В середине января 2018 года в Казахстане глава министерства по делам религии и гражданского общества предложил создать в стране частные школы с раздельным обучением. Там девочкам, чьи родители по религиозным соображениям настаивают на ношении платка, в отсутствие мальчиков не обязательно будет следовать этому требованию. Напомним, что в обычных школах Казахстана запрет на ношение хиджабов признан законным еще в 2016 году.

Также в январе в парламент внесен законопроект, который запретит детям посещать мечети и церкви без родителей. Ожидается принятие некоего закона, который запретит хиджаб и никаб в общественных местах. Впрочем, власти с этим не торопятся, хотя казахстанские СМИ утверждали, что такой закон появится уже к концу 2017 года.

В Астане помнят выступления вооруженных групп радикальных исламистов на западе Казахстана в первой половине 2010-х годов и их столкновения с силовиками - и стараются противопоставить ряд мер различным исламистским веяниям, порождающим так называемых "бородачей". Судя по январским решениям, власти продолжают искать путь, на котором мусульмане в республике не останутся в большой обиде на государство, но возможности для чрезмерной исламизации общества будут ограничены.

В Казахстане проблема - не в хиджабах

"Если визуально оценивать ситуацию, то я думаю, что проблема хиджабов для Казахстана менее актуальна, чем, например, для Германии. В наших городах не так много людей оформили себя внешне как поборники глубокой обрядовости, - говорит в интервью DW казахстанский политолог Айдос Сарым. - Но у нас есть ряд регионов, в которых это проблема. Речь идет по каждой из областей где о полусотне, где о полутора сотнях, где максимум о трех сотнях человек. Но неправильное обращение с этой проблемой превращает бороды и хиджабы в символы протеста", - продолжает он.

По словам политолога, сегодня в Казахстане есть достаточно большое количество и светских экспертов, и теологов, которые предлагают достаточно разумные варианты. "Один из них недавно озвучил министр по делам религии - что если действительно для ряда граждан это вопрос принципиальный, давайте говорить о создании некоей системы учебных заведений, которые, с одной стороны, будут отвечать их потребностям, а, с другой, учитывать при этом особенности развития девочек. Наверное, девочкам, которое ходят в начальные и средние классы, не обязательно носить хиджабы. Во многих мусульманских странах это не практикуется", - считает Айдос Сарым.

Пакистан в Шубарши

У Казахстана как государства нет такой глобальной проблемы, как вызревшие там исламистские силы, считает и сотрудница Центра восточноевропейских и международных исследований (ZOiS) в Берлине Беате Эшмент (Beate Eschment). По ее мнению, проблема в другом - в обеспечении безопасности, поскольку в ходе немногочисленных выступлений радикалов казахстанские силы безопасности показали себя полностью недееспособными.

Айдос Сарым указывает на то, что локально, в тех регионах, где был запущен процесс чрезмерной исламизации - гиперисламизации, проблема для властей достаточно серьезная, и она не решена, а лишь заретуширована для широкой общественности. "Так, в Актюбинской области есть пара районных центров, где сравнительно недавно для подавления вооруженных групп исламистов пришлось использовать войска, но проблемы гиперисламизации там это не решило. Например, мои знакомые недавно были в маленьком поселке Шубарши, - рассказывает собеседник DW. - Этот поселок, где в 2011 году прошла спецоперация против местных радикалов, со слов моих знакомых, представляет собой сегодня локальный Афганистан или Пакистан. Они в течение недели там занимались дерадикализацией местных жителей, но за все это время не увидели ни одного женского лица. До этого оттуда поступали сведения, что, например, если кто-то решил заниматься частным извозом, он должен был стать представителем определенного направления ислама. Иначе его могли избить или повредить его автомобиль", - говорит Айдос Сарым.

20 точек гиперисламизации на карте Казахстана

"И на карте Казахстана я бы нанес двадцать - двадцать пять точек, где концентрируется гиперисламизация, хотя ее масштабы и концентрация от точки к точке разнятся. При этом в Казахстане власти совсем недавно начали всерьез заниматься вопросами экономической базы этого явления", - отмечает эксперт. Например, финансовая полиция и другие службы занялись рынком продажи сотовых телефонов в Алма-Ате, приводит он конкретный пример. "Это происходило в здании бывшего аэровокзала. Но там торговлей телефонами и их ремонтом занимались в подавляющем большинстве "товарищи в бородах", - продолжает политолог.

Или другой пример. "Был на внешнем радиусе Алма-Аты рынок запчастей, о котором мне сообщали, что те люди, которые его курировали, запчасти для иностранных автомобилей получали из-за рубежа чуть ли не бесплатно в арабских странах, но с условием, что выручку они будут тратить на "правильный ислам". В Алма-Ате существовало несколько торговых точек, которые занимали представители исключительно одного направления ислама. Сейчас, как я понимаю, по ним идет работа со стороны спецслужб", - утверждает Айдос Сарым.

Ислам в Казахстане

"Отдельный вопрос - какую роль играет не исламизация, а ислам в Казахстане. За те двадцать три года, которые я лично имею возможность наблюдать изменение ситуации в республике, я вижу, что значение ислама очень сильно возросло. Те люди, которые раньше об исламе не имели представления, сегодня в Рамадан соблюдают пост. Но я в этом развитии не вижу опасности как таковой, если оно будет осуществляться организованно", - считает Беате Эшмент.

"Мне представляется, что концептуального понимания того, как выстраивать идеологическую политику, в обществе и у власти нет. У нас власть идет от проблемы к проблеме, ситуативно. С другой стороны, вопросы обрядности очень политизированы, и это мешает обычным мусульманам удовлетворять свои потребности в вере", - рассуждает Айдос Сарым.

Раздетые девушки и битые жены - борьба нравов в Казахстане?

В декабре прошлого года и в январе нынешнего в казахстанских СМИ остро дискутируется проблема обрядности и столкновения в обществе двух укладов - традиционалистского и так называемого "либерального". Повод для дискуссии дали два медийных события - появление в сети эпатажных кадров раздевания девушек в популярном алма-атинском клубе и рассуждения в казахстанском интернете известного поборника традиционных ценностей о пользе умеренного физического насилия по отношению к женам в семье. Ряд обозревателей говорят о расколе, зреющем или уже произошедшем в социуме.

"Я бы это объединила под заглавием "ре-традиционализация". Обычаи, свойственные тем или иным кругам, исповедующим ислам, составляют лишь часть этого общего процесса. Он в Казахстане идет, но Казахстан тут в Центральной Азии не одинок", - подчеркивает Беате Эшмент. Она указывает на то, что в соседней Киргизии тоже наблюдается динамичная ре-традиционализация.

"Но экономически Казахстан и Киргизия - разные миры. Поэтому, даже несмотря на экономический кризис в Казахстане, нельзя сказать, что там причина этого явления - недовольство бедностью. Скорее, в этом проявляется потребность определенных кругов общества в ориентирах, и тут ощутим провал государства. Государство начало формировать нацию и предлагать картину того, что означает быть казахом, и, видимо, в этом не преуспело, поскольку многие люди, очевидно, иначе себе представляют, что такое быть типичным казахом в обществе. И это ведет к конфликтам между различными социальными группами", - считает собеседница DW.