Зависимость патриарха Константинопольского от международной политики Анкары может сыграть злую шутку с РПЦ

 Случившееся из-за газовых споров охлаждение между Турцией и Россией уже давно интригует всех, кто интересуется судьбами украинского православия, - в РПЦ никогда не скрывали, что добиваются успехов в межправославном диалоге благодаря давлению, которое оказывается по дипломатическим каналам на правительство Турции. То, что Вселенский патриарх фактически заложник турецкой международной политики, широко известно. Но если российско-турецкая дружба обеспечивала фору РПЦ, то что станет теперь, когда дружбе пришел скандальный конец?

Ни от кого не секрет, что Фанар и Чистый переулок - два полюса напряжения в Мировом православии. С одной стороны, патриарх Константинопольский, "турецкоподданный" и к тому же по законам Турции госслужащий, с другой - патриарх Московский, который хотя формально статуса госслужащего не имеет, но давно его заслужил в качестве образцового "кремлевскоподданного". Вселенский патриарх претендует на статус первого и, соответственно, некоторые привилегии согласно традиции, патриарх Московский - просто по праву большого и сильного. Особой остроты этому конфликту придает вопрос об опеке над "осколками" РПЦ - церквями, образовавшимися за пределами России в результате эмиграции и распада СССР. В частности - над Украиной.

Участие России в конфликте на Ближнем Востоке до сих пор скорее повышало ее популярность среди христиан региона: они слишком часто становились жертвами повстанцев-мусульман, и хорошо оформленное пропагандой вмешательство России, возможно, расценивали в свою пользу. Поддержку Москвы - главным образом финансовую - получают все древние патриархаты, оказавшиеся в исчезающем меньшинстве на собственных канонических территориях - на севере Африки и на Ближнем Востоке. И патриарх Московский вправе был рассчитывать на ответную благодарность - поддержку его позиции в православном диалоге. Главные оппоненты - Вселенский патриарх и греки - в качестве госслужащих находятся под контролем админресурса, чем до сих пор довольно успешно пользовался Кремль благодаря дружбе с турецкими властями и аппетитам "новых левых" в правительстве Греции.

"Страшная месть" Анкары

До сих пор мировое православное сообщество демонстрировало консенсус. Наверняка хорошо оплаченный, наверняка строящийся на фундаменте кремлевской политики и дипломатии. Как бы то ни было, поместные церкви исправно присылали своих делегатов на званые обеды патриарха и Путина, а также говорили на камеры правильные слова о каноничности, незыблемости, поддержке политики и делали вид что Украины, например, в природе не существует, а существует только "каноническая территория РПЦ".

В результате Кремлю и подопечной РПЦ удалось создать довольно убедительную картинку Москвы как лидера православной духовности. Рассуждения протоиерея Всеволода Чаплина о российском "православном халифате", к которому должны присоединиться все, кто "хочет изменить мир", - не просто очередной цирковой номер на российских телеэкранах. Это вполне четко сформулированная претензия на первенство в православном мире.

Но "православный консенсус" может быть нарушен, если турецкая власть решит надавить на своего чиновника в Фанаре. Турция - это вам не западная страна, которая будет раздумывать об экономических санкциях и сомневаться в выдаче оружия. Эрдогану вполне может хватить воображения попытаться отобрать у Кремля одну из любимых игрушек.

Есть, впрочем, Украина и статус ее церкви. То, на что до сих пор никак не решался Вселенский патриарх, может стать таким себе турецким госзаказом. Если конфликт между Турцией и Россией не будет замят, Анкара и Киев могут оказаться союзниками. Это открывает интересный угол зрения на Крым: вы еще помните, что он был турецким, и для крымских татар Турция даже в большей степени родина, чем Украина? И на каноническую принадлежность украинской церкви. Конечно, Константинополь уже раз сто сказал, что считает незаконной передачу Киевской митрополии Московскому патриархату. Но это только "а". Не пришло ли время сказать "б", приняв в структуру Вселенского патриархата хотя бы ту часть украинской церкви, которая на это согласится? И не потребует ли Анкара этого "б" от своего служащего?

Вполне вероятно, что Вселенский патриарх Варфоломей сам думает с содроганием о подобной "страшной мести" Москве со стороны Анкары. Одно дело играть в игры с украинскими церквями, которые на самом деле никуда не спешат и ничего не хотят менять, потому что научились находить прелесть в своем положении, и другое - выступать с открытым забралом, нарушая хрупкий баланс в межправославном диалоге. Особенно на пороге столь ожидаемого Всеправославного собора, который патриарху Варфоломею очень хочется провести.

Вселенский собор оказался под вопросом

На фоне обострения отношений между Анкарой и Москвой собор оказывается под вопросом. О чем из Москвы уже намекнули, отменив запланированные визиты в Турцию и патриарха Кирилла, и делегации ОВЦС МП во главе с митрополитом Илларионом Алфеевым - человеком №1 в предсоборных переговорах. А любое резкое движение со стороны патриарха Варфоломея - если его к нему вынудят - московской пропагандой будет тут же истолковано как "отступничество" Вселенского патриарха.

В Москве понимают, что Всеправославный собор патриарху Варфоломею нужен куда больше, чем РПЦ и тем более Кремлю. Для которого "единая православная церковь", как в общем-то и РПЦ, это лишь способ оправдания собственной политики. То, что "единая православная церковь" де-факто не существует, волнует разве что Вселенского патриарха. Дело в том, что мировое православие давным-давно распалось на множество церквей-государств, которые блюдут свои границы и интересы пуще глаза, а на соседей посматривают как на конкурентов и потенциальных агрессоров. А у патриарха Варфоломея есть своя слабость: ему, ведущему оживленный диалог с Ватиканом, очень хочется выглядеть рядом с папой римским "православным папой". То есть фигурой равновеликой. Рядом с которой все поместные патриархи выглядят, конечно, несколько значительнее кардиналов - глав национальных епископских конференций, но от того и он, самый главный среди них, тоже становится как-то значительнее. Но для того, чтобы показаться "папой православной церкви" - нужно, чтобы она была. Или хотя бы казалось, что она есть - эта Вселенская православная церковь.

И основная и, увы, единственная цель Всеправославного собора - если он все-таки соберется в будущем году в несуществующем на карте мира "граде Константинополе - Новом Риме" или где-нибудь еще - показать миру, что православная церковь существует. Что она не распалась на поместные секты, никак не связанные друг с другом, для которых "соборность" - формальное слово в Символе веры.
Если же произойдет открытие нового - русско-турецкого - фронта в гибридной войне, мы, конечно, можем ожидать вовлечения "церковного ресурса" в боевые действия. Злые языки уже даже определили возможное "ультима рацио" Константинополя в этом противостоянии: аннулировать Томос об автокефалии РПЦ, выданный Константинополем в 16 в. и перекрыть "благодатный поток".

Но не стоит рассчитывать на то, что патриарх Варфоломей деятельно возьмется за потенциальный госзаказ Анкары на конфронтацию с патриархом Московским. Его в нынешнем статус-кво "Вселенского православия" слишком многое устраивает.