельные прямые пересекаются - и все чаще. Доказательством этого стало недавнее голосование в ПАСЕ, где турецкая делегация в полном составе выступила за возвращение России права голоса.

В июле состоялась первая поставка российских систем С-400 в Турцию, несмотря на угрозу американских санкций, исключение Анкары из программы истребителей F-35 и углубление кризиса внутри НАТО.

Продолжается строительство "Турецкого потока", который будет поставлять российский газ в Европу в обход Украины. С запуском второй нитки трубопровода, который должен пройти по территории Болгарии, Венгрии и Сербии, Украина потеряет 31 млрд кубометров транзитного газа и важный источник пополнения госбюджета, а Турция будет лишена возможности получить помощь из Украины в случае, если у Москвы возникнет желание сменить газовый пряник на кнут энергетического шантажа, как это уже было в 2011-2012 годах.

Строительство первой в Турции АЭС "Аккую" специалистами "Росатома" также не добавляет самостоятельности Анкаре в принятии внешнеполитических решений. Одно дело - газовая "игла", и совсем другое - технологии мирного атома, означающие привязку одной страны к другой на десятилетия. Особенно учитывая почти тотальное отсутствие углеводородов в самой Турции.

Вопрос в том, насколько этим интересам соответствует существенный рост энергетической зависимости Турции от России и что, со своей стороны, может предложить турецким партнерам Украина.

Хочется верить, что необходимость найти ответы на эти непростые, очень конкретные и практические вопросы хорошо понимают в команде президента и что их прорабатывали должным образом накануне его визита в Анкару, выступления перед турецким дипломатическим корпусом и первой личной встречи с Эрдоганом, известным как своим гостеприимством, так и непреклонным прагматизмом.