Это больше, чем за весь прошлый год, такие огромные потоки не способны сформировать простые спекулянты и коммерсанты. Отток - дело рук крупнейших корпораций с государственным участием, уверены экономисты.

Государство может прекратить отток капитала, договорившись с госкорпорациями, уверен Алексей Ведев из Института Гайдара. Без их участия, в том числе участия крупнейших госбанков России, обеспечить такие объемы перетока невозможно. Если не взять эти потоки под контроль рубль может опуститься и до 50, и до 70 рублей за доллар. Никаких финансовых резервов страны удержать его не хватит, предупредили во вторник участники Экономического клуба компании ФБК.

Алексей Ведев, директор Центра структурных исследований Института Гайдара

"Мы практически каждый день считаем отток капитала: наша оценка по состоянию на 17 марта, за I квартал 2014 года он составит $73-75 млрд. Это считается очень просто: у нас есть торговый баланс, первые оценки по импорту, который немного упал, по экспорту.

Сальдо счета текущих операций за I квартал составит $33 млрд. Плюс объем интервенций ЦБ на валютном рынке - это сумма оттока. И это при условии, что с сегодняшнего дня ничего серьезного не произойдет. За весь прошлый год отток составил $62 млрд. Конечно же, сейчас идет внешний шок.

По итогам года мы можем увидеть любые цифры оттока. $150 млрд - это не катастрофа. Но при стабильных ценах на нефть мы будет обязаны сокращать импорт.

Правда, есть шанс, что отток уже состоялся, и все, кто хотел вывести средства, уже это сделали. Тогда есть шанс на длинный тренд укрепления курса рубля, так как при цене нефти порядка $100 за баррель источник стабильного притока валюты в Россию имеется. Ситуацию будет определять то, продолжится отток капитала или нет, смогут ли денежные власти что-то с ним сделать.

Если отток будет продолжаться, то мы можем увидеть и 50 и 70 руб. за доллар. Может начаться бесконечная история, когда экономика идет вразнос. ЦБ и Минфин должны принять максимальное участие, чтобы не допустить этого, вплоть до административного права - разговоров с крупнейшими инвесторами, на уровне личных контактов.

Роль государства в экономике увеличивается кратно, крупнейшие корпорации у нас - с госучастием, и при этом растет отток. Приток за всю новейшую историю был всего два года - в 2006-2007 годах. Надо разобраться, кто определяет отток капитала. Не «Камазами» же наличные вывозятся за границу. У нас пять крупнейших госбанков, отток происходит через их транзакции. По меньшей мере странно, что ЦБ и пять банков, контролирующих практически весь рынок, не могут справиться с паникой на валютном рынке. В ручном режиме можно хотя бы потушить пожар, а потом уже принимать законы.

Если нарушится глобальный баланс спроса и предложения на национальную валюту, то никаких международных резервов нам не хватит. Все наши международные резервы существенно меньше общего внешнего долга. Формально он считается частным, а на самом деле - квазигосударственным: подавляющая его часть принадлежит компаниям с госучастием. Поэтому можно считать, что резервов у нас нет.

Все предприятия России имеют депозитов на 12 трлн руб., а кредитов - на 21 трлн руб. Это означает, что внутри России стратегических инвесторов нет. У нас весь рынок, вся приватизация держится на иностранных деньгах. Любое движение иностранных инвесторов с нашего рынка нарушает баланс спроса и предложения, приводит к обвалу рынка акций.

Нельзя сказать, что от слабого рубля все сектора экономики однозначно выигрывают. Для российской обрабатывающей промышленности он однозначно плох. С 2008 года интенсивно развивались сборочные производства. Сейчас $200-220 млрд в год - объем промежуточного потребления, полуфабрикатов, которые мы покупаем для промышленной сборки. Уровень локализации автокомпонентов, бытовой электроники составляет 3-5%.

Скорее всего, в этом году мы в лучшем случае вырастем на уровне статпогрешности - 0,0-0,2%. Не хочется говорить, что мы движемся в красную зону отрицательного роста. Более определенно об этом можно сказать через пару месяцев.

Олигархи-сырьевики и бюджет отбивали свою прибыль от падения рубля за счет населения и обрабатывающей промышленности. Внешние инвесторы при этом ничего не потеряли: $75 млрд утекли из страны. Даже с точки зрения теории заговора это может быть объяснено, только если специально олигархическая верхушка решила глобально уйти из страны.

Все развивающиеся рынки столкнулись с тем, что объявление о постепенном сворачивании политики количественного смягчения привело к перераспределению капитала - оттоку с развивающихся на развитые рынки. Сейчас трудно сказать, кто из центральных банков был прав: те, кто допускал значительное ослабление валют, или те, кто курс ослаблял не сильно, но резко повышал ставки.

Факт состоит в том, что в худшем положении оказалось аргентинское песо и российский рубль. Про Аргентину говорят как про страну - хроническую неудачницу уже на протяжении последних 50 лет. Для России же - это тактический проигрыш: отток капитала сопровождался спекулятивной атакой на рубль и паникой среди населения, скупающего валюту. К этому добавилась Украина".

Игорь Николаев, директор Института стратегического анализа компании ФБК

"Отток капитала за январь составил $17 млрд. Мы разделяем оценки, что по первому кварталу он составит около $50 млрд; чистый отток за этот год составит $150-200 млрд. При таком оттоке рассчитывать на стабильность рубля не приходится. Рубль будет ослабевать. Наш осенний прогноз был 37 руб. за доллар, но никто не рассчитывал, что у нас произойдет такое с Украиной. Поэтому к концу года мы можем увидеть 40 рублей за доллар и 55 рублей за евро.

Объем международных резервов означает, насколько нам хватит сил для обеспечения стабильности. Сейчас они составляют чуть менее $500 млрд. По нашим оценкам, в 2008 году резервы за несколько месяцев упали на треть - на $200 млрд. Нужно учитывать, что часть средств ФНБ и Резервного фонда быстро извлечь из инструментов, в которых они хранятся, и потратить нельзя. Плюс нужен некий неприкосновенный запас, который нельзя тратить ни при каких обстоятельствах.

Не исключено, что соображение наполнения бюджета сыграло свою роль в ослаблении рубля. Не зря президент сказал, что чем свободнее курс, тем лучше. Но это не значит, что специально опускали рубль, а просто сильно не препятствовали его ослаблению, которое обуславливается объективными причинами слабости российской экономики.

Инвестиции сокращаются за счет сектора с госучастием не зря: у них заморозили тарифы. Значит, для расширения инвестиций нужны заемные средства. А закредитованность этих компаний очень высока. Не факт, что удастся занять на рынке. Тем более, что финансирование идет в основном со стороны международных финансовых институтов, и тут надо быть реалистами.

Так что основным инвестором может стать только бюджет и ФНБ. Тем более, что появляется еще один конкурент на госинвестиции - Крым. Но тогда возможно придется отказаться от тех проектов, которые уже анонсированы: Транссиб, ЦКАД".

Дмитрий Мирошниченко, Центр развития ВШЭ

"Естественно, столь большие объемы оттока могут обеспечить только самые крупные корпорации. Все они - с госучастием. Но судить об этом мы можем только по косвенным уликам.

Может ли дать результат прямая договоренность ЦБ, Минфина и руководства госкорпораций, мне как экономисту говорить трудно. Это политическое решение. Теоретически, это могло бы как-то помочь. Как разовая акция, это могло бы повлиять на показатели оттока капитала, насчет перелома тенденции я не уверен.

Трудно сказать, согласятся ли представители госкорпораций с таким гипотетическим предложением государства: да, скажут, мы погорячились. А не выкатят цифры и не станут доказывать, что это нормальная хозяйственная деятельность: мы ведем международный бизнес, и вы хотите совсем прекратить наш бизнес.

Максимум, о чем можно реально договориться, что они сократят свои остатки на валютных счетах на столько-то процентов. Такая договоренность будет подразумевать сроки, теоретически, это будет работать в это время. Но политические факторы такой инициативы я оценить не могу".