Потенциальное вступление Финляндии и Швеции в НАТО - один из самых крупных провалов внешней и оборонной политики Кремля, считает Константин Эггерт.

Пока неясно, заблокирует ли Турция вступление Финляндии и Швеции в НАТО. Однако Владимир Путин уже пытается представить само выступление как событие не очень значительное.

Путин успокаивает

На заседании совета путинской "карманной НАТО" - Организации договора о коллективной безопасности - в Кремле президент России сказал, что у Москвы нет проблем с Финляндией и Швецией и что "непосредственной угрозы" их вхождение в альянс не создает. В своем фирменном уклончивом стиле он одновременно пообещал, что Россия будет "соответствующим образом" реагировать на расширение НАТО.

Замминистра иностранных дел Сергей Рябков заявил, что Россия "не смирится" с членством двух северных стран в альянсе, но опять же - в зависимости от "последствий" их вступления. Понимать это нужно так: Москве нечего и нечем ответить на присоединение шведов и финнов к НАТО. Поэтому, дескать, будем ждать, когда американцы разместят свои войска где-нибудь под Лаппеенрантой.

Но американцы это делать не будут, пока их об этом не попросит Финляндия. А она не попросит, если Кремль не начнет концентрировать войска на границе с ней или грозить ядерным оружием. Пока что, судя по всему, единственным военным "ответом" на планы Хельсинки и Стокгольма стали стрельбы двух малых ракетных кораблей Балтийского флота в акватории Калининградской области.

Российское руководство пытается делать хорошую мину при плохой игре. После начала 24 февраля нового этапа войны против Украины ему приходится прибегать к этому все чаще. Но даже на фоне политических, военных и экономических провалов последних трех месяцев решение Финляндии и Швеции вступить в Североатлантический альянс - особенно болезненная пощечина Путину.

Венок для Маннергейма

С военной и политической точки зрения Швеция и Финляндия стали подходящими кандидатами на вступление уже давно. Их вооруженные силы полностью интероперабельны - то есть, готовы к стопроцентному взаимодействию с армиями союзников. Но оба государства десятилетиями предпочитали оставаться нейтральными, точнее, не присоединившимися к военным блокам. Причем общественность двух стран стабильно была в большинстве своем против вступления.

Начиная с Никиты Хрущева, советские, а затем российские лидеры особенно успешно культивировали тесные отношения с политиками и бизнесом Финляндии. Политика финляндизации - суверенитета в обмен на неприсоединение к военным союзам - появилась в результате двух советско-финских войн - 1939-40 и 1941-44 годов. СССР удалось захватить часть финской территории, но не получилось поработить соседей. Продолжавшееся с конца Второй мировой сосуществование на основе этого принципа не было поколеблено даже крахом Советского Союза в 1991 году, хотя тогда много было разговоров о потенциальной нестабильности в Евразии.

Случившийся за две-три недели переворот в сознании финнов и шведов - целиком заслуга Путина. В 2001 году он первый раз приехал с официальным визитом в Хельсинки. И тогда потряс и растрогал финнов тем, что, согласно государственному протоколу страны, возложил венок на могилу бывшего президента маршала Карла Густава Маннергейма - лидера Финляндии во время обеих войн с СССР. Этого до него не делал ни один гость из Москвы

Двадцать лет были потрачены на культивирование связей с политиками и бизнесменами Финляндии, а также небезуспешную покупку влияния. К примеру, бывший премьер Пааво Липпонен был нанят консультантом проекта Nord Stream по экологии. Нынешний президент Финляндии Саули Ниннистё - один из немногих западных лидеров, который регулярно лично встречался с Путиным, за что его регулярно критиковали в Центральной Европе и Балтии. Поистине издевательская ирония истории: именно Ниннистё на днях лично проинформировал кремлевского начальника про грядущее вступление финнов в НАТО.

Балтийское море становится озером НАТО

Военные и политические последствия случившегося - крайне болезненные для кремлевских борцов с расширением НАТО. Финляндизация умерла. Граница с альянсом (то есть, потенциальная линия фронта) увеличивается более чем на тысячу километров. От нее до Санкт-Петербурга - сто с лишним километров. Балтийское море становится фактически озером НАТО.

Способность и без того не самого могучего Балтийского флота России действовать будет еще более ограничена. Если шведы или финны попросят об этом, то другие союзники могут разместить свои силы на стратегических позициях в регионе - например, на острове Готланд, фактически контролирующем проход в и из Балтийского моря. Или в той же Лаппеенранте, в тридцати километрах от когда-то финского Виипури - Выборга.

В случае необходимости полная - морская и сухопутная - блокада Калининградской области странами НАТО может быть установлена значительно быстрее, чем раньше. По результатам нового раунда войны с Украиной даже неспециалист может сделать вывод: у Москвы нет ни личного состава, ни техники, ни вооружений, чтобы хоть как-то ответить на решение Хельсинки и Стокгольма. Остается грозить ядерным оружием. Но и от этого за последнее время все устали. "Это провал", - подумал Штирлиц". И на этот раз, похоже, не ошибся.

Автор: Константин Эггерт - российский журналист, автор еженедельной колонки на DW