На днях "Левада-центр" и "Открытые медиа" выпустили результаты совместного опроса, согласно которому 58% граждан России не поддерживают идею обязательной вакцинации от коронавируса, а 66% уверены, что прививки в принципе должны быть добровольными. Одобряют принудительную вакцинацию всего 20% опрошенных.

Вакцинный бунт

Среди противников обязательной вакцинации 18% не доверяют именно российской вакцине, а еще 10 - вакцинам вообще. Так или иначе, больше половины (54%) опрошенных честно признают, что не готовы сделать прививку. При этом процент готовых вакцинироваться, согласно опросам "Левада-центра", постепенно падает. Интересно, что количество людей, надеющихся вакцинироваться за рубежом, составляет всего 2%. Все остальные, даже не видя для себя альтернативы в виде зарубежной вакцины, тем не менее, не готовы прививаться российской. Треть из них опасается побочных последствий, 20% респондентов согласны вакцинироваться только после окончания всех испытаний, а 16% в принципе не видят смысла делать прививку от COVID-19.

Схожие цифры приводят и Центр социального проектирования "Платформа" и компания Online Market Intelligence. При этом социологи утверждают: принципиальных "антипрививочников" - меньшинство среди тех, кто не намерен вакцинироваться от коронавируса (11%). Среди основных причин и здесь на первом месте наблюдается страх перед побочными эффектами, "недоверие любым препаратам, которые выходят на рынок в такой короткий срок" и неверие в эффективность вакцины.

Показательно, что отдельные религиозные деятели, выступающие против вакцинации столь яро, что сравнивают ее с вторжением фашистов и концлагерем, при этом подчеркивают, что не являются убежденными антипрививочниками. Более того, они ставят в пример прививочные кампании, проводимые в Советском Союзе, и приводят в защиту своей нынешней позиции вполне политический аргумент: "нынешняя власть не заинтересована в здоровье собственных граждан". Самое поразительное, на первый взгляд, здесь то, что именно эта мысль стала особенно популярной у тех, кого еще недавно считали абсолютными лоялистами.

Самоубийственный конформизм

Впрочем, подобные откровения не должны удивлять. Уровень недоверия "глубинного народа" к постоянно обманывающей его власти всегда был высок, однако лишь малая его часть выплескивалась наружу в виде уличных протестов. Еще больше пяти лет назад я отмечала, что основной реакцией российского большинства на любое ухудшение их жизни является желание любой ценой вернуть себе ощущение утраченного комфорта, чувство защищенности и стабильности, а главным средством здесь выступает конформизм. Можно выделить три стадии примирения российских обывателей с каждой новой выходкой правительства.

Во-первых, это попытка по возможности отмежеваться от основной группы, против которой был направлен очередной удар. До тех пор, пока репрессии властей касались отдельных категорий людей, все остальные пытались радоваться тому, что не относятся к Свидетелям Иеговы, сторонникам Навального, крымским татарам, дальнобойщикам, пенсионерам, выселяемым жителям московских пятиэтажек и другим пострадавшим категориям, а значит, очередные нововведения и запреты не коснутся лично их. Россияне привыкли к тому, что в их стране с кем угодно в любой момент может случиться что угодно, и самого факта того, что сегодня это произошло не с ними, многим уже достаточно для счастья.

Вторая стадия, наступающая в случае, если отмежеваться не получилось, - это попытка убедить себя, что ничего, в сущности, не изменилось, и нововведения вполне терпимы. Если же и этот прием потерпел фиаско, наступает третья стадия - попытка убедить себя в правильности и необходимости очередных ограничений и запретов, и поверить, что очередной удар по нормальной жизни был вынужденным, верным и предпринятым для их же блага.

Таким образом, пассивность, апатия, желание максимально отдалиться как от власти, так и от "проблемных" групп в сочетании с почти самоубийственным конформизмом долгое время создавали видимость лояльности. Однако у всех перечисленных тактик было одно важное основание: невмешательство государства в бытовую сферу. В стране, где были максимально зачищены политические свободы, а малейшая экономическая активность возможна только под крышей бандитов или спецслужб, только бытовая сфера оставалась тем пространством свободы, благодаря которой люди могли возвращать себе "иллюзию нормальности". Привычная повседневность позволяла закрывать глаза на беспредел и убеждать себя, что "ничего не изменилось", "нас это не коснется" или "так было нужно".

Реакция на вакцинацию показала: россияне вовсе не готовы подпускать государство так близко к себе и воспринимают попытки регламентировать быт и, уж тем более, телесную целостность как прямую агрессию. Драматично, что такая реакция проснулась, когда речь идет о действительно опасной и смертельной болезни, однако она лишь отражает давно существовавшую тенденцию.

Жертвы собственной пропаганды

Еще одним фактором, повлиявшим на рост ковид-диссидентства и антивакцинные настроения, является собственная российская пропаганда. В то время, когда пандемия коронавируса уже бушевала в Европе, российские федеральные телеканалы практически открыто объявляли эпидемию "происками Запада", призванными скрыть системный кризис "англо-саксонской цивилизации" под видом новой глобальной катастрофы. Показательно, что даже в конце марта 2020 года, когда официальные власти уже не могли скрывать, что Россия охвачена эпидемией, близкий к российскому Минобороны сайт "Военное обозрение" все еще писал, что пандемия была сознательно запущена "глобальными элитами", чтобы списать на нее крах западной цивилизации.

Затем, даже в разгар эпидемии в собственной стране российская пропаганда продолжала прибегать к конспирологическим теориям о британском или американском происхождении вируса, транслируемым даже ведомственными российскими СМИ. Для ультраправой аудитории распространялись еще более радикальные теории о том, что "Мировое правительство" спровоцировало пандемию, чтобы уничтожить "лишнее" население, обосновать геноцид, ослабить государство и управлять редуцированным человечеством".

Кремль не только не преследовал радикалов-конспирологов, но и предоставлял им весьма широкие площадки для выражения своих взглядов, к примеру, на федеральном информационном агентстве REGNUM. В начале мая прошлого года известный российский режиссер Никита Михалков в своей авторской передаче объявил, что разрабатываемая в США вакцина от коронавируса является ни чем иным, как чипизацией, проводимой Биллом Гейтсом для контроля над людьми и сокращения населения Земли. 2 мая власти спохватились, и передача была в спешном порядке снята с эфира телеканала "Россия 24", однако осталась на Youtube, где набрала сотни тысяч просмотров.

Основной смысл продвигаемой конспирологии сводился к тому, что коронавирус был создан западными спецслужбами, чтобы затем, под предлогом вакцинации от него, избавиться от "лишнего" населения планеты, обеспечить контроль над людьми и изменить их генофонд. К этому добавлялись жуткие истории о якобы высокой смертности после западных вакцин, которые естественным образом переносились населением и на российский "Спутник". Словом, пандемия и вакцинация были органично включены в общую систему антизападной пропаганды.

В связи с этим вполне логично, что любые последующие попытки российских властей убедить население вакцинироваться стали восприниматься потребителями такой пропаганды как доказательство того, что страна "находится под внешним управлением" и "местная элита выполняет приказы мировой элиты по уничтожению собственного населения", то есть является агентами того самого "Мирового правительства". Эти аргументы распространяют в первую очередь люди антизападных взглядов, отличающиеся "ура-патриотизмом" правого или левого толка, годами взращиваемые официальной пропагандой.

"Не как у людей"

Третий блок недоверия к российской вакцине связан с недоверием к любым препаратам российского производства как таковым - в отличие от предыдущих конспирологических теорий, вполне обоснованным. Масла в огонь подлили и российские власти, одобрив вакцину еще до того, как она прошла третью фазу клинических испытаний, то есть фактически продемонстрировав населению, что на них используют непроверенный препарат. К слову, "Спутник" до сих пор не получил одобрения ВОЗ и ЕМА.

Достаточно положительная публикация о российской вакцине в авторитетном медицинском журнале The Lancet могла несколько развеять скептицизм, однако не стоит забывать, что российская пропаганда до этого усиленно обвиняла The Lancet в ангажированности. Потому неудивительно, что для "глубинного народа" эта публикация не только не добавила "Спутнику" доверия, но и лишний раз подтвердила, что "российские власти выполняют заговор мировой закулисы". В особенности после того, как в том же издании вышел материал, опровергающий предыдущую публикацию, а Словакия заявила, что полученный ею вакцинационный материал не соответствует описанному в журнале и отказалась от закупки.

Словом, ситуация с вакцинацией вскрыла все давно зреющие гнойники современной России: тотальная уверенность в злонамеренности властей и неприятие их вмешательства в повседневную жизнь, а также недоверие российской продукции и заверениям чиновников, парадоксальным образом сочетающееся с верой в антизападную пропаганду и ростом радикально-патриотических настроений.