«Мировые регуляторы не озабочены какой-то угрозой криптовалют из-за их маленького объема. Они озабочены только тем, что люди могут потерять деньги (инвестируя в них. - Ред.) и мошенничеством, которое может быть с ними», - сказал замглавы НБУ Олег Чурий на Ukrainian Financial Forum, организованном группой ICU.

Регулятор определился со статусом криптовалюты.

«Мы можем сказать что это точно не валюта, потому что нет центрального эмитента. И мы не можем признать это платежным средством», - пояснил он.

Его поддержал глава НКЦБФР Тимур Хромаев: «Нет никакого информационного сопровождения, нет никакой защиты прав инвесторов».

Глава Нацкомиссии по ценным бумагам и фондовому рынку Тимур Хромаев рассказал FinClub о том, каким образом он воспринимает криптовалюты и что госорганам необходимо сделать с ними.

– Что для вас «криптовалюта»: актив, товар, денежное средство или ценная бумага?

– Однозначно это финансовый инструмент. Хотя мы должны понимать, что определение криптовалют должно формироваться не по умолчанию, а исходя из их применения и использования. В определенных ситуациях это может быть или товар, или финансовый инструмент, или просто технология.

– 31 августа по итогам заседания Совета финансовой стабильности регуляторы пообещали урегулировать статус криптовалют в Украине. Как вы считаете, кто должен контролировать их обращение?

– Безусловно, изначально необходимо урегулировать вопрос статуса криптовалют, после чего можно будет предложить некие законодательные основы. Все понимают, что контролировать обращение криптовалют невозможно и не имеет смысла. Но нужно дать определенные правила, юридическую и законодательную основу.

Например, Япония в прошлом году ввела законодательное регулирование криптовалют. Рынок отреагировал на предложенные правила бурным ростом стоимости Bitcoin, потому что они устранили неопределенность по ряду вопросов, дали больше свободы, но и больше защиты инвесторам.

У Украины есть возможность сейчас за счет революционных изменений законодательного поля занять лидирующие позиции и привлечь больше ресурсов на свой финансовый рынок.

– Правила будут писаться по аналогии с правилами обращения других финансовых инструментов?

– Именно так. Многие регуляторы финансовых рынков в других странах рассматривают выпуски токенов как эмиссию ценных бумаг и обозначают криптовалюты как финансовые инструменты. Соответственно к ним применяются общие правила, существующие на этих рынках, для регулирования финансовых инструментов.

Если финансовый инструмент или какой-либо актив обращается публично, например, на бирже, и цена на него тоже формируется публично, значит, процесс обращения и ценообразования этого инструмента должен быть регулируемым. Ведь это влияет на общественные финансовые отношения, и такой актив может расцениваться как инвестиционный.

– Кто из регуляторов должен заниматься контролем и определением правил обращения инструмента?

– Однозначно не нужно создавать никаких новых министерств. Регулирование и надзор за криптовалютами должны осуществляться, как и везде в мире, финансовыми регуляторами. Если криптовалюта – средство для расчетов, то это сфера регулирования Центрального банка. Но если это финансовый инструмент, такой как ценные бумаги или производные ценных бумаг, то это сфера Нацкомиссии по ценным бумагам (НКЦБФР).

– Какой будет роль Нацбанка, НКЦБФР, ГФС и других госорганов?

– Их роль будет соответствовать тем полномочиям, которые у них уже есть или которые у них появятся. Например, в данный момент из всех регуляторов наиболее слабым является НКЦБФР. Мы достаточно давно изучаем эту ситуацию, пытаемся изменить законодательство, касающееся сферы регулирования рынка, дать регулятору больше институциональной способности.

Так, например, у Комиссии по ценным бумагам сегодня даже отсутствует возможность квалифицировать новые инструменты как финансовые, обеспечить раскрытие информации по новым инструментам, противодействовать мошенничеству и манипулированию и т.д.

К сожалению, у нас в законодательстве нет нормы, которая бы позволяла нам проактивно реагировать на изменение финансовой конъюнктуры.

– В рамках Совета финансовой стабильности не было идеи привлечь киберполицию к обсуждению перспектив криптовалют в Украине?

– Совет финстабильности – это площадка для общения финансовых регуляторов. Мы, как финансовые регуляторы, должны изначально определить статус криптовалют и смежных технологий, чтобы было понятно, куда двигаться дальше с точки зрения наших полномочий и планов развития финансового рынка.

– На заседании Совета финстабильности одной из задач вы назвали обеспечение защиты инвесторов. Это не позволит криптовалютам превратиться в «мусорные» ценные бумаги. Но пока нет правил, обеспечить такую защиту довольно сложно. Более того, за этим инструментом нет никакого реального актива, который бы гарантировал его стоимость.

– Задача по защите прав инвесторов в принципе является основной для нас. Мы должны обеспечить прозрачность информации, способствовать нивелированию рисков, связанных с обращением этих инструментов, а также предотвращению таких нарушений, как манипулирование ценами, инсайдерская торговля или создание финансовых пирамид. В отношении биткоинов эти компоненты предполагают очень сложные, в том числе технологические разработки.

Так, 40% регуляторной деятельности наших коллег из Европы – это не бумажная работа, а технологии. Использование IT, сложных систем и алгоритмов – это must have в регулировании финансовых рынков. У нас активная работа в сфере IT только начинается.

– Можно сказать, что криптовалюты – это инструмент для институциональных инвесторов, которые понимают все возможные риски?

– Институциональные инвесторы, такие как пенсионные фонды, например, в большей степени пока воздерживаются от использования этого инструмента. Инвестиционные банки уже смотрят на них. Но пока ни криптовалюты, ни токены не являются в большинстве своем объектом публичных инвестиций, как, например, акции или облигации, основную роль в процессах их выпуска и обращения будут играть частные инвесторы. Возможность вхождения более широкого круга инвесторов предопределена возможностью определения юридического статуса криптовалют, причем как на национальном уровне, так и на международном.

– Для массового инвестора криптовалюты вряд ли будут понятны до такой степени, чтобы он застраховался от рисков банальной пирамиды.

– Безусловно, мы должны повышать уровень финансовой грамотности и образованности украинцев. Но важными элементами являются защита инвестиций, система компенсации потерь и т.д.

– Московская биржа на днях заявила, что создает платформу для обращения криптовалют. Не преждевременны ли такие шаги?

– Совершенно нет. Они уже далеко не первые. Есть десятки бирж во всем мире, которые торгуют криптоактивами. Есть товарные биржи, которые торгуют «умными» контрактами. Постепенно эти инструменты и смежные технологические решения получают все более широкое распространение.

– И на этих площадках уже есть правила обращения криптоактивов и механизмы защиты инвесторов?

– Да, они активно формируются.

– Что нужно Украине, чтобы стать активным игроком на рынке криптоактивов?

– У нас в стране криптовалюты не имеют связи с финансовым сектором. Есть прикладное развитие отдельных процессов, но, к сожалению, оно не получило никакой реализации для финансового сектора. В мире же перспективы развития криптовалют связывают именно с финансовым сектором.

Продвинувшись в урегулировании вопроса использования этих инструментов, мы имеем шанс совершить «квантовый прыжок» в своем развитии. Мы могли бы стать одной из новаторских юрисдикций, адаптировав передовые нормы законодательства.

Причем нам не нужно подстраивать его под технологию. Нужно просто трансформировать свою систему под принятые в мире правила регулирования финансовых рынков, тогда мы получим новые инструменты, новые возможности и шанс на революционный рывок в развитии.