Отрывок интервью экономиста Владислава Иноземцева радиостанции "Эхо Москвы".

В.Варфоломеев

- Наш сегодняшний собеседник, напомню, - Владислав Иноземцев, доктор экономических наук, и мы вернемся к экономике, к финансовой системе. Сегодня, как и ожидали в последние несколько суток, ЦБ объявил о судьбе одного из крупнейших российских пока еще частных банков, а именно Промсвязьбанка, он входит в первую десятку. В нем введена временная администрация, и теперь будет проведена санация Промсвязьбанка. Мы помним то, что в этом году пережили несколько крупнейших частных кредитных учреждений, но они, впрочем, были частными до всего этого. Я имею в виду и Бин, и Открытие. Что происходит? Огосударствление банковского сектора, его крупнейшей части?

В.Иноземцев
- Знаете, это хороший очень вопрос, и я могу сразу начать с того, что я ошибался в своем прогнозе, который я делал для газеты РБК 2 месяца назад, говоря о том, что, скорее всего, Промсвязьбанк не постигнет судьба Открытия. Для меня это было сегодня, конечно, несколько разочаровывающим событием просто по той простой причине, что мы знаем, это не секрет ни для кого, что эти банки были определенным образом связаны, и в этом отношении мне казалось, что санация Открытия, то есть, по сути дела, продолжение его деятельности в нормальном режиме и отсутствие каких-то неплатежей с его стороны, она в значительной мере гарантирует устойчивость остальных банков этого пула, в частности Промсвязьбанка и Московского кредитного банка. Но сегодняшние события показывают, видимо, что проблемы были намного глубже и были сосредоточены не в одном конкретном банке, а распределены довольно равномерно по всем банкам этого пула.

То есть мы не имеем случая с принудительной консолидацией банковского сектора, речь идет, в первую очередь, скорее всего, о том, что внутри российской банковской системы существует глубочайшая степень неадекватности тех, кто принимает решения, я не имею в виду Центральный банк, я имею в виду самих банкиров. Это крайне рискованная кредитная политика, я думаю, очень завышенные издержки, и банковское руководство, и сами банковские менеджеры не привыкли работать по низкой марже, которая сейчас сложилась. То есть, по сути, в банке идут накопления убытков, видя это, они пытаются принимать участие в достаточно рискованных финансовых схемах, финансировании рискованных проектов, многие из них ориентированы, в первую очередь, на финансирование проектов своих учредителей. И вот все это, я уж не говорю про отмывание денег и вывод активов, все это приводит к тому, что частная банковская система за исключением, я так понимаю, Альфа-банка...

В.Варфоломеев
- Он единственный, кажется, остался в десятке, кто не на государственных деньгах сидит.

В.Иноземцев
- Мы всегда видели на протяжении многих лет такую легендарную жесткость Альфа-банка в финансовых вопросах, и, видимо, она дает о себе знать и является единственным фактором для выживания в этой системе, в этой среде. Так вот, за исключением Альфа банка, я думаю, что реальная частная банковская система в России фактически не выжила, сегодня можно констатировать именно это обстоятельство.

В.Варфоломеев
- А это все-таки целенаправленная политика руководства страны, поскольку оно назначает главу ЦБ, или нет?

В.Иноземцев
- Возможно, есть какие-то элементы, но они не критично важны.

В.Варфоломеев
- А тогда давайте я по-другому скажу. Де-факто национализация части банковского сектора - это на пользу стране?

В.Иноземцев
- Нет. Конечно, нет. Во всех отношениях. Во-первых, это национализация убытков, потому что на сегодняшний день Центральный банк вынужден будет за счет эмиссии заливать деньгами огромные дыры от людей, которые после этого оказываются неожиданным образом в Лондоне, как многие товарищи типа Бородина, во Франции, типа господина Пугачева, или там, в Монако, господина Беджамова. Вот выдача, условно говоря, десятков миллионов долларов, миллиардов в пользование господину Бородину или Беджамову, я думаю, совершенно не является пользой стране. А де-факто национализация банковской системы ведет именно к этому. Мы фактически выкупаем убытки, спонсируя этих выдающихся менеджеров, которые так прекрасно живут сейчас в Европе. И ничего хорошего я в этом абсолютно не вижу.

В.Варфоломеев
- Сергей Алексашенко сегодня оценивает предстоящие вливания в Промсвязьбанк в 100 или 150 миллиардов рублей, и понятно, чьи это деньги, то есть наши с вами. А есть альтернатива, можно по-другому как-то обходиться с этими банками, которые оказываются на краю пропасти, и не санировать, не спасать их?

В.Иноземцев
- Можно, но вот в этом случае вы получите действительно волну народного гнева, потому что если не будут санировать и спасать, во-первых, у вас погорит огромное количество вкладчиков, с одной стороны, а с другой стороны, смотрите, банковские истории последних лет, на мой взгляд, очень хорошо показывают степень приспособления нашего окологосударственного бизнеса к новым реальностям, потому что во многих банках, которые таким образом гибли, оказывались неожиданным образом деньги государственных структур. Вот вспомните, был такой Фондсервисбанк, например, в котором прекрасным образом приказали долго жить порядка 100 миллиардов денег Роскосмоса. Что они там делали - это вообще большой вопрос, но после этого, естественно, банк был санирован, Роскосмос деньги не потерял, а, видимо, руководство банка, с которым они предварительно договорились о том, как распилить эти деньги, остатки унесло.

То есть, по сути, это очень хороший вариант обогащения нынешней бюрократии. Вы кладете деньги в безнадежный банк, делите их пополам или в какой-то другой пропорции с менеджментом банка, менеджмент убывает в неизвестном направлении, вы капитализируете эти деньги на своих оффшорных счетах, а после этого Центральный банк спокойно капитализирует банк. Прекрасная схема. Я думаю, что сегодня это один из самых успешных вариантов обогащения бюрократии людей, находящихся в окологосударственных корпорациях.

В.Варфоломеев
- Многие считают, что глава ЦБ Эльвира Набиуллина - большой профессионал, человек, который эффективно работает. А как в связи с происходящим на наших глазах уже третьим де-факто крахом крупного банка тогда оценивать банковский надзор внутри ЦБ?

В.Иноземцев
- Это хороший вопрос. Банковский надзор внутри ЦБ не блещет, но, понимаете, Центральный банк работает в рамках закона о банке России, и в рамках этого закона он может предпринимать определенные действия в ответ на происходящие события, эти события касаются неплатежеспособности банков, невозможности возвращения каких-то кредитных средств, непроводки платежей клиентов и тому подобному либо нарушения законодательства об отмыве денег. По сути, Центральный банк на сегодняшний день реагирует на все это происходящее очень быстро.

Наверное, руководство знало о происходящих проблемах и в Открытии, и в Бине, и в Югре, но, понимаете, если вы находитесь в правовом государстве, а предполагается, что вы в нем находитесь, то вы можете предпринимать какие-то действия в ответ на что-то произошедшее. Вы можете знать, что кто-то подготавливается к ограблению банка, но вы можете взять его только на месте преступления, вот в чем проблема. Вы не можете его поймать по пути в банк, считая, что он пытается его ограбить, это противозаконно. В такой же ситуации стоит и ЦБ. Он предпринимает определенные действия, как только он видит реальные нарушения законов, нормативов и так далее. Что он и делает.

Я вспоминаю ситуацию 90-х годов, когда я сам занимался банковским бизнесом. Я могу сказать, что можно было сидеть на картотеке неделями, проводя только часть платежей клиентов, и переговариваться с Банком России относительно того, какие меры к нам будут применены, и потом в случае каких-то удач выходить из этой ситуации. Сегодня, если вы один день не проводите эти платежи, вы сразу лишаетесь лицензии и получаете временную администрацию. В этом отношении Центральный банк стал гораздо более жестким, чем он был когда-либо раньше.