Разделять традиционный и инвестиционный банковский бизнес в Европе нет необходимости, уверены топ-менеджеры второго по величине банка Франции Societe Generale. О том, чего ждать от реформы банковского надзора ЕС и о перспективах консолидации в финансовом секторе, рассказывает глава банка ФРЕДЕРИК УДЕА.

- Г-н Удеа, и каково это быть банкиром при президенте Франции Франсуа Олланде?

- Наш диалог очень открытый. До недавних пор я возглавлял Ассоциацию банков Франции, и на старте предвыборной кампании мне пришлось встречаться с кандидатами на пост президента страны, объясняя им, что стоит на кону, когда затрагивается тема финансов. Если помните, выборная кампания началась с активной критики финансовой системы. Но, полагаю, нам удалось показать, что серьезные изменения в банковской отрасли уже имеют место, а за ними последуют и другие мероприятия, направленные на то, чтобы сделать всю систему более устойчивой к кризису.

- Вы не боитесь, что президент Олланд сделает свой выбор в пользу разделения традиционного и инвестиционного банковского бизнеса, как того требуют 60 мэров французских городов?

- Правительство четко заявило, что необходимо обеспечить такое положение дел, при котором ресурсы банковской системы ставятся на службу реальной экономике. Я с этим абсолютно согласен. Рост объемов кредитования во Франции составляет 2,6%, что является довольно сильным показателем. Одновременно правительство заявило, что намерено сохранить модель универсальных банков.

- Таким образом, отделения инвестиционного банкинга не предвидится?

- Думаю, что нет. Политики требуют, чтобы банки поддерживали экономику, а это предполагает и бизнес на рынке капитала, что важно для компаний. С учетом же ввода правил «Базель III», касающихся достаточности капитала, приобретает даже еще большее значение. И банкам следует избегать сделок, связанных с большими рисками. Это совпадает и с нашим мнением. За минувшие пять лет банковская модель во Франции развивалась именно в таком направлении.

- Возможно ли, на ваш взгляд, появление запрета для банков на торговлю за счет собственных средств?

- Нет. Уже сегодня банки нуждаются в собственном капитале и ликвидности для своего основного бизнеса. Возможности же направить его существенную долю на собственную торговлю крайне ограниченны - во всяком случае для банков типа Societe Generale. Основной вопрос тут: как быть с тем, что мы, банкиры, называем содействием клиентам, например при торговле гособлигациями на вторичном рынке? Поскольку биржи, как в случае с акциями, тут нет, то банки обеспечивают для клиентов ликвидность рынков, то есть содействуют тому, чтобы они могли покупать и продавать бонды. Для этого нам необходимо создавать собственные резервы.

- Этот бизнес будет продолжаться?

- Но надзор за ним должен осуществляться специалистами, которые работают вне торгового подразделения. Это нужно для того, чтобы контролировать риски и не допускать нарушений. Но, возможно, некоторые сегменты этого бизнеса будут запрещены. Это может коснуться, например, сложных секьюритизированных долговых обязательств или долевого участия в хедж-фондах.

- В эти дни зарождается банковский союз. Считаете ли вы создание в Европе централизованной структуры банковского надзора оправданным?

- Банковский союз укрепит ЕС, так как в нем для всех будут действовать единые правила. Надзорное ведомство, тесно связанное с Центробанком, вполне работоспособно - это доказывает пример Франции. То же самое относится и к надзорному органу, тесно привязанному к ЕЦБ. Одновременно этот регулятор должен осуществлять надзор над всеми банками без исключения, а не только контролировать самые крупные институты. О том, что это целесообразно, говорит пример Испании, где проблемы с кредитами идут от маленьких банков. Конечно, ЕЦБ не должен ежедневно проверять все 6 тыс. банков Европы. Однако при возникновении проблем он должен иметь возможность вмешиваться.

- Взгляните: с одной стороны, мы создаем в Европе единый надзорный орган, а с другой - банки сокращают объемы транснациональных сделок и сосредоточивают внимание на своих национальных рынках.

- Такая фрагментация, действительно, плохая тенденция. Тем самым разрушается основополагающая идея валютного союза, который и должен был преодолеть эти национальные границы. Деньги должны были свободно передвигаться по Европе - туда, где они в данный момент нужнее всего.

- Когда ситуация изменится?

- Сначала надо восстановить доверие. Этому может способствовать банковский союз с ЕЦБ в качестве главного надзорного органа. Но по-прежнему существует дефицит доверия к финансовой системе, и банки не торопятся кредитовать друг друга. Кроме того, новая правовая регламентация размеров ликвидности делает кредиты другим банкам заметно дороже.

- Так что, выздоровления межбанковского рынка ожидать не следует?

- Пока что новые положения о размерах ликвидности в рамках свода правил «Базель III» только обсуждаются. По вопросу о том, какие активы могут рассматриваться для обеспечения достаточности ликвидности, банки всего мира выступают за то, чтобы в качестве госбондов могли рассматриваться и другие ценные бумаги, хотя бы с точки зрения диверсификации рисков. Если банки будут располагать большим объемом ликвидности, то, возможно, они станут и в долг давать друг другу охотнее.

- Вы имеете в виду, что в качестве ликвидности банкам будут засчитывать и их запасы акций?

- Да, даже акции, но, например, в качестве ликвидности считаться будет лишь половина их курсовой стоимости. Не забывайте, что в минувшие годы акции являлись одной из самых ликвидных категорий ценных бумаг. В отличие от гособлигаций там всегда существовал рынок. Согласно новым правилам, которые сейчас обсуждаются, долговые обязательства, например, будут списываться в среднем на 25% их стоимости. Такого не было даже в минувшем году на пике кризиса. Если новые правила останутся настолько жесткими и в окончательной редакции, то мы, банки, больше не сможем в достаточной мере финансировать экономику. Такое недопустимо даже в эту новую эпоху регулирования.

- Необходимо ли новое вливание ликвидности со стороны ЕЦБ?

- Нет, европейские банки обеспечены ликвидностью в достаточном объеме. Межбанковский рынок это не разогреет даже при минусовых процентах. Спрос на кредиты со стороны экономики дер­жится вполне в рамках.

- Глава Deutsche Bank Юрген Фит­шен прогнозирует процесс консолидации в банковском секторе. Вы согласны с этим?

- Мы живем пока еще в мире, в котором большие банки должны стать меньше, так как они слишком сложны для управления ими. Одновременно большие банки наказывают за их величину, заставляя их резервировать дополнительный собственный капитал. В банковском секторе сейчас существует тенденция сосредоточиваться на основном бизнесе и продавать второстепенные подразделения, чтобы поднимать рентабельность. Этот тренд продлится еще три-пять лет.

- Ну а небольшие институты?

- Ужесточение регулирования усиливает на них давление в плане необходимости увеличивать выручку. Чтобы выжить, им необходимо расти. Посмотрите на слияния в Испании. Полагаю, что через два-три года там останется четыре крупных игрока, каждый из которых будет располагать долей в 15% рынка, и еще два-четыре банка с долей в 6-7%.

- Таким образом, мы имеем две разнонаправленные тенденции?

- Если новое регулирование просуществует пять-десять лет, то я вполне могу себе представить процесс усиленной трансграничной консолидации. Но не раньше этого срока. Сначала это будет в рамках национальных границ, как в Испании. Если же дело дойдет до европей­ской консолидации, то случится это прежде всего в бизнесе с корпоративными клиентами и инвестиционном банкинге. Новое регулирование затронуло эти сегменты особенно сильно. Маленьким банкам тут придется уступить. И в конце концов мы будем иметь три-пять крупных европейских игроков, которые станут сопровождать компании по всему миру, например в традиционном банкинге или в сделках по слияниям и поглощениям. Societe Generale намерен быть одним из них.

Перевод Александра Полоцкого