Вчерашнее действо в Кремле имело целью соединить две несочетаемые, казалось бы, цели. Путин и его доверенные чиновники стремились продемонстрировать миру, что немедленной войны не будет, но при этом Россия готова силой защищать свои интересы. Получилось не слишком убедительно.

Рабочие встречи между президентом России Владимиром Путиным и руководителями дипломатического и оборонного ведомств, Сергеем Лавровым и Сергеем Шойгу соответственно, состоявшиеся вчера после обеда, носили официозно-театрализованный характер.

С каждым из собеседников Путин встречался в комнате, где раньше проходили заседания всего российского правительства. При этом собеседники садились не рядом, а на "макроновской" дистанции метров в 7-8. Хотя раньше подобных "президентских почестей" ни один из российских министров вроде бы не заслуживал, и рабочие встречи с ними проходили в менее причудливых условиях.

Дальнейшая речь Лаврова состояла, в основном, из жалоб на то, что Запад проигнорировал все российские предложения, и согласился только на "технические" моменты, связанные со снижением эскалации - вроде увеличения минимальной дистанции при встрече боевых кораблей и самолетов, возобновления переговоров по ликвидации ракет средней и малой дальности и т.д. После чего на вопрос Путина о том, сохранились ли шансы договориться с Западом, Лавров неожиданно ответил вполне утвердительно, выступив за дальнейшие переговоры.

Разговор с Шойгу был более лапидарным - и в ходе его открытой части российское чиновник сообщил, что часть масштабных военных учений, которые проводит Россия, подходит к концу. То есть войска, скорее всего, вернутся в казармы. Хотя, конечно, не все.

На фоне этих двух разговоров доллары и евро в течение нескольких часов подешевели на России сразу на один рубль каждый, и рыночные индексы вроде бы показали какой-то рост. То есть рынок воспринял сказанное в Кремле как сигнал к разрядке.

В общем, из вчерашних встреч напрашивается несколько относительно простых выводов. Во-первых, существующая международно-политическая реакция на военные движения России является достаточно мощной для того, чтобы заставить Кремль сымитировать какие-то шаги, направленные на деэскалацию. Сложно сказать, что именно оказывает ключевое влияние на Кремль - масштабные поставки оружия и финансовой помощи Украине или распродажа акций российских компаний нерезидентами, волатильность ключевых экономических показателей и постепенное обнуление шансов на сертификацию "Северного потока-2" - или, возможно., все это вместе.

И, во-вторых, Путин хотя и имитирует намерение идти на деэскалацию, заявлениями о том, что Запад фактически "проигнорировал требования России" намекает на тот факт, что конфликт может обрести любую остроту в неопределенном будущем. И момент эскалации может быть через неделю, месяц или год. В удобный для Москвы момент.

Так что состояние "ни мира, ни великой войны", которому не очень радуются ни в Украине, ни на Западе, имеет все шансы стать хроническим. Кремль продолжит переписку с Госдепом США и руководством НАТО, требуя ответить на вопросы, поставленные к предыдущим ответам США на высказанные Россией обеспокоенности. Палаточные лагеря у наших границ понемногу будут заменены на постоянные казармы. Посольству США, наверное, следует начинать строить новое, капитальное здание или во Львове, или где-то на Краковецкой таможне. А всем нам просто привыкать к новой реальности. Не теряя при этом готовности реагировать на ее вероятные вызовы.

При этом содержательная часть обоих этих разговоров - особенно с Лавровым - также была достаточно хорошо транслирована в СМИ, что не является привычной для Кремля практикой. Проще говоря, Путин общался с министрами так, чтобы все это услышали. Если не из-за уникального содержания сказанного, то хотя бы из-за очередной волны мемов относительно длины стола.

При этом сказанное, отчасти, тоже было интересно. В частности, Лавров доложил Путину: "Я направил специальное послание всем нашим западным коллегам, привлекая их внимание к тому, что обязательства по неделимости безопасности намного сложнее и комплекснее, чем они пытаются это представить, оправдывая вступление Украины в НАТО... Я получил ответы неудовлетворительные - никто из моих коллег-министров не ответил на мое прямое послание". То есть, Россию проигнорировали все министры иностранных дел, к которым она обращалась со своими "озабоченностями", не удовлетворившись совместной реакцией НАТО. Проще говоря, штрейкбрехеров, готовых на сепаратные переговоры с Кремлем, на Западе нет.