На дополнительной сессии валютно-фондовой биржи курс белорусского рубля будет устанавливаться исходя из спроса и предложения валюты, сообщил нацбанк Белоруссии. Этот же курс будет действовать в обменных пунктах для физлиц. Внебиржевой рынок сделок компаний с банками фактически ликвидируется ограничением транзакций в 1000 единиц валюты для одного предприятия в сутки. На основной биржевой сессии экспортеры по-прежнему будут продавать 30% валютной выручки по спецкурсу нацбанка (этой валютой государство оплачивает топливо, медикаменты и другой критически важный импорт).

На допсессии нацбанк будет проводить интервенции - на уровне, не сильно отличающемся от сегодняшнего официального курса (5271 руб./$), сказал зампред правления нацбанка Тарас Подольный (цитата по «Белта»). Через месяц-два возможен выход на единый курс, надеется премьер Михаил Мясникович.

Новые правила лишь закрепляют практику множественных курсов, констатирует замдиректора белорусского центра «Исследования. Прогнозы. Мониторинг» Ирина Точицкая: «Когда предприятие продает 30% [валюты по жесткому курсу], в оставшиеся 70% оно заложит упущенную выгоду». Власти наконец-то признали вредоносность множественности курсов, но признание не есть ликвидация, говорит руководитель Центра Мизеса Ярослав Романчук. В 2000 г. понадобилось девять месяцев, чтобы выйти на единый курс, сегодня ситуация более критическая, неясно, где найти средства для стабилизации курса на уровне хотя бы 8000 руб./$, говорит он, не исключая, что административные рычаги могут привести к ослаблению курса до 10 000-11 000 руб. В конце прошлой недели рыночный наличный курс достигал 8300 руб./$, безналичный - 9500 руб./$, сравнил Романчук.

С конца августа, после объявления президента Александра Лукашенко о переходе к свободному курсу (условия кредитов МВФ и «Евразэс»), импортеры не погашают долги перед поставщиками в ожидании легальной возможности купить валюту, рассказывает руководитель Минского клуба финансовых директоров Андрей Карпунин: дополнительный отложенный спрос мог составить $1,5-2 млрд (среднемесячный объем покупок валюты за январь - июль - $1,5 млрд). Интервенции на первом этапе нужны обязательно, чтобы сбить ажиотаж, считает Карпунин. Но надолго возможностей нацбанка не хватит. Его резервов в $4,6 млрд едва достаточно для покрытия одного месяца импорта (минимальный уровень - три месяца), при этом, по расчетам аналитиков Raiffeisen Bank, долги нацбанка вдвое больше - $9,3 млрд, в том числе $2,9 млрд - краткосрочные перед местными банками. Не исключено, что власти намерены заимствовать валюту не только у банков: «Экспортерам сделают предложение, от которого они не смогут отказаться», - иронизирует Карпунин. Первые сессии явно не будут показательными, большие игроки ждут указаний по размеру заявок, знает Романчук.

На фоне темпов роста денежной массы вопросы упорядочивания валютного рынка вообще вторичны, считает директор ЦМИ Сбербанка Ксения Юдаева. С июня эмиссионное кредитование госпрограмм прекращено, объявлял нацбанк. Но в июле темпы роста рублевой денежной массы сократились лишь до 36,7 с 40,7% в июне и 46,7% в мае в годовом сравнении, в помесячном - ускорились до 5,5 с 1,9 и 4,6% соответственно. Недельная инфляция превышает 3%, что соответствует 450% в год. «Страна попадает в инфляционно-девальвационную спираль, - говорит Юдаева. - Больше печатают денег - больше инфляция - больше девальвация». По ее оценкам, в стране уже начался спад, который будет углубляться (статистика не дает помесячных данных, за январь - июль темпы роста ВВП замедлились до 9,8 с 12,5% за январь - май).

ВВП рос за счет инвестиционного спроса, обеспеченного эмиссионным кредитованием госпредприятий, и потребления, говорит Точицкая: «Источники роста в 2012 г. - под вопросом». Доступ к рыночным кредитам фактически закрыт: «Кредитные ставки - 40-50%, это просто убивает», - говорит Карпунин. Среднедушевой доход в первом полугодии, по данным Белстата, в годовом сравнении вырос на 36% в рублях, в долларах - по официальному курсу - сократился на 20% до $188. «Мы в начале разгара кризиса. IV квартал будет первым кварталом продолжительной рецессии, которая может стать депрессией при отсутствии адекватных мер», - считает Романчук, не исключая спада экономики в 2012 г. на 10-12%. По оценкам Алексея Моисеева и Дмитрия Федоткина из «ВТБ капитала», по итогам 2011 г. темпы роста ВВП замедлятся до 1,5%, в 2012 г. он сократится на 5,2%: экономика в глубоком кризисе, и даже при желании властей ее реструктуризировать процесс перестройки будет долгосрочным.

Ольга Кувшинова