Потеря российского бомбардировщика на сирийско-турецкой границе ставит под угрозу обширные торгово-экономические связи России и Турции. РБК разбирался, что стоит на кону.

Два месяца назад, когда турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган приезжал в Москву, он заявил президенту России Владимиру Путину, что товарооборот России и Турции к 2023 году должен достичь $100 млрд (в три раза больше, чем сейчас). Эти амбиции не выглядели фантастическими: на фоне разлада между Россией и Западом не присоединившаяся к санкциям Турция позиционировала себя как особо перспективный экономический партнер. «Напряженность между Западом и Россией из‑за украинского кризиса может открыть новую эпоху и задать новые параметры в турецко-российских отношениях», - с надеждой отмечало турецкое издание Journal of Turkish Weekly в августе.

Но уже в сентябре Россия начала бомбить сирийских боевиков - к явному неудовольствию Турции, для которой Сирия всегда была сферой непосредственных интересов. Уничтожение во вторник турецкими ВВС российского бомбардировщика, которое Путин назвал «ударом в спину от пособников терроризма», может не только поставить крест на планах расширения двусторонней торговли, но и грозит разрывом экономических связей.

Энергетика доминирует

Турция - второй (после Германии) рынок сбыта для «Газпрома». В 2014 году Россия поставила в эту страну 27,3 млрд куб. м, или около 60% от ее потребностей. Газ поставляется через Украину и газопровод «Голубой поток», идущий по дну Черного моря. Промышленные поставки через «Голубой поток» мощностью 16 млрд куб. м в год начались в феврале 2003 года. 1 декабря 2014 года «Газпром» и турецкая госкомпания Botas подписали меморандум о строительстве второго газопровода через Черное море - «Турецкий поток» (этот проект пришел на смену проекту «Южный поток», заблокированному Евросоюзом). Изначально планировалось, что мощность «Турецкого потока» составит 63 млрд куб. м в год, но летом 2015 года она был снижена вдвое - до 31,5 млрд куб. м. Строительство газопровода до сих пор не началось - из‑за выборов в Турции и разногласий по цене поставок стороны долго откладывали подписание межправительственного соглашения. Газовые переговоры еще больше осложнились после того, как Россия в конце сентября включилась в сирийскую кампанию.

Крупным игроком на турецком топливном рынке является ЛУКОЙЛ. В 2008 году компания за $555 млн приобрела сеть местных АЗС, сейчас у нее больше 600 заправок в Турции, с которыми ЛУКОЙЛ занимает около 7% рынка. Крупные инвестиции в Турции есть и у электроэнергетических компаний. «Интер РАО» в 2012 году за $67,5 млн приобрела 90% акций газовой электростанции Trakya Elektrik, а через год увеличила свою долю до 100%. «Дочка» «Росатома» «Атомстройэкспорт» еще в 2010 году заключила договор о строительстве в Турции АЭС «Аккую» стоимостью $20 млрд. Предполагается, что эта атомная электростанция будет состоять из четырех реакторов мощностью 1200 МВт, первый реактор должен быть введен в эксплуатацию не позднее 2022 года.

Текущую ситуацию в Турции представители «Газпрома», ЛУКОЙЛа, «Интер РАО» и «Росатома» не комментируют.

Российская здравница

В среду вечером Ростуризм порекомендовал российским туроператорам и турагентам приостановить продажу туров в Турцию. Для россиян Турция является самым массовым выездным направлением в летнем сезоне (апрель-октябрь) и, следовательно, в течение всего года. В свою очередь, для Турции Россия - вторая после Германии страна по въездному турпотоку (в 2014 году Турцию посетили 5,4 млн немцев и 4,4 млн в январе-сентябре 2015-го).

За первые девять месяцев этого года Турцию, по данным ее Министерства туризма, посетили 3,3 млн россиян, что на 20% меньше, чем за аналогичный период 2014 года. За весь 2014 год турпоток в Турцию из России равнялся почти 4,5 млн человек (прирост почти на 5%). В среднем в прошлом году один иностранный турист тратил на отдыхе, по данным Министерства туризма Турции, $775, в январе-сентябре этого года - $709. Таким образом, в 2014 году россияне могли оставить в Турции около $3,5 млрд, за девять месяцев этого года - $2,3 млрд.

Основными операторами на турецком направлении являются компании с турецким капиталом: Coral Travel и Sunmar, «Пегас Туристик», Anex Tour, Brisco. Раньше турецкого совладельца имел и туроператор Tez Tour. Заметной российской компанией на направлении является «Библио Глобус», занимаются Турцией и российские «дочки» крупных европейских турхолдингов TUI и Thomas Cook - соответственно TUI Russia и «Интурист».

Кто еще поверил в Турцию

Турецкий рынок крайне важен для Сбербанка. В 2012 году за $3,5 млрд он приобрел турецкий DenizBank (почти 100%), сделка стала «крупнейшим приобретением за 172-летнюю историю банка», - говорится на сайте Сбербанка. Сейчас DenizBank входит в десятку крупнейших банков Турции и лидирует в рознице (банк обслуживает 5,4 млн клиентов, акцент в бизнесе делается на потребительском кредитовании, работе с малыми и средними предприятиями). У банка - 599 отделений в Турции и 75 за ее пределами, его активы на 1 января 2015 года составляли $40 млрд, капитал - $3 млрд. Пока неясно, отразится ли политическая ситуация на бизнесе Сбербанка в Турции, говорит Данилов. Пресс-служба Сбербанка ситуацию не комментирует.

С 2011 года в Турции работает «Яндекс» - это первая страна за пределами СНГ, на чей рынок решила выйти компания. Главный поисковик в Турции - это Google, доля «Яндекса» на местном рынке долгое время не превышала 4-5%. В начале 2015 года в прессе даже появились сообщения, что до конца года компания может уйти из Турции. Но летом «Яндекс» заключил спонсорский контракт с турецким футбольным клубом «Фенербахче», благодаря чему всего за три месяца доля поисковика выросла до 7%. Самыми успешными сервисами «Яндекса» в Турции стали «Яндекс.Карты» и «Яндекс.Пробки». Один из основателей «Яндекса» Аркадий Волож говорил, что сейчас компания рассматривает бизнес в Турции как стартап и готова привлекать в него сторонних инвесторов. Представитель «Яндекса» во вторник отказался от комментариев в связи с обострением отношений между Россией и Турцией.

На телеком-рынке Турции также присутствует структура «Альфа-Групп» - Alfa Telecom Turkey Ltd. (входит в инвестиционную группу LetterOne Михаила Фридмана, Германа Хана и Алексея Кузьмичева). Она владеет 13,22% в операторе Turkcell и планировала увеличить свою долю вдвое.

Группа ГАЗ Олега Дерипаски совместно с местным партнером Mersa Otomotiv с октября 2014 года собирает в Турции «ГАЗель Next». Мощность совместного предприятия - более 9 тыс. машин в год (нынешние объемы производства представитель ГАЗа не раскрыл). А Магнитогорский металлургический комбинат Виктора Рашникова в 2011 году запустил в Турции завод стоимостью $2 млрд. Сейчас горячие цеха в нем не работают, предприятие производит только оцинковку и полимерное покрытие стального листа в незначительных объемах, говорит представитель ММК. Представители обеих компаний текущую ситуацию не комментируют.

Военно-техническое сотрудничество

Россия поставляла в Турцию противотанковые ракетные комплексы «Корнет-Э», вертолеты Ми-17, бронетранспортеры, сообщалось также об интересе к российской системе противовоздушной обороны большой дальности «Антей-2500».

Впрочем, Турция - не стратегический партнер России по экспорту оружия, говорит старший научный сотрудник Института востоковедения Российской академии наук Александр Васильев. Закупки турками оружия у России носили эпизодический характер, рассказывает он. Самые крупные сделки - приобретение 21 вертолета Ми-8 в 1993 году для нужд жандармерии и приобретение противотанковых ракетных комплексов с частичной локализацией и производства в 2004 году. Кроме того, по словам Васильева, турецкая армия использует российское стрелковое оружие, например автоматы Калашникова, и БТРы советского и российского производства, часть которых была поставлена в счет долга Советского Союза перед Турцией.

Торговля на $44 млрд

На кону - взаимная торговля на $30 млрд в год и более $2 млрд взаимных накопленных инвестиций. Турция - пятый по величине торговый партнер России с долей в 4,6% от всей российской торговли с внешним миром (по данным ФТС за январь-сентябрь текущего года). По этому показателю Турция уступает только Китаю, Германии, Нидерландам и Италии, зато превосходит и Белоруссию, и Казахстан, и Украину (каждую в отдельности).

Товарооборот России и Турции в 2014 году составил $31 млрд, за девять месяцев 2015 года - $18,1 млрд, из которых $15 млрд - это российский экспорт в Турцию (импорт турецких товаров составил чуть более $3 млрд). А с учетом торговли услугами российско-турецкие показатели еще выше: например, в 2014 году оборот товаров и услуг составил почти $44 млрд.

В отличие от товарооборота, где у России огромный двусторонний профицит, баланс торговли услугами складывается традиционно в пользу Турции - прежде всего за счет миллионов россиян, ежегодно отдыхающих в Турции (засчитываются в турецкий экспорт). В 2014 году российский экспорт услуг в Турцию оценивался примерно в $3 млрд, а импорт турецких услуг в Россию - в $9,7 млрд (статистика Банка России).

Почти половина российского экспорта в Турцию, как свидетельствуют расчеты московского Центра международной торговли (ЦМТ) на основе данных ФТС, приходится на продукцию под секретным кодом ($6,06 млрд за январь-сентябрь 2015 года). Вероятно, это военная продукция и трубопроводный газ, поставляемый «Газпромом» (поскольку природный газ не проходит по открытым кодам). Далее идут минеральные продукты (в том числе нефть и нефтепродукты, каменный уголь, руда и железные концентраты) на $3,55 млрд за девять месяцев и недрагоценные металлы и изделия из них (в том числе алюминий, прокат, лом черных металлов, медь) на $3,14 млрд.

Турция, в свою очередь, поставляет в Россию продукцию растительного происхождения ($779,3 млн за девять месяцев 2015 года), текстиль (около $514 млн) и оборудование ($496 млн).

С 2009 года между Россией и Турцией действует проект «Упрощенный таможенный коридор». Суть его заключается в том, что турецкие компании предоставляют таможенникам Турции информацию о перемещаемых товарах, номенклатуре и фактурной стоимости (документы должны быть заверены, к примеру, Торгово-промышленной палатой Турции). А затем турецкая таможня передает эти данные напрямую российским коллегам. В итоге турецкие компании получают приоритет в пунктах пропуска на российской таможне и минимизируют таможенный досмотр, «за исключением случаев, связанных с борьбой с таможенными правонарушениями и контрабандой», уточняется на сайте ФТС.

При участии Полины Русяевой, Яны Милюковой, Юлии Поляковой, Сергея Соболева, Ольги Волковой