Политический обозреватель Заид Бельбаги, работающий с Советом сотрудничества стран Персидского залива, в колонке для Arab News дает оценку текущим отношениям между РФ и Турцией, считая, что так или иначе их ждет очередной конфликт.

Вряд ли Турции и России, которые за столетие конфликтовали по меньшей мере 12 раз, суждено быть союзниками. В 2015 г., когда Турция сбила российский военный самолет, какая-либо договоренность между ними представлялась маловероятной. А убийство посла России Андрея Карлова в Анкаре годом позже стало поводом для войны, если она вообще была. Что удивляет так это то, что после того как их отношения упали до самого низкого уровня, сегодня они стали ближе друг к другу. Однако интересно, сохранятся ли отношения между историческими противниками на том же уровне, учитывая то, как президент России Владимир Путин пытается вбить клин между Турцией и ее союзниками по НАТО.

Россия - территория площадью 17 млн кв. км, расположенная к северу от нее, является для Турцией незыблемой реальностью. Для Кремля же стремление 80 млн мусульман вновь распространить свое влияние за пределы своих границ представляет собой угрозу сформировавшейся сфере влияния России. Амбиции эти двух региональных гигантов будут всегда сталкиваться именно на Кавказе. В то время как Турция видит в Грузии потенциального союзника по НАТО, Россия долгое время рассматривала Кавказ только как регион для ее государств-клиентов, которых она держит на коротком поводке. Турция с начала XX века еще ни разу не думала о том, чтобы выступить против России ради воссоединения со своими тюркскими братьями на востоке. Однако события прошлого года продемонстрировали ее готовность вступить в конфликт, который при этом фактически сблизил обе стороны.

Конфликт вокруг нагорно-карабахского региона Азербайджана десятилетиями был заморожен, поскольку Баку не хватало воли действовать независимо, не провоцируя Россию, которая в то же время поддерживала его противницу - Армению. Однако вмешательство Турции в конфликт в 2020 г. вместо того, чтобы усугубить ситуацию, фактически привело к заключению мирного договора и территориальной трансформации.

Путин свою терпимость к военным авантюрам Турции в ноябре объяснил так: "Сейчас они (Франция и Германия) в рамках НАТО вместе осуществляют свои функции по обороне и безопасности, так, как они считают нужным это сделать... Почему мы (Россия и Турция) здесь, в регионе Черного моря, не можем сделать то же самое?". Это заявление объясняет, почему этот брак по расчету так много значит для Кремля: во все более многополярном мире Россия может проецировать себя только через сравнение отношений других государств. Своеобразный альянс с Турцией не только ограничивает возможности других стран вмешиваться в сферу влияния России, но и ценен подрывом стабильности НАТО.

Случай с истребителем стал поворотным моментом в отношениях Турции с Россией, а также показал, что Сирия может быть примером того, как они будут строить отношения за счет других государств. Поддерживая режим Асада, Россия действовала вопреки международному мнению, одновременно расширяя свое присутствие в той части мира, за которую во многих отношениях несли ответственность американцы. А предоставив Турции возможность разобраться со своими врагами - курдами - в Сирии, Кремль смог показать себя выгодным союзником.

Если отношения Анкары с Вашингтоном определяются личностями, выборами, институтами и общественным мнением, то ее связи с Россией носят исключительно личный характер. По некоторым данным, именно Путин предупредил Реджепа Тайипа Эрдогана о попытке государственного переворота в 2016 г., и затем поздравил президента Турции с тем, что тот пережил переворот. С тех пор они чаще всех мировых лидеров встречаются лицом к лицу.

И несмотря на то, что последние 60 лет она делала все, что нужно для присоединения к европейской экономики, шансы на вступление Турции в ЕС сегодня как никогда малы. Однако вместо того, чтобы подключиться к китайской инициативе "Один пояс, один путь" и одновременно укреплять связь с тюркскими народами Центральной Азии, все большее значение для Турции имеет Россия. Эту тенденцию отлично проиллюстровало решение приобрести российскую систему противовоздушной обороны С-400. Что не только лишило Турции возможности купить американские истребители пятого поколения, но, что более важно, впервые с тех пор, как большевистская Россия поддержала современное турецкое государство в конфликте с Грецией в 1920 гг., Анкара столь решительно променяла западную орбиту на Россию. Европа же, сталкивающаяся с растущими угрозами безопасности, вряд ли может позволить себе лишиться второй по величине армии в НАТО.

И все же, пусть Россия и умеет поддерживать отношения вне общепринятых правил, она не может тягаться с экономической привлекательностью Запада, доходов от торговли с которым Турция вряд ли может позволить себе лишиться. Хотя Турция и Россия и пытались найти точки соприкосновения там, где это было возможно, Анкара не решится подвергнуться международным санкциям, учитывая, насколько серьезны сегодня ее экономические проблемы. Обе стороны теперь понимают, что каждая из них сильна, и, что немаловажно, готовы доводить дело до конца. Столкновение между ними неизбежно и случится уже скоро. Лидерам обеих стран достаточно обратиться к истории, чтобы точно понять, где оно произойдет: в Черном море, на Кавказе или в Центральной Азии, где политика Турции представляет для России все большую угрозу.