Госбюро расследований считает, что стартовую цену завода занизили. В суде же следователям будет трудно доказать, что кто-то нанес государству ущерб.

Государственное бюро расследований арестовало 100% акций завода "Большевик". Снова инвестиционная няня "работает", не щадя себя.

ГБР говорит, что оценка завода перед приватизацией состоялась не в соответствии с украинским законодательством, и это нанесло ущерб государству.

Проблема только в том, что согласно закону о приватизации эта оценка не нужна.

Закон говорит, что большая приватизация проводится с помощью советника, и советник определяет стартовую цену аукциона. Все. Как он ее определяет - не важно. Может эта цена ему приснилась на ночь. В результате оценка, которая была сделана, - это просто внутренняя кухня советника, желающего определить цену плюс-минус близкой к рыночной.

Поэтому тяжело в суде будет доказать, что кто-то нанес государству ущерб. Прямо скажем - это невозможно в таком случае.

Почему закон так говорит? Потому что не важна стартовая цена, не важно, кто и как делает оценку, когда есть конкуренция. И тогда на прозрачном аукционе будет установлена цена объекта продажи.

Можно стартовать с нуля, сам факт открытости аукциона выведет цену на справедливый уровень. А стартовая цена была важна, когда у нас не было открытой приватизации и ограничения были направлены на то, чтобы не допустить на продажу лишних.

Сейчас этих ограничений нет. Фонд госимущества допускает всех.

А дальше уже работает рынок. Конкуренция.

В данном случае рынок не сработал, потому что не было должной конкуренции. И ГБР должно задать вопрос, почему же это произошло. Почему никто не пришел. Но на этом этапе ГБР рисковало бы выйти на самого себя или на своего дальнего родственника или близкого друга. Но это не интересно.

Статьи по теме:

28.10.21 Приватизация Большевика - это успех. Но с осадком: опять побеждают плохие парни
Победила украинская действительность. Плохая украинская действительность. Прорыва не случилось. Настоящего конкурентного аукциона не получилось: пришли три участника. Из них торговались двое. Причем торговались - это очень громко сказано.

Но ГБР переполошилось по поводу того, что не нужная оценка была сделана не так.

При том, что продавался завод, который оценивался не как завод, а будущая площадка для строительства. В первую очередь жилья. И оценить это согласно украинскому законодательству как завод вообще не имело никакого смысла. И да - и само законодательство не требует такой оценки согласно законодательства об оценке. Вот парадокс.

Есть ли перспектива у такого дела в суде? Нет.

Скажут ли все последующие участники приватизаций "Да пошло оно все!"? Видимо, скажут. Просто мало кто из потенциальных инвесторов спит и мечтает об общении с ГБР.

Улучшит ли кто-нибудь из ГБР свои жилищные условия? Может быть, да.

Но это уже совсем другая история. Которая никоим образом не помогает украинским налогоплательщикам.