Тендер на строительство трехкилометрового забора на границе с оккупированными районами Донбасса - признак кризиса стратегии Кремля даже в отношении ближайшего будущего.

Сообщения о том, что Россия укрепляет границу с дестабилизированными по ее вине районами Донецкой и Луганской областей - с завидной очередностью появляются на протяжении всего периода военных действий. Особенный резонанс подобная информация получает в самом так называемом "ОРДиЛОСОСе" ("отдельные районы Донецкой и Луганской областей с особым статусом") как прозвали захваченные криминалом и российской армией территории в среде русской националистической и ультралевой оппозиции. Такие действия российских государственных структур - как и довольно безжалостное отношение бюрократии к беженцам и "новым крымчанам" - рассматриваются как подрывные, поскольку разрушают пропагандистский миф о "Москве, которая не бросает своих". Однако следует иметь в виду и фактор случайного совпадения российской чиновничьей рутины, так или иначе заключающейся в "освоении бюджетных средств", с теми или иными политическими резонами - не стоит подозревать российских чиновников в излишнем интеллектуализме.

Собственно, речь идет о том, что в конце августа на сайте госзакупок было размещено объявление о том, что управление ФСБ России по Ростовской области планирует построить пограничные укрепления протяженностью в три километра. Ведомство указало, что намерено заказать выполнение работ по строительству "оградительного забора из сварных заборных секций с V-образными наконечниками, спиральным барьером безопасности из АКЛ (армированной колючей ленты) из материалов подрядчика на сумму в 10 млн рублей" (около $143,000). Указанное место доставки материалов для возведения забора - город Донецк Ростовской области. Любопытно, что участок границы в этом районе проходит не только между территорией РФ и "ОРДиЛОСОС", но также между самой по себе Россией и территориями под контролем украинской армии.

Между тем, участки оградительного забора уже стали появляться в приграничной полосе. У этого явления, вероятно, наличествует несколько слоев интерпретации - и, прежде всего, не стоит его воспринимать отдельно от магистральных тенденций российско-украинского конфликта. Во-первых, нельзя не заметить, что Кремль не представляет собой единого целого по отношению к сложившейся внешнеполитической и внешнеэкономической ситуации. К примеру, недавнее посещение Владиславом Сурковым Донецка - которое изначально планировалось оставить в тайне - подало смешанные сигналы группировкам в лагере террористов (а вскрытая переписка Дениса Пушилина демонстрирует, насколько глубоки внутренние противоречия в этом лагере и с какой иронией его главари относятся к своей "независимости") и группам внутри российской элиты. Речь, в частности, идет о том, что одной рукой Москва склоняет террористов к участию во внутриукраинской политике на условиях "приближенных к Минским", а другой пытается мобилизовать их на отражение предполагаемого наступления ВСУ, параллельно накачивая регион вооружениями и "военными советниками".

Подобная "политическая шизофрения" отражает кризис стратегии российской верхушки в отношении даже самого близкого будущего, но соответствует стилю Путина. А этот стиль состоит в том, чтобы "подвесить" ситуацию и выжидать - это, собственно и есть верх интеллектуальных возможностей подполковника контрразведки. Во-вторых, после разного рода криминальных инцидентов в Ростове и Москве, российские власти прекрасно осознают, чем чревато проникновение банд вооруженных отморозков на подконтрольную Кремлю территорию. Последствия "прорывов" давно очевидны и самим жителям оккупированных территорий - в них стреляют не разбирая, а на КПП требуют украинский паспорт, и даже если паспорт российский, могут возникнуть сложности в связи с использованием миграционного законодательства в целях вымогательства.

Наиболее скептичные "новороссийские" комментаторы высказываются в том смысле, что когда и если украинская армия погонит оккупантов в сторону российской границы, военные РФ расстреляют их безо всяких сантиментов на камеры федеральных каналов, подавая такие действия как приграничные бои с интервентами из "Правого сектора". В-третьих, и в этом смысле примечателен ряд заявлений российских чиновников - с формально юридической точки зрения, Москва рассматривает ОРДиЛОСОС как часть Украины и действует согласно сложившейся рутине - это касается даже торговли, к примеру завоз российских товаров вне формата "гуманитарных конвоев", легализируется исключительно через украинские границы.

Безусловно, все вышесказанное оказывает деморализующее воздействие на местное население, только недавно обнаружившее, что обещания раздачи российских паспортов или проведения очередного референдума о присоединении к РФ оказались не более чем политтехнологическими конструкциями. Более того, главари террористов давно и не без причины опасаются друг друга, обвиняя "коллег" то в "сурковщине", то в работе на интересы Киева или структур Ахметова. К примеру, Александр Захарченко даже ради лечения своей изуродованной украинским снайпером в Дебальцево ноги боится выезжать в Россию, в то же время прагматичный атаман "Востока" Ходаковский раз за разом выдает заявления и даже публикации крипто-проукраинского характера и ждет удобного момента, чтобы подсидеть Захарченко.

Многие атаманы с меньшим весом - как тот же оттесненный на периферию принятия решений Пушилин - откровенно занимаются "серым бизнесом", понимая, что момент, когда придется "драть когти" с Донбасса, неумолимо приближается. При этом информационные бригады, кормившиеся из кармана Владислава Суркова и вице-президента "Роснефти" Михаила Леонтьева, "заскучали": их работников даже стали вынуждать приезжать в ОРДиЛОСОС ради создания фотоотчетов, поскольку за полтора года на их деятельность были потрачены внушительные средства - так, еще недавно один "блогер" обходился спонсорам в тысячу-полторы "зеленых". Возросшая компетентность СБУ, позволяющая теперь весьма оперативно подавлять точки входа деструктивных информационных технологий, что проявляется в резком спаде террористической деятельности агентов российских спецслужб, заставила Москву переносить такую активность в прифронтовую зону и вынуждает Россию отсекать от подобной деятельности разномастных любителей, еще полгода назад обещавших Путину создание какой-никакой "Новороссии".

Симптоматично, что сворачивание разного рода наступательных информационных технологий совпадает с усилением репрессий и государственного террора на территории самой России - это и провокации разнообразных "надзоров", и рост случаев вандализма против памятников культуры, и все новые аресты, и цензурные ограничения. В этом смысле строительство стены с российской стороны, неумышленно предсказанное Владимиром Сорокиным в "Дне опричника", вполне вписывается в драму, развернутую на российско-украинской границе.

Тем не менее, вряд ли стоит слишком фокусироваться на этих часто карикатурных эпизодах - продолжение обвала российской экономики указывает на то, что следующего обострения следует ждать в преддверии или во время поездки хозяина Кремля на сессию Генассамблеи ООН в Нью-Йорк. И - параллельно с началом создания структур международного трибунала, который, по всей видимости охватит значительно более широкую проблематику преступлений режима Путина против человечества, нежели дело о сбитом российским "Буком" рейсе МН17.

В то же время, рутинные работы по размежеванию сделавшей европейский выбор Украины и скатывающейся в мракобесие и смуту (а как еще можно объяснить отсутствие минимальных усилий по тушению огромной территории вокруг озера Байкал?) России - с украинской стороны продолжаются в штатном режиме. Так, еще в середине августа в нашей Госпогранслужбе отчитывались о ходе укрепления украинско-российской границы. В рамках реализации проекта "Европейский вал" было оборудовано 180 км противотанковых рвов, а также сооружены 546 км фортификационных препятствий, 39 км заграждений из колючей проволоки, 175 блиндажей, 897 окопов, установлено 6 новых наблюдательных вышек. Учитывая, что протяженность сухопутной границы двух стран - около 2 тыс. км, сделанное - даже не необходимый минимум. Впрочем, присутствие флотских боевых единиц стран-членов НАТО в Черном море пока что является относительной гарантией недопущения воздушных бомбардировок украинских городов авиацией выпавшей за пределы международного права бывшей РСФСР. И на данный момент, это, пожалуй - самое главное.

Максим Михайленко