Фінансові новини
- |
- 14.08.24
- |
- 22:58
- |
- RSS
- |
- мапа сайту
Авторизация
| |
"Запам'ятайте, ніхто не може змусити вас почувати себе неповноцінним без вашого на те згоди" Елеонор Рузвельт |
Игорь Билоус: «Я лично выступаю за приватизацию всех государственных предприятий»
08:26 22.07.2015 |
До конца нынешнего года в Украине запланировано приватизировать более трех сотен различных объектов, включая и те, для продажи которых требуется специальное разрешение Верховной рады. Выручить за эти предприятия Кабмин рассчитывает минимум 17 млрд гривен.
В ответе за жизнеспособность столь амбициозных планов правительства ныне оказался Игорь Билоус - человек, карьерные виражи которого за последние полтора года превратили его в одного из ведущих отечественных ньюсмейкеров. В прошлом - инвестбанкир, занимавший топовые позиции в SARS Capital, «Ренессанс Капитал» и инвестбанке UBS, на гребне революционного тренда пересел в кресло госслужащего.
Государственная фискальная служба, которую Билоус возглавил в марте 2014-го, должна была стать образцом скорейшего преодоления коррупции и перерождения госаппарата в сервисную службу business friendly. Однако менее чем через год, под аккомпанемент громкого коррупционного скандала и обвинений со стороны главы правительства, Игорь Билоус вместе с заместителями покинул свой пост.
Инициированные Арсением Яценюком тотальная проверка и расследование «перегибов» руководства ГФС никаких конкретных результатов не дали, и уже спустя менее трех месяцев Билоус возглавил Фонд госимущества Украины. Это назначение в существующих условиях выглядело столь же противоречивым, как и планы правительства по тотальной приватизации госсобственности в раздираемой экономическим кризисом и вооруженным противостоянием стране.
Однако месседжи нового главы ФГИ были полны оптимизма - в частности, он среди своих первоочередных планов назвал возрождение процесса приватизации, перевод предприятий, закрепленных за ведомством, на корпоративное управление и инвентаризацию государственного имущества в контексте привлекательности для арендаторов.
В правительстве и Фонде с самого начала не скрывали, что основную ставку в приватизационных изысканиях государство делает на Одесский припортовый завод. Уже через полтора месяца после того, как Билоус возглавил ФГИ, он вошел в набсовет ОПЗ в качестве представителя Фонда, сменив по данной квоте Алексея Перевезенцева из МЭРТ.
Как госчиновник Игорь Билоус достаточно открыт для прессы. Свое обещание о полноценном интервью, данное корреспонденту Forbes в день назначения руководителем Фонда госимущества, он сдержал. В ходе беседы был предельно спокоен; единственной темой, обсуждать которую отказался, стала «эра ГФС» в его карьере. Правда, по словам самого Билоуса, ныне он получил от высшего руководства страны полный карт-бланш на решительные действия, чего не было ранее в ГФС.
В интервью для Forbes Игорь Билоус рассказал о том, как можно оценить успешность подконтрольного ему ведомства, о совместимости планов с реалиями, дальнейшей судьбе наиболее прибыльных госактивов и том, почему ОПЗ с Украиной связывает разве что географическое положение и налоги, и почему не стоит ждать лучшей конъюнктуры рынка. Также мы поговорили о подходах к управлению госимуществом в Крыму, функциях Фонда в вопросе корпоратизации «Энергоатома» и «Укрзализныци», и о том, насколько велика вероятность продажи украинских активов резидентам страны-агрессора.
«Пока Верховная рада так и не рассмотрела законопроект №2319а, где есть пункт об отмене нормы, по которой Фонд обязан перед оглашением конкурса предложить к продаже на фондовых биржах пакет акций АО в 5-10%. Скорее всего, это означает, что нам придется работать - в том числе и с ОПЗ - по старым процедурам, а это сильно затянет приватизационный процесс», - констатирует он.
- Какие функции выполняет сегодня Фонд госимущества и как он с ними справляется?
- У Фонда госимущества сегодня четыре основные функции: подготовка и проведение приватизационных конкурсов; корпоративное управление компаниями, которые находятся в ведении Фонда; оценочная деятельность и сдача в аренду госимущества.
Наиболее успешно мы реализуем четвертую функцию: у нас 23 000 договоров аренды, план этого года - 544 млн гривен - уже перевыполнен: собрано 562 млн гривен. Этот департамент наиболее эффективен с точки зрения своей работы, автоматизации, контроля.
С подготовкой и проведением приватизационных конкурсов, а это написание условий, составление графиков и проведение непосредственно приватизации, тоже справляемся. Есть особенности - приватизация проводится двумя основными способами: пакеты от 25% до 51% продаются на биржах, а все, что 50%+1 акция - на конкурсах.
Стратегические объекты продаются на конкурсах с элементами аукциона, где в конце процедуры стоит лицитатор с молоточком, у него есть шаг, а люди, называющиеся инвесторами, поднимают таблички согласно инструкциям своих акционеров. Суперпрозрачная процедура, прозрачнее не бывает, и быть не может.
- Остальные две функции не столь успешны?
- Оценочная деятельность - очень большой сегмент, но на протяжении всей работы Фонда он был далек от прозрачности. Сегодня мы сформировали полностью новую команду. Ее возглавил человек из частного сектора - Наталья Лебедь. Она - представитель независимых оценщиков, уже прошла согласование в Кабинете министров.
ФГИ занимается не только оценкой тех активов, которые идут на приватизацию или передаются в аренду. Мы выполняем регулирующую функцию на рынке оценки в целом, сертифицируем оценщиков, которые специализируются на вопросах налогообложения, купли-продажи движимого и недвижимого имущества. Сектор включает в себя также и финансовую отчетность, связанную с той приватизацией, которая была сделана не так, или по которой есть вопросы.
- Значит, самая проблемная функция - корпоративное управление?
- Эта функция плохо исполняется или не исполняется вовсе. Представители Фонда назначаются в наблюдательные советы, участвуют в процедуре утверждения какого-то финансового плана, который мало в чем связан с реальной жизнью, и на этом все корпоративное управление заканчивается.
В результате из 127 компаний, в которых есть наши контрольные пакеты, только 30 предприятий живые. Все остальные - или банкроты, или в стадии ликвидации. Это неправильно, потому этот сегмент будет полностью меняться, кое-что в этой вертикали мы уже поменяли.
- План приватизации на 2015 год не менялся?
- Нет, 17 млрд гривен.
- Что планируете приватизировать в этом году точно?
- Точно - Одесский припортовый завод (ОПЗ). Причем ОПЗ хотим сделать первой масштабной стратегической приватизацией. А после нее запустим облэнерго и «Центрэнерго». Успеем ли мы все сделать в этом году - посмотрим.
- Уже звучала сумма, за которую вы собираетесь продавать Одесский припортовый - $500 млн. Она корректна?
- Это минимальная цена, которую хотели бы видеть правительство и ФГИ, и которая, скорее всего, будет озвучена как начальная стоимость. А уже потом, на аукционе, каждый из инвесторов будет поднимать табличку со своим предложением, это будет реальное живое соревнование.
- А можно ли получить больше?
- Мы, в принципе, говорим о той же начальной стоимости, которая была и в 2006-м, и в 2008-2009 годах, когда было самое время для приватизации. Мы планируем получить от полумиллиарда до миллиарда долларов, но это все зависит от аукциона и тех претендентов, которые придут. При хорошей продаже ОПЗ мы закроем весь план поступлений от приватизации.
- Какие объекты ОПЗ будете продавать?
- Все - и завод, и перевалку, кроме магистрального аммиакопровода. Эта труба принадлежит «Укрхимтрансаммиаку», она в перечне стратегических объектов и не подлежит приватизации. Завод ничего не потеряет, они друг без друга все равно не существуют, но каждый будет работать на своей территории.
- Но у ОПЗ долги на сотни миллионов долларов, что делать с ними?
- Долги - это обычная деятельность любого нормального предприятия. В данном случае у предприятия есть долги за газ, есть долги по кредитам, которые активно выплачиваются. Сегодня идет изучение всей кредиторской задолженности, выстроен график погашения. Да, долги уменьшают стоимость предприятия, но это не мешает выставлять его на продажу.
- А как суды с группой «Приват» повлияют на проведение конкурса?
- Приватовские суды - не единственные, есть и другие суды, как на любом предприятии. На сегодняшний день активных судебных действий нет. Первую инстанцию «Приват» проиграл; скорее всего, они подадут апелляцию. Если понадобится сесть с ними за стол переговоров - будем садиться. Будем привлекать правительство, чтобы достигнуть компромисса.
- Есть ли уже условия приватизации?
- Условий еще нет. Но что такое условия на сегодняшний день? Три основных момента: сохранить профиль предприятия, обеспечить социальную защиту и защиту экологии.
- Кто их будет писать?
- Как и для любого объекта стратегической группы «Г», будет создана конкурсная комиссия. В нее войдут представители ФГИ, Минэкономики, предприятия, профсоюза, депутаты от профильного комитета ВР по приватизации. Только основных членов семь человек, плюс еще советники, эксперты. Обязательно примут участие технические специалисты - главные инженеры заводов.
- Какие-то отдельные квалификационные требования, ограничительные условия будут?
- Никаких квалификационных ограничений мы ставить не будем. Просто будем проверять, что за инвестор, откуда у него деньги, есть ли у него госсобственность, попадает ли он в список FATF или в список каких-либо санкций - вот и все. Вносите 10% от минимальной конкурсной суммы на счет ФГИ в долларах, подавайте документы - и участвуйте в аукционе.
- Когда можно будет увидеть результаты работы?
- Пока мы только на стадии отбора советника, ведем предварительные переговоры. Но к концу лета все будет готово, мы представим результаты, в том числе и оценку предприятия.
- Кого вы видите инвестором на ОПЗ?
- Достойную западную компанию. У нас уже есть четыре американские глобальные структуры, заинтересованные в покупке ОПЗ. Называть их пока неэтично. Есть и европейские, тоже глобальные - они участвовали раньше в приватизации ОПЗ.
Наша поездка в Вашингтон подтвердила наличие большого интереса вообще к Украине, к той приватизации, которую мы будем проводить, и к тому, как мы ее будем проводить. Деньги есть, инвесторы есть, нам нужно сделать «домашнюю работу».
- Что может помешать этой продаже?
- Помешать могут форс-мажорные обстоятельства, такие как обострение военной ситуации. Инвесторы могут сказать: извините, мы, наверное, подождем еще год. Это самый важный фактор, на который мы никак не можем повлиять.
Кроме того, существует еще опасность, что министерства не успеют вовремя передать предприятие в ведение Фонда, что, конечно, задержит процесс. Ну и - нам бы очень хотелось провести приватизацию по новым правилам. А для этого Верховная рада должна рассмотреть и принять предложенные нами изменения в законодательство, которые касаются участия советников, правил оценки и продажи.
- Вы не считаете, что сейчас не самое лучшее время для приватизации?
- А когда было лучшее время - назовите? Хорошее время было перед кризисом 2008-2009 годов, а сколько мы объектов тогда продали?
- Отношение к продаже ОПЗ в обществе неоднозначное, его называют одним из лучших предприятий в стране. Неужели государство само не может им управлять, чтобы получать не только налоги, но и всю прибыль?
- Назовите мне хоть одно предприятие, которым эффективно управляло государство, с которого мы получали дивиденды и прибыль? У госпредприятий нет эффективной структуры и механизма управления, начиная с того, что нет людей, нет правильной компенсации, нет правильных KPI для менеджмента, нет ничего. Или существует, но не так, как нужно.
- Однако зарплаты некоторых руководителей госпредприятий больше 100 000 гривен...
- Ну, коллеги... если это структура с миллиардными оборотами, говорить, что директору платят 100 000 гривен - это говорить ни о чем. Топовые лица в таких предприятиях должны получать конкурентную заработную плату, компенсацию, бонусы. Тот же ОПЗ, если отойти от теории и окунуться в практику - это долларовый бизнес, который работает на долларовом газе и продает долларовую продукцию.
Его связывает с Украиной только то, что он расположен в Одесской области, там работают наши граждане и налоги платятся Украине.
Да, он уникален, но тем интереснее он для инвесторов. Кроме того, нам нужно показать миру, что мы готовы принимать у себя западных инвесторов, которые будут эффективно управлять этим предприятием. В конце концов, мы увидим какую-то прибыль, увидим налоги, увидим хороший правильный бизнес. Это будет посыл для других инвесторов.
- Рассматривается ли вариант разделения «Центрэнерго» на три объекта?
- Не рассматривается. Я не отвечаю за Министерство энергетики и другие органы, но ФГИ рассматривает это как единый комплекс. Компания должна быть продана в едином комплексе и обеспечивать людей электроэнергией, как прописано в уставе.
- Там какие-то квалификационные условия будут?
- Те же самые, что и по ОПЗ: профиль, социальный фактор, экология. Но тут уже экология более сложный аспект. Экологи по всему миру требуют сократить выбросы в атмосферу СО2, ЕС поддерживает эти требования. Поэтому в следующие 5-10 лет инвестору придется провести модернизацию блоков, чтобы они отвечали европейским нормам.
- Недавно министр энергетики Владимир Демчишин заявил, что он против продажи «Центрэнерго»?
- Он не против продажи в принципе, он против, пока нет решения Антимонопольного комитета по рынку производства электроэнергии, если правильно я осведомлен. И тут я его поддерживаю.
- Но он еще заявил, что нельзя спешить ни в коем случае в этом году, нужно найти разные источники поставки угля, решить проблему с долгами.
- Я тоже против спешки. ФГИ, равно как и министр энергетики, выступает за грамотную подготовку к продаже «Центрэнерго». У предприятия много проблем, включая долги и отсутствие поставщиков угля. Мы прекрасно понимаем, что много не выручим от продажи этой компании. По разным оценкам, за «Центрэнерго» можно получить не больше $200-300 млн. Но более важно найти эффективного собственника, который поднимет предприятие на ноги.
Ценность инвестора состоит в решении на предприятии проблемы с углем и экологией. Также ему нужно будет провести инвентаризацию блоков. Кроме того, существует задача оставаться полноценным игроком на рынке.
- А условия обязательной закупки украинского угля?
- Таких условий не может быть. Мы идем в рынок - открытый, правильный, европейский, никаких силовых вещей не будет. Украинский уголь находится ближе всего, и при нормальных условиях покупки он будет абсолютно нормально потребляться и сжигаться. Потреблять украинский уголь только потому, что нам надо его куда-то деть, но он в три раза дороже, чем другой уголь - это неправильно. Значит, нам нужно что-то делать с шахтами, вот и все. Рыночная экономика должна победить.
- Кстати, как идет процесс подготовки к приватизации шахт? Недавно Минэнергоугля анонсировал продажу 35 шахт.
- На шахты мы пока не смотрели, к тому же у нас очень сложно идет процесс передачи имущества Фонду от Минэнергоугля. Из 41 объекта пока передано только 2, это связано с техническими моментами. А шахты сами по себе - объекты очень тяжелые.
Я не верю, что сегодня мы сможем продать хоть одну шахту, даже за гривны их никто не купит. Потому что там: а) очень много долгов разного характера, которые скопились в течение многих лет; б) сами активы очень запущены: старые проходки и оборудование, куча людей, управление неэффективное. В то же время государство выдает большие субсидии на них. Нужно искать какой-то альтернативный путь - концессия или долгосрочная аренда. У меня нет комплексного решения, потому что я - не профильный человек в угле.
- Но вам все равно придется искать эти решения по шахтам, приватизация уже анонсирована?
- Знаете, к нам приходят люди, которые интересуются и «Центрэнерго», и шахтами, и другими объектами, и предлагают различные решения. Мы хотим сделать небольшую группу, которая будет сотрудничать с Минэнергоугля, чтобы выработать какое-то оптимальное решение. Нам надо ответить на вопрос, что же делать с шахтами на нашей территории, что делать с шахтами на оккупированной территории. Уголь оттуда нам все равно нужен, особенно антрацит. Без решения этой проблемы мы не сможем решить проблему востока.
- Планируете ли до конца года продать теплоцентрали и облэнерго?
- Да, мы хотим их продать в этом году. Часть облэнерго, где контрольные пакеты, пойдет на прозрачный конкурс с последующей продажей с молотка.
- Как ФГИ собирается контролировать вопрос не допуска к конкурсам по продаже или аренде государственных объектов структур из страны-агрессора?
- На базе Фонда создан отдельный департамент, он координирует действия с правоохранительными органами. Мы будем проверять кандидатов, начиная от принадлежности и заканчивая тем, откуда идет денежный поток.
Конечно, полной гарантии вам сегодня никто не сможет дать. Но мы будем очень щепетильно подходить к каждому претенденту. Если нам будет недостаточно ресурса самостоятельно идентифицировать кандидатов на государственные объекты, Фонд непременно обратится за помощью к внешним службам.
- Начат ли процесс подготовки к приватизации предприятий Минагропрода?
- Есть некоторые идеи, ведутся дискуссии, но пока не сформирована полноценная единая стратегия по приватизации предприятий этого министерства. На балансе Минагропрода находится более 500 компаний, которые, как и многие другие объекты госсобственности, неэффективно управляются.
Нужно провести реформу госпредприятий, которая позволит создать корпоративное управление и единую платформу для всех объектов государственной собственности, это касается не только предприятий аграрного министерства. Такую политику будем применять ко всем гособъектам.
- Ваше ведомство будет входить в комиссию, которая будет определять состав правления акционерных обществ с участием государства?
- Этот вопрос станет понятен после того, как будет выбрана единая стратегическая платформа. При условии, что Фонд станет регулятором этой платформы, его участие в выборе руководства АО будет, несомненно. Если такие предприятия будут и дальше подотчетны профильным министерствам, наше участие вряд ли возможно. Сейчас пока обсуждается выбор площадки.
- Что будете делать с «Укрспиртом»?
- Есть несколько мыслей, пока что больше склоняемся к приватизации. Эта идея не нова, его планировали продавать и раньше. Но прошлое правительство заняло обратную позицию в этом вопросе. На сегодняшний день стоит вопрос: как продавать и что продавать?
По большому счету, мы говорим о продаже лицензий, которые имеют заводы «Укрспирта». Сегодня из 41 предприятия работают менее десяти, поэтому нужно выбрать правильную модель продажи. Скорее всего, будем менять законодательство: вводить запрет на новые лицензии или создание новых мощностей, дабы увеличить стоимость текущих предприятий.
- Если говорить о корпоратизации НАЭК «Энергоатом» и «Укрзализныци», то какова тут роль ФГИ?
- ФГИ имеет прямое отношение к корпоратизации государственных объектов, включая «Энергоатом» и «Укрзализныцю». По последней мы уже выдали рецензии на оценку имущества, которую проводила компания Deloitte, со своими комментариями и рекомендациями. Мы выступаем за корпоратизацию государственных предприятий - это шаг к более качественному управлению госкомпаний.
- Есть ли в планах приватизация морских торговых портов?
- Сегодня ни один из морских портов не готов к приватизации. Во-первых, для начала нужно провести международный аудит, перевести отчетность на стандарты МСФО. Во-вторых, во многих портах есть долгосрочные договоры по аренде того или иного имущества, на некоторых объектах арендаторы уже построили сооружения, нельзя же их забрать бесплатно. Я лично выступаю за приватизацию всех государственных предприятий, но для портового хозяйства все же наиболее выгодной формой управления могла бы быть концессия.
- Каковы планы по аэропорту «Борисполь»? Рассматривается ли вопрос приватизации этого аэропорта?
- Приватизации такого важного объекта точно не будет. Здесь также речь может идти о концессии или аренде. Мы ищем качественного международного оператора. Сейчас есть несколько компаний, заинтересованных в аренде. Если будут достойные заявки, проведем конкурс.
- А как вы подходите к оценке украинского имущества в Крыму и в зоне АТО?
- За всю работу с Крымом сейчас отвечает наше специальное представительство в Херсоне. В настоящее время идет анализ по объектам: нужно разобраться, что мы потеряли, а что еще нет. Ведется диалог с представителями АРК. На нашей территории также существует ряд российских объектов. Возможно, в переговорах мы придем к идее обмена предприятиями. По востоку пока не решен вопрос. Но на территориях этого региона, подконтрольных украинским властям, мы неплохо справляемся с функцией аренды объектов.
- В прошлом году по решению суда в госсобственность возвращены 68% акций Запорожского алюминиевого комбината (ЗАлК). Но влияние теперь уже миноритария - компании «РусАл» Олега Дерипаски - все равно еще присутствует. Как складываются с «РусАл» взаимоотношения вашего ведомства? Какое будущее у ЗАлК?
- Сейчас стоит задача определить новый состав наблюдательного совета и топ-менеджмента предприятия. Мы провели пару раундов переговоров с миноритариями предприятия - российскими акционерами («РусАл». - Forbes), пока что есть взаимопонимание.
14 августа пройдет собрание акционеров. Фактически уже создали команду, которая проведет инвентаризацию ЗАлК. Цель очень простая - разобраться, что мы имеем, привести в порядок с технической и юридической точек зрения, и выставить этот объект на приватизацию.
- По еще одному проданному в свое время госпредприятию - «Укртелеком» - есть вопросы к нынешним собственникам. Могут ли быть пересмотрены условия приватизации этой компании?
- ФГИ - лишь инструментарий в этом вопросе. Самостоятельно мы не можем принимать каких-либо решений. Специальная комиссия Верховной рады 16 июля проводила заседание по этому вопросу. Диалог продолжается, пока конкретные решения не приняты.
Андрей Леденев Инна Коваль
|
|
ТЕГИ
ТОП-НОВИНИ
ПІДПИСКА НА НОВИНИ
Для підписки на розсилку новин введіть Вашу поштову адресу :