Братская страна и стратегический партнер - так президент Беларуси Александр Лукашенко неоднократно называл Венесуэлу, латиноамериканское государство с колоссальными запасами нефти. Во времена президентства Уго Чавеса у Минска с Каракасом действительно были дружеские отношения и успешно развивалось экономическое сотрудничество. Белорусские власти активно инвестировали в Венесуэле и даже надеялись, что венесуэльская нефть сможет заменить российскую.

После смерти Чавеса в марте 2013 года и с приходом к власти Николаса Мадуро двусторонний товарооборот стал стремительно падать, и сейчас, когда Венесуэла переживает глубокий и затяжной кризис, надежды на восстановление былых отношений, констатируют наблюдатели, почти нет. Что связывает страны сегодня, и насколько выгодным для Беларуси оказалось сотрудничество с Боливарианской республикой, - у DW.

"Личная химия" Чавеса и Лукашенко

На данный момент экономические отношения между Беларусью и Венесуэлой практически на нуле - товарооборот за истекший период 2019 года, согласно данным Национального статистического комитета РБ, составил около 35 тысяч долларов. Но так было не всегда. Наиболее продуктивными хозяйственные связи двух стран были в период с 2008 по 2012 года. Директор минского Центра стратегических исследований Арсений Сивицкий считает, что этому способствовала "личная химия", существовавшая между президентами двух стран - Александром Лукашенко и Уго Чавесом.

"Их объединяла идеология - они оба позиционировали себя не просто как сторонники социально-ориентированной экономики, но и как лидеры современного сообщества стран с подобной моделью", - поясняет эксперт. Дружба Лукашенко и Чавеса была настолько крепкой, что после кончины последнего в Беларуси даже был объявлен трехдневный траур.

В период расцвета двусторонних отношений Беларусь активно участвовала в индустриализации латиноамериканской страны - поставляла тракторы, стройтехнику и другую продукцию машиностроения, а также запускала в Венесуэле совместные предприятия по производству тракторов "ВенеМинск Тракторес" и грузовых автомобилей "МАЗ ВЕН С.А.". Кроме этого, белорусы поставляли Каракасу калийные удобрения и сухое молоко и даже помогали возводить социальное жилье для венесуэльцев.

Венесуэльская нефть не заменила Беларуси российскую

Минск был заинтересован в разведке громадных венесуэльских природных ресурсов и нефтедобыче, а также последующих поставках нефти в Беларусь. СП "Петролера БелоВенесолана" (доля "Белорусьнефти" - 40%) осуществляло в Венесуэле разработку 7 нефтяных и 6 газовых месторождений. Как сказано на сайте "Белоруснефти", с 2008 по 2018 годы "Петролера БелоВенесолана" добыло более 9,2 млн тонн нефти и 7 млрд кубометров газа. Сейчас показатели много скромнее. Посол Беларуси в Венесуэле Олег Паферов в июле 2019 года, по сообщению агентства Белта, рассказал, что добыча нефти в Венесуэле сейчас ведется, но в гораздо меньших количествах - объемы сократились с некогда 3 млн баррелей в сутки до 500 тысяч.

В 2010 году, в самый разгар "нефтяной войны" Беларуси с Россией, Минск и Каракас заключили двухлетний контракт на поставку 14 млн тонн нефти. Президент Лукашенко тогда назвал это событие историческим: "Венесуэла впервые входит с нефтью в Европу". Однако позднее белорусские власти были вынуждены признать очевидное - затраты на транспортировку нефти из Латинской Америки слишком велики, и венесуэльские поставки не могут заменить российские.

Тем не менее к 2012 году товарооборот между странами составлял 580,7 млн долларов, из которых 254,4 млн приходились на белорусский экспорт. Что составляло лишь 0,55% всего экспорта Беларуси в тот год. Подавляющая часть импорта приходилась на венесуэльскую сырую нефть, но ее поставки значительно сократились по сравнению с 2010-2011 годами.

Россия вытеснила Беларусь из Венесуэлы

Кардинально ситуация изменилась в 2013 году после прихода к власти в Венесуэле Николаса Мадуро. Несмотря на то, что новый президент Боливарианской республики неоднократно посещал Беларусь, а лидеры стран считались друзьями, объемы товарооборота стали с каждым годом падать, а белорусские компании начали постепенно выходить из ряда совместных проектов. В 2014 году объем двусторонней торговли снизился на 85% к предыдущему году, а в течение последующих пяти лет почти сошел на нет.

Арсений Сивицкий связывает это с тем, что с 2010 года на венесуэльский рынок стала активно выходить Россия: "Для Мадуро Москва стала основным партнером не только в торгово-экономической, но и в военно-политической сфере. И в итоге Россия стала вытеснять Беларусь с венесуэльского рынка - отношения с Каракасом опустились на уровень, существовавший до 2008 года". Помимо этого, по мнению эксперта, свою роль сыграли и кризисные тенденции в Венесуэле в 2013-2014 годах, связанные с падением мировых цен на нефть.

Посол Беларуси в Венесуэле Олег Паферов считает, что белорусско-венесуэльское сотрудничество "несколько пострадало от внутриполитической ситуации в Венесуэле и, как следствие, - экономических санкций". Дипломат, как передавала Белта, заверил, что страны все же продолжают кооперацию, однако реализация многих проектов временно приостановлена. Это касается, например, СП по сборке автомобилей и тракторов - собирают несколько штук в день, только чтобы совсем не останавливать производство. То же самое и с проектом по строительству жилья.

А была ли выгода для Беларуси?

Эксперт-латиноамериканист, историк Евгений Красулин считает, что сама попытка развития отношений с Венесуэлой была для Беларуси очень рискованным экспериментом: "Если мы сотрудничаем с недемократическим режимом, то вступаем на скользкую дорожку, которая, вероятно, приведет к падению". Основной причиной прекращения взаимовыгодных белорусско-венесуэльских контактов эксперт считает социалистическую модель, построенную в Венесуэле еще Уго Чавесом.

"Такая система может существовать только при наличии сильного внешнего источника, например высокого спроса на углеводороды, за счет которого можно финансировать все убытки, которые приносит социалистическая модель. Но как только упали цены на нефть, "упало" и белорусско-венесуэльское сотрудничество", - отметил Красулин.

Однако на определенном этапе оно было весьма выгодно для Беларуси - и не в последнюю очередь по политическим причинам, добавляет Арсений Сивицкий. Он полагает, что Венесуэла сыграла важную символическую роль во время белорусско-российской "нефтяной войны", когда своими действиями Чавес поддержал Лукашенко.

Отношения Минска и Каракаса: перспективы туманны, долги остаются

На сегодня перспективы развития отношений между Беларусью и Венесуэлой туманны. Уже несколько лет латиноамериканская страна находится в тяжелом социально-экономическом кризисе. В феврале 2019 года к нему добавился еще и политический - председатель парламента Хуан Гуайдо провозгласил себя временно исполняющим обязанности президентом Венесуэлы, и его признали США и страны Евросоюза. С тех пор в стране установилось своеобразное двоевластие.

В этом конфликте Беларусь открыто заняла сторону Николаса Мадуро, и на то есть свои резоны. У Каракаса задолженность перед Минском. Точная сумма ее неизвестна, по некоторым данным, она превышает 160 млн долларов. В частности, сообщается, что Венесуэла не рассчиталась с "Белзарубежстроем", МТЗ и другими белорусскими партнерами за тракторы, грузовики, строительство домов и ремонт военной техники.

И этот долг, возможно, будет весьма не просто вернуть. "При смене режима - если Мадуро сместят - новые власти Венесуэлы могут не признать долги прежних, назвав их незаконными, а договоренности - не обязательными для исполнения", - прогнозирует Евгений Красулин. Арсений Сивицкий согласен с тем, что скорого возвращения денег Минску ждать не приходится: "Долг перед Беларусью не будет приоритетным для Венесуэлы, намного важнее для нее заложенности перед Россией и Китаем, а там есть серьезные просрочки".

В любом случае пока в Венесуэле не закончится острый политический и социально-экономический кризис, говорить о возвращении нормальных связей между Минском и Каракасом не стоит. Красулин полагает, что если двоевластие завершится победой Гуайдо, во взаимоотношениях с Венесуэлой у РБ могут появиться проблемы, ведь Лукашенко в продолжающемся конфликте поддерживает Мадуро. Однако эта потенциальная проблема по силам белорусской дипломатии, и страны смогут сохранить дружеские и взаимовыгодные отношения, если на то будет политическая воля, заключил Евгений Красулин.