Приход к власти Дональда Трампа обещает фундаментально изменить облик внутренней и внешней политики Вашингтона. Изменится и энергетическая политика Америки. Избранный президент пообещал «снова сделать великим» и нефтегазовый сектор страны. Это, в свою очередь, повлечет за собой отрицательные последствия для российской энергетики. Российским компаниям следует учитывать надвигающееся ужесточение конкуренции и заранее сделать все, чтобы закрепить за собой необходимую «долю пирога».

Трамп обещал сократить госрегулирование отрасли ради стимулирования добычи и строительства энергетической инфраструктуры. Его стратегическая цель - добиться «полной энергетической безопасности Америки» - уже заставила напрячься традиционных поставщиков США. Призыв прекратить импорт сырья из недружественных государств или стран, входящих в любой нефтяной картель, может показаться наивным, однако Трамп не раз высказывал сомнения по поводу рентабельности возобновляемой энергетики, а порой утверждал, что теория об антропогенном глобальном потеплении - вымысел. Поэтому акцент на нефтегазовом секторе США может стать одним из лейтмотивов его первой четырехлетки. К тому же внутренние тренды американского рынка смогут приблизить Вашингтон к достижению указанной цели.

Продолжение революции

После того как в апреле 2015 года добыча нефти в США достигла пика в 9,6 млн барр. в день, показатели стали постепенно падать. Однако есть основания полагать, что после достижения дна в 8,6 млн барр. в день в октябре-ноябре 2016 года нефтедобыча в США постепенно пойдет вверх. К концу 2017 года она преодолеет рубеж в 9 млн барр. в день, а вот степень дальнейшего роста будет зависеть от принимаемых администрацией Трампа мер. Например, возможное назначение миллиардера Харольда Хэмма, сделавшего состояние на разработке сланцевых месторождений, в частности месторождения Баккен, на пост министра энергетики сулит эпоху активного стимулирования добычи на территории Америки. Выдвижение Хэмма, сторонника ослабления мер по защите окружающей среды, создаст интересный прецедент, так как впервые за долгое время нефтяной магнат будет напрямую отвечать за государственную энергетическую политику.

Неудивительно, что американские нефтегазовые компании положительно восприняли грядущую смену администраций. Котировки акций ведущих американских мейджоров - таких как ExxonMobil, Chevron - выросли после победы Трампа в среднем на 1%, а акции небольших сланцевых компаний выросли еще сильнее. Учитывая, что Трамп пообещал отменить введенный Обамой закон об охране чистой воды (Clean Water Act), являющийся преградой к расширению практики гидравлического разрыва пласта, оптимизм бизнеса вполне объясним. Новый президент может пойти еще дальше и разрешить геологоразведочные работы на земельных участках, находящихся в федеральной собственности, а это примерно половина территории западных штатов США.

Даже если принимаемые меры будут скромнее предвыборных обещаний, наступление американских нефтегазовых компаний будет ощутимым. Сланцевая революция в США не завершилась, она лишь временно прервалась на фоне падения мировых цен. По данным Wood McKenzie, 60% всех американских месторождений, которые остаются рентабельными при цене $60 за баррель, являются сланцевыми. Многие из ведущих сланцевых месторождений Америки - в первую очередь Пермиан, Баккен и Игл Форд - даже сейчас находятся на грани рентабельности благодаря падению стоимости услуг на техническое обслуживание и усовершенствованию применяемой технологии бурения (например, увеличение длины горизонтального бурения).

Ужесточение конкуренции

Стремление Трампа достичь энергетической безопасности и самодостаточности неизбежно будет иметь международные последствия. Саудовская Аравия уже отреагировала на перспективу потери американского рынка - министр энергетики Халид аль-Фалих заявил о нецелесообразности прекращения торговли нефтью с Вашингтоном. С точки зрения саудитов, США извлекают немалую пользу из существующих условий мировой торговли, импортируя сырую нефть и экспортируя нефтепродукты. По состоянию на сентябрь 2016 года американские компании импортируют 1,1 млн барр. саудовской нефти в день (только Канада поставляет больше). Несмотря на заверения о заинтересованности в отношениях с Вашингтоном, Эр-Рияд обеспечивает себе надежный тыл - например, в конце сентября 2016 года была запущена валютная пара риал-юань, в том числе для осуществления нефтегазовых сделок.

Наращивание присутствия Саудовской Аравии на китайском рынке и в Европе угрожает российским нефтяным компаниям. В 2016 году национальная компания Saudi Aramco предлагала свою нефть по крайне привлекательным ценам (реагируя таким образом на риск возвращения Ирана на европейский рынок). Российским экспортерам, вынужденным реагировать на новые геополитические реалии, придется предоставлять беспрецедентные скидки на нефть. По мере наращивания добычи в США - особенно если к 2018-2019 годам она превысит 10 млн барр. в день - на европейские рынки будут перенаправлены и экспортные потоки других нефтедобывающих государств Ближнего Востока.

Внешнеполитические решения администрации Трампа также скажутся на общемировых ценах на нефть. Хотя 45-й президент США после победы на выборах смягчил тональность своих высказываний относительно Ирана, все еще неизвестно, намерен ли он добиваться последовательного выполнения договоренностей 2015 года. Любое сворачивание ядерной сделки с Ираном повлечет за собой рост нефтяных цен. С другой стороны, стабилизация положения в Ливии, все еще страдающей от раскола страны на восточную и западную части, и в Сирии, где Трамп намерен совместно с Москвой искоренить «Исламское государство» (организация запрещена в России), будет способствовать снижению цен.

Отдельно стоит отметить, что приход к власти Трампа совпадет с ростом экспорта американского сжиженного природного газа (СПГ). На данный момент в Соединенных Штатах имеется лишь один крупный постоянно действующий терминал отгрузки СПГ - Sabine Pass, однако предполагается, что к 2020 году Соединенные Штаты введут четыре-пять новых терминалов общей мощностью 80 млн т в год. Тем не менее цена СПГ в Европе вряд ли в представимом будущем будет стабильно ниже $4-5 за MMBtu, поэтому, даже если американские компании предпочтут более емкому азиатскому рынку европейский, российская сторона ввиду более низкой себестоимости и издержкам на транспортировку сможет посредством снижения цены сохранить за собой необходимую долю рынка.

Виктор Катона, специалист по закупкам нефти в MOL Group