Несмотря на фактическую потерю Абхазии и Южной Осетии президент Грузии Михаил Саакашвили надежно сидит в седле, уверен обозреватель Neue Zuercher Zeitung Маркус Акерет. Все говорит в пользу того, что победу на предстоящих выборах в органы местного самоуправления страны одержит действующая власть - в том числе и из-за отсутствия у оппозиции вразумительной концепции, добавляет он.

Впервые грузины будут самостоятельно выбирать мэра Тбилиси, столицы Грузии - это было уступкой президента Саакашвили оппозиции. "Последняя, - замечает автор статьи, - стилизует выборы под экзамен для грузинской демократии и своей собственной популярности". Кандидатом от правящего "Единого национального движения" стал Гиги Угулава, который при помощи поспешной реализации амбициозных проектов в столице хочет продемонстрировать соотечественникам, насколько эффективно он справляется с проблемами. Многие, замечает издание, видят в 36-летнем политике преемника Саакашвили. Президент же все больше видит в нем серьезного соперника.

Серьезным конкурентом Саакашвили считает себя Ираклий Аласания, "икона" оппозиции в борьбе за кресло мэра, в прошлом многолетний соратник действующего президента. Перейдя в лагерь оппозиции, Аласания основал собственную партию "Наша Грузия - свободные демократы", став надеждой многих разочаровавшихся во власти грузин. Свое участие в выборах мэра Тбилиси он аргументирует тем, что это отличная возможность послужить своим гражданам. Однако, замечает автор, многое из предвыборных обещаний "звучит туманно и смахивает на популизм". Аласания верит в победу, но признает, что у Угулавы больше шансов. "Грузия - полицейское государство", - говорит оппозиционер. "То, что поддержка противников Саакашвили может обернуться неприятностями, признают и наблюдатели, - констатирует издание. - Ни одна компания не рискует открыто вставать на сторону оппозиции".

Как пишет далее автор, Гиги Угулава пользуется поддержкой и тех, кто в принципе разочаровался в действующей власти. Грузины, считает оппозиционный политолог Паата Закареишвили, по сути своей консерваторы и, как правило, голосуют за действующую власть. Страх перед ухудшением уровня жизни превалирует над желанием перемен. К тому же, замечает эксперт, оппозиция не предлагает чего-то принципиально нового.

То, что противникам Саакашвили после проигранной войны не удалось мобилизовать население, несмотря на то, что власть президента в то время держалась на волоске, политолог Ханс Гутброд из Кавказского центра исследований (Caucasus Research Resource Centers) в Тбилиси связывает, в том числе, и с недоразумением. Исходя из недовольства, сложившегося в обществе в связи с режимом Саакашвили, оппозиция сделала ставки на свержение президента и досрочные выборы. Однако, замечает политолог, она упустила при этом тот факт, что лишь незначительная часть недовольных была готова к смене власти любой ценой. По мнению эксперта, в отличие от оппозиции, власть научилась извлекать ошибки из прошлого.

Как пишет далее автор материала, не исключено, что Саакашвили возьмет на вооружение российский пример и в 2013 году сменит президентское кресло на премьерское. "Реформа конституции предусматривает расширение полномочий главы правительства - многие считают это неслучайным". Поскольку в настоящее время реальная политическая альтернатива отсутствует, многие испытывают разочарованность. Социальная напряженность может расти, отмечают наблюдатели, приводя к новым политическим недовольствам.

"В том числе и поэтому население страны более прагматично относится к отношениям с Россией: оно не доверяет Кремлю, но признает экономическую необходимость нормализации отношений", - говорится в статье. При этом грузинские политики, заигрывающие с Москвой, не пользуются популярностью. "О причинах, по которым они ратуют за сближение с Россией, ходит множество слухов", - добавляет автор.

Что касается Абхазии и Южной Осетии, то Грузия, пишет в заключение автор, не собирается смиряться с их потерей. "Политика правительства направлена на воссоединение", - замечает журналист, добавляя, что Тбилиси отдает себе отчет в том, что силовые методы здесь не подходят, и делает ставку на soft power, как это формулирует госминистр по вопросам реинтеграции Тимур Якобашвили.