Новым, уже шестым по счету президентом Кыргызстана стал 52-летний Садыр Жапаров. Он победил на досрочных выборах президента, которые были назначены после октябрьских протестов в стране.

В воскресенье кыргызстанские избиратели также высказались за президентскую форму правления на референдуме - этот вариант одобрил 81% проголосовавших.

Жапаров, освобожденный своими сторонниками из колонии (он был осужден на 11,5 лет по делу о захвате заложника), неожиданно стал сначала лидером протестов, а затем премьер-министром и исполняющим обязанности президента.

Его победу аналитики предрекали уже во время предвыборной гонки, поскольку Жапаров по результатам опросов оказался фаворитом избирателей в регионах Кыргызстана, а его ближайшие соратники заняли основные должности в действующем правительстве.

По мнению аналитика и профессора Университета национальной обороны в Вашингтоне Эрики Марат, нынешние выборы сложно назвать легитимными, кроме того, с момента принятия решения о их проведении до непосредственно дня голосования прошло всего два месяца.

"Учитывая, что это были досрочные выборы, назначение которых совсем не соответствовало процедурно Конституции или закону, это всего лишь продолжение попытки Жапарова и его сторонников узаконить его в качестве главы государства", - считает она.

Жапаров - киргизский Трамп?

Популярность Жапарова и его стремительный взлет (он оказался в кресле премьера спустя пять дней после выхода из тюрьмы) оказались сюрпризом для многих, но не для его команды.

Образ Жапарова выстроен на череде несправедливостей, которым, по мнению его сторонников, подвергся политик. За три года тюрьмы Жапаров действительно пережил большие потрясения: сначала его нашли истекающим кровью после неудавшегося суицида, затем он потерял обоих родителей и сына, когда был за решеткой.

К тому же он, по мнению сторонников, подвергся политическому преследованию за требования национализировать крупное золоторудное месторождение "Кумтор". Часто в своих видеообращениях из заключения сам Жапаров резко высказывался на острые темы и открыто критиковал действующую власть. В результате образ мученика, пострадавшего от несправедливости со стороны властей, закрепился за ним прочно.

"Тюремная камера стала своего рода капсулой от ошибок для Жапарова, который оказался в выигрышном положении по сравнению с президентом и правительством, которые совершали одну ошибку за другой", отмечает политический комментатор Азим Азимов.

Он, как и другие эксперты, считает феномен успеха Жапарова не исключением для Кыргызстана, а скорее общемировым трендом, когда на фоне разочарования в институтах власти избиратели делают неожиданный выбор.

"Кто-то предполагает, что все институты власти не справились, а президентом быть не так уж и сложно. Это может сделать кто угодно, например, комик или ведущий ток-шоу или заключенный. Главное, чтобы был хороший парень", - объясняет Азимов.

В прогрессивных кругах Жапарова чаще всего сравнивают с уходящим президентом США Дональдом Трампом, особенно после взятия сторонниками последнего Капитолия на минувшей неделе. Параллели между этими событиями проводит и профессор Эрика Марат.

"Несколько дней назад в США произошел захват Капитолия, который можно привести как яркий пример того, как популисты и автократы могут любыми методами попытаться удержать власть, манипулируя часто малообразованными и бедными сторонниками. Другое дело, что в США их арестовали и накажут по закону, а в Кыргызстане - совсем другой сценарий", - говорит эксперт.

При этом, отмечает Марат, приход к власти подобных политиков - дело рук других нечистоплотных чиновников, которые часто становятся на сторону вчерашнего противника, чтобы продолжать занимать высокие должности и обогащаться коррупционными методами.

"В Кыргызстане буквально за несколько дней многие сторонники Жээнбекова переметнулись на сторону Жапарова и проголосовали за него в качестве премьера", - говорит Эрика Марат.

При этом новичком в политике Жапарова назвать сложно. Он начал карьеру еще в 2005 году, будучи избранным депутатом родного Тюпского района на севере страны, а затем быстро стал советником бывшего президента Курманбека Бакиева и получил должность комиссара по борьбе с коррупцией.

Во время массовых протестов в 2010 году и последовавшего за ними этнического конфликта на юге страны, который унес жизни более 2 тыс. человек, Жапаров, по его словам, активно участвовал в миротворческой миссии, хотя публично часто выступал на стороне титульной нации - киргизов.

Находясь за решеткой, он также не раз говорил, что "национальные меньшинства в Кыргызстане - лишь квартиранты". Это одна из причин, почему Жапаров, несмотря на то, что сам родом с севера, получил популярность и на юге страны.

Сторонники и противники Жапарова

Жапаров в своей предвыборной кампании часто обращался к традиционным ценностям, в частности, предлагал переписать конституцию, создав новый орган власти - народный курултай (традиционный парламент), который будет надзирать над президентом и парламентом, а также включить раздел о народных ценностях в основной закон страны.

Его политическая партия "Мекенчил" ("Патриот") пользовалась особой популярностью в регионах Кыргызстана, а его самого сторонники часто называли "реальным патриотом" и приходили на встречу с ним в национальных костюмах.

"Он единственный из политиков, которому можно доверять. Остальные думают только о своем кармане. А он уже потерял своих близких, ему не нужно наживаться. Он готов служить людям. Печется о мигрантах, я сам в России работал на стройке - мучился. Это все из-за наших бездарных президентов и депутатов, которые грабили страну. Жапаров - не такой", - объясняет 34-летний Мирбек.

Среди сторонников Жапарова есть многочисленные трудовые мигранты в России и за рубежом. По разным данным, от 850 тыс. до миллиона кыргызстанцев работает только в России. Киргизские мигранты есть также в Турции, Казахстане, Корее, США и других странах. Большинство из них уехало, потому что не смогло найти достойную работу на родине.

Народным лозунгом сторонников Жапарова стал призыв "До конца!", который часто использовался в первые дни премьерства Жапарова, когда парламентарии еще его не избрали. Демонстрации у дома правительства продолжались почти неделю, пока Жапарова не утвердили премьером, а затем исполняющим обязанности президента. Его сторонники пообещали, что будут стоять до конца, пока "Жапаров не станет ханом" (царем).

В "ханских" амбициях и попытке протащить "ханституцию" Жапарова обвиняют его противники. Это, в основном, городская и ранее аполитичная прогрессивная молодежь, примкнувшая к протестному движению против коррупции, а затем протестовавшая против результатов парламентских выборов 5 октября. Они заявляют, что хотят жить в демократической стране, борются против коррупции и за сохранение окружающей среды. В течение последних 10 недель они проводили акции протеста против конституционной реформы.

Но у сторонников конституционной реформы Жапарова свои аргументы. Основной заключается в том, что парламентаризм и партийные списки за десять лет себя дискредитировали, и никто ни за что не отвечал. При президентской форме правления ответственность будет на одном человеке, говорит гражданский активист Эльдар Шабданов.

"Давайте вспомним, какая ситуация у нас была, пока мы жили в якобы парламентской стране последние 10 лет? Партии превратились в бизнес для лидеров фракций, для включения в топы списка партии требовались сотни тысячи долларов, кресла распределялись между фракциями, в итоге мы имели чиновников, которые имеют помимо своего непосредственного начальника еще второго начальника в лице лидера фракции".

Наиболее яростная борьба между сторонниками и противниками Жапарова происходит в социальных сетях, где комментаторы не стесняются в выражениях и часто переходят на взаимные оскорбления.

По мнению аналитиков, среди сторонников Жапарова в соцсетях есть много оплачиваемых комментаторов. Так, в одной из групп поддержки Жапарова в "Фейсбуке" состоит 166 тысяч человек (крупнейшая политическая страница на киргизском), а в группе против него и референдума - всего 11 тысяч человек.

Несмотря на различия между сторонниками и противниками Жапарова, у них есть одна общая цель, считает политолог и исследовательница Центральной Азии Александра Филатова.

"У тех, кто апеллирует к закону, и у тех, кто взывает к традиции, один и тот же запрос - на справедливость. Существующая сегодня система ее не обеспечивает. Сможет ли следующий президент обеспечить справедливость, которую почувствуют и в селах, и в городах? Это ключевой вопрос и залог стабильности нахождения у власти в дальнейшем", - считает она.