Президенты России и США - Дмитрий Медведев и Барак Обама - подписали сегодня в Праге Договор о сокращении стратегических наступательных вооружений.

Как сообщает ИТАР-ТАСС, он заменит предыдущий Договор СНВ-1, срок которого истек 4 декабря 2009 г. Кроме того, со вступлением в силу нового соглашения прекратит действие Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов 2002 г.

По новому Договору у России и США останется примерно в два раза меньше носителей - МБР, БРПЛ и тяжелых бомбардировщиков, чем по Договору СНВ-1, и на треть меньше ядерных боезарядов, чем по Договору СНП. Москва и Вашингтон убеждены, что Договор сбалансирован, отвечает интересам обеих сторон и будет способствовать укреплению безопасности во всем мире.

Договор предусматривает, что Россия и США сокращают и ограничивают свои СНВ таким образом, чтобы через 7 лет после его вступления в силу и в дальнейшем суммарное количество у каждой из сторон не превышали, во-первых, 700 единиц для развернутых межконтинентальных баллистических ракет /МБР/, баллистических ракет подводных лодок /БРПЛ/ и тяжелых бомбардировщиков. Во-вторых, не превышали 1055 единиц для боезарядов на них. И в третьих, не превышали 800 единиц для развернутых и неразвернутых пусковых установок МБР и БРПЛ, а также тяжелых бомбардировщиков.

В отличие от старого ДСНВ, новый Договор позволяет сторонам самостоятельно определять состав и структуру своих стратегических наступательных вооружений. При этом ко всем средствам СНВ применяется сходный режим, исключающий особые меры контроля за теми или иными системами. Это обеспечивает паритетность и равноправие сторон, а также отражает новый уровень доверия между Москвой и Вашингтоном.

Документ подлежит ратификации российским парламентом и сенатом конгресса США.

Россия считает, что новый Договор заслуживает ратификации и должен вступить в силу. Он станет "первым документом такого рода, который является абсолютно равноправным как по духу, так и по букве", заявил накануне подписания глава МИД РФ Сергей Лавров. По его словам, "паритетность обеспечена во всех без исключения его компонентах, начиная с принципов, определяющих его философию, параметров, контрольных, верификационных и прочих процедур".

Работа над новым соглашением продолжалась в течение года. За это время в Женеве состоялись 10 раундов российско-американских переговоров. Решение об их начале было принято на встрече президентов Д.Медведева и Б.Обамы в Лондоне 1 апреля 2009 г.

С российской стороны переговоры вела межведомственная делегация, которая работала на основе утвержденных Д.Медведевым директив и указаний. При этом он лично контролировал ход переговоров, неоднократно напрямую подключался к решению наиболее сложных вопросов, в частности, в ходе регулярных встреч и телефонных разговоров с президентом США.

Позиция российской делегации на переговорах основывалась на тщательно выверенном анализе реального положения дел в сфере ядерных вооружений, на объективных стратегических потребностях и возможностях государства. Решению любого вопроса предшествовала экспертная проработка в межведомственном формате, и российские переговорщики неизменно исходили из того, что краеугольным камнем процесса ядерного разоружения является принцип равной и неделимой безопасности сторон.

При работе над Договором российская сторона последовательно добивалась того, чтобы все его положения формировались строго на паритетной основе. При этом главное заключалось в том, чтобы обеспечить сохранение баланса интересов, который собственно и определяет понятие "стратегическая стабильность". В Москве считают, что это удалось.

Заключив это соглашение, Москва и Вашингтон подтвердили свое лидерство в вопросах разоружения и наглядно доказали общую приверженность обязательствам по статье 6 Договора о нераспространении ядерного оружия.

Поле деятельности новой договоренности охватывает все существующие стратегические наступательные вооружения, независимо от их оснащения - ядерного или неядерного. Обычные неядерные боезаряды включаются в предельные уровни для боезарядов, предусмотренных Договором, а их носители - в общие уровни средств доставки.

Обе стороны считают, что договоренность послужит стартовой площадкой для дальнейшего диалога о влиянии МБР и БРПЛ в обычном оснащении на стратегическую стабильность. Это принципиально важно, поскольку стратегические наступательные вооружения в обычном оснащении будут дестабилизировать обстановку.

Кроме того, в новом Договоре существенно упрощен верификационный механизм, а это позволит снизить расходы на контрольную деятельность и значительно уменьшить нагрузку на инспектируемые объекты. Упрощены процедуры переоборудования и ликвидации средств СНВ, положения, связанные с информационным обменом, значительно сокращена номенклатура уведомлений.

Новый Договор не содержит ограничений, контроль за соблюдением которых требовал бы использования телеметрической информации. Тем не менее, стороны пошли на согласование процедуры обмена телеметрической информацией, исходя из необходимости обеспечения дополнительной транспарентности и предсказуемости своих действий. При этом характер телеметрической информации для передачи партнеру каждая сторона определяет самостоятельно.

В отличие от всех предыдущих соглашений о сокращении СНВ, новый Договор заключается в условиях, когда отсутствуют международно-правовые ограничения на развитие систем стратегической противоракетной обороны. В 2002 г прежняя администрация США в одностороннем порядке вышла из Договора по ПРО 1972 г, и при подготовке нового Договора было невозможно проигнорировать неразрывную взаимосвязь СНВ-ПРО и возрастающую важность этой взаимосвязи в процессе сокращения стратегических наступательных вооружений. Положение о взаимосвязи СНВ-ПРО четко прописано в самом Договоре, то есть в юридически обязывающей форме. Кроме того, зафиксированы обязательства сторон не переоборудовать и не использовать пусковые установки МБР и БРПЛ для размещения в них противоракет и наоборот.

Стороны также согласились обсуждать отличительные признаки противоракет от МБР и БРПЛ, а также пусковых установок противоракет от пусковых установок баллистических ракет. Это должно повысить транспарентность программ в области стратегической ПРО.

В Договоре зафиксировано, что он заключается "в условиях имеющихся у сторон уровней стратегических оборонительных систем". Изменение этих уровней оставляет каждой стороне право решать вопрос о своем дальнейшем участии в процессе сокращения стратегических наступательных вооружений.

Россия, в частности, будет иметь право выйти из Договора, если количественное и качественное наращивание потенциала стратегической противоракетной обороны США начнет оказывать существенное влияние на эффективность российских стратегических ядерных сил. Москва сможет сама определять степень такого влияния, и это специально оговорено в заявлении Российской Федерации, которое стало частью пакета документов Договора, а также в ответном заявлении США.

В Москве убеждены, что в целом новое соглашение знаменует переход на более высокий уровень взаимодействия России и США в деле разоружения и нераспространения, закладывается фундамент качественно новых отношений в военно-стратегической области, в вопросах укрепления взаимной и глобальной безопасности.

По мнению обеих сторон, Договор создает дополнительные возможности для дальнейшего развития партнерства России и США. Важно и то, что он подписан накануне предстоящих в апреле и мае Саммита по ядерной безопасности и восьмой обзорной конференции по рассмотрению действия Договора о нераспространении ядерного оружия. Ожидается, что подписание Договора благотворно скажется на укреплении режима нераспространения, расширении процесса ядерного разоружения, включая создание условий для придании ему в перспективе многостороннего характера.