Европейский валютный союз в его нынешнем виде с самого начала был плохо сконструирован. Хотя для его создателей было ясно, что единое валютное пространство может успешно функционировать только в рамках экономик, имеющих сопоставимый потенциал, критерии для вступления в зону евро, которые были разработаны, оказались недостаточными и потому неэффективными.

Произвольные критерии

Эти критерии были выбраны из Маастрихтского договора произвольным образом и увязаны лишь с предельным уровнем инфляции, долгосрочными процентными ставками, а также размерами годового дефицита госбюджета и совокупного долга стран-кандидатов на вступление в зону евро.

Таким образом, проблемы в развитии еврозоны были запрограммированы. А ее непосредственное создание дало возможность средиземноморским странам с более слабыми валютами выйти на заданные параметры. К моменту введения единой европейской валюты они почти выполнили все необходимые условия. На некоторые недочеты в Брюсселе закрыли глаза, а как минимум одна страна прибегла к серьезным манипуляциям, чтобы скрыть реальное положение дел. Главной целью было попасть в еврозону, сразу после чего можно было вернуться к прежнему финансовому разгильдяйству.

Но еще хуже то, что критерии для вступления в зону евро ничего не говорят о сильных и слабых сторонах экономики той или иной страны и, конечно же, о ее конкурентоспособности на мировом рынке. Естественно, такие факторы очень трудно поддаются количественной оценке, их сложно выразить одним индексом. Но они должны быть в какой-то форме просчитаны, чтобы решить, соответствует ли страна требованиям зоны евро или нет.

Ложная цель

Так или иначе, но слабые в структурном плане и неконкурентоспособные страны стали членами Европейского экономического и валютного союза (EWWU), и в итоге это не принесло им самим никаких выгод. Совсем наоборот. Хотя средиземноморские государства воспользовались возможностью брать кредиты в единой европейской валюте под низкую процентную ставку, что сначала вызвало небольшой экономический подъем, в долгосрочной перспективе они только сами себе навредили.

Ведь чем дольше существовал валютный союз, тем более очевидными оказывались экономические слабости средиземноморских стран, тем большим становилось их отставание в производительности труда от дисциплинированных североевропейских членов еврозоны. Раньше все это не было бы большой трагедией. Греческую драхму и португальский эскудо можно было бы девальвировать в несколько этапов. Но сегодня такой выход уже невозможен, поскольку валюта греков и португальцев сейчас называется евро.

Политики не готовы признать этот изначальный недостаток еврозоны. Они колдуют над устранением симптомов болезни, зарываются во второстепенных деталях, таких как деятельность рейтинговых агентств, выигрывают для себя время с помощью выделения пакетов финансовой помощи. И не предпринимают попыток разрешить основополагающую проблему. При этом обновленная модель Европейского валютного союза была бы вполне возможной, но только при принятии решительных и радикальных мер.

Необходимые шаги

Во-первых, кредиторы должны смириться с потерей части вложенных в греческие и португальские гособлигации средств. Аргумент, что при этом Афины и Лиссабон отрезали бы себя от мирового рынка капиталов, не убедителен, поскольку они на нем в любом случае больше не получают ни цента.

Банковская система также смогла бы избежать коллапса, так как большинство банков уже успели продать свои самые рискованные активы Европейскому центробанку (ЕЦБ). Паника ни в коем случае не должна переброситься на другие страны ЕС - Испанию, Ирландию или Италию. И этого не случится, если рынкам капитала с самого начала объяснят, для чего задуманы эти мероприятия.

Во-вторых, надо выделить реально большие деньги, чтобы выкупить Португалию и Грецию из зоны евро. Иными словами, финансово самортизировать эффект, который неизбежно проявится, когда эти страны, вернувшись к драхме и эскудо, столкнутся с выросшей за целое десятилетие необходимостью девальвации их валют.

Валютный союз на новых основах

В результате у нас остался бы здоровый и усилившийся валютный союз, но в сокращенном виде. Третьим шагом на пути его укрепления обязательно должно стать начало создания наднационального европейского финансового органа. И он должен стать эмитентом единых для всех стран еврозоны облигаций.

«Мы бы получили в таком случае настоящий барьер на пути роста размеров госдолга», - соглашается с этим доводом, например, член совета директоров ЕЦБ Лоренцо Бини Смаги. Ведь если бы долги страны упирались в потолок, то она должна была бы для латания финансовых дыр или начать оздоровление своих финансов, или прибегнуть к помощи европейского стабилизационного фонда. И все это предусматривало бы выполнение строгих требований.

Процесс убеждения министра финансов Германии в необходимости выпуска единых для всех стран еврозоны облигаций вызвало бы у него боль, сравнимую с той, которую испытывают при удалении зуба. Ведь он при этом лишается возможности занимать средства на финансовых рынках по максимально выгодному немецкому проценту.

Рольф Венкель
Андрей Кобяков