Неподтвержденные сообщения о том, что после масштабного испытания термоядерного оружия в КНДР Южная Корея якобы создала специальный отряд для ликвидации северокорейского лидера Ким Чен Ына, могут свидетельствовать о резкой смене внешнеполитического курса Сеула.

Почему президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин, прогрессивный политик, избранный на свой пост в мае на фоне обещаний улучшить отношения с Северной Кореей, выступавший в Берлине и с уверенностью в голосе обещавший создать "прочный мир" на Корейском полуострове, а также говорил о необходимости предотвратить коллапс Северной Кореи, вдруг поменял тон, и, судя по всему, стал придерживаться идеи смены режима в КНДР?

Сеул более чем серьезно обеспокоен тем, что политика военного сдерживания Пхеньяна, судя по всему, больше не работает, а также тем, что президент США Дональд Трамп, несмотря на заявления о том, что Северную Корею ожидают "огонь и ярость", не в состоянии остановить быструю модернизацию северокорейских вооруженных сил.

Нет никаких сомнений, что Северная Корея продолжит испытания своих ракет. Кроме того, поступают сообщения об активизации северокорейского ядерного полигона Пунгери, что может означать, что страна готовится к очередному ядерному испытанию.

Если Северная Корея однозначно заручится способностью направить баллистическую ракету с ядерной боеголовкой на какой-то город в США, то американским властям, даже против своего желания, придется признать необходимость военных действий на Корейском полуострове.

Как не раз заявлял сенатор-республиканец Линдси Грэм (судя по всему, отражая мнение Дональда Трампа), США должны быть готовы пойти на риск огромных потерь среди гражданского населения Сеула и в южнокорейской армии ради того, чтобы обеспечить безопасность американских городов.

Сеул может избежать подобного риска лишь убедив Ким Чен Ына, что его жизнь находится в опасности, и тем самым вынудить его приостановить свои ядерные испытания и приступить к конструктивному диалогу.

Параноидальное руководство

В прошлом северокорейские лидеры всерьез относились к возможности того, что они могут быть убиты.

Например, в марте 1993 года, во время растущей напряженности в отношениях между США и Северной Кореей, Ким Чен Ир, отец Ким Чен Ына, провел почти месяц в хорошо защищенном бункере и объявил "полувоенное положение" после того, как Пхеньян решил выйти из договора о нераспространении ядерного оружия.

Ким Чен Ир прятался в бункере, опасаясь возмездия со стороны США, но это не остановило агрессивные действия Северной Кореи, которая продолжила нарушать международные нормы и в одностороннем порядке разрывать заключенные в прошлом договоренности.

У Северной Кореи также большой опыт приспосабливаться к давлению извне. Опасения точечных бомбардировок привели к возникновению определенного рода паранойи среди северокорейского руководства - как в прошлом, так и сейчас. Они используют подставные автомобили, а их появления на публике резко ограничены по времени - для того, чтобы минимизировать шансы возможного нападения.

В мае Северная Корея обвинила США в том, что ЦРУ организовало заговор, согласно которому, получивший взятку гражданин Северной Кореи должен был применить биохимическое оружие против Ким Чен Ына.

Подтвердить эти обвинения невозможно. Кроме того, они могут быть частью пропагандистских усилий, направленных на то, чтобы отвлечь внимание от убийств, совершенных самой Северной Кореей. Наиболее известным было убийство предположительно северокорейскими гражданами Ким Чен Нама, старшего брата Ким Чен Ына, в малайзийском аэропорту при помощи вещества нервно-паралитического действия VX.

Учитывая боязнь северокорейского руководства и принимающиеся контрмеры, любая попытка Южной Кореи убить Ким Чен Ына будет чрезвычайно рискованной, и может легко пойти по сценарию операции в заливе Свиней, когда в 1961 году администрации президента Кеннеди не удалось свергнуть Фиделя Кастро.

Соответственно, Южной Корее необходимо вести себя очень осторожно. Если попытка убийства северокорейского лидера провалится, то это может вызвать резкую ответную реакцию со стороны Севера, например, в форме ограниченных военных действий, которые могут с легкостью перерасти в полноценную ядерную войну.

Власти Южной Кореи, может быть, надеются добиться изменений в политике Севера не прямым, а косвенным образом.

Угрожая лично Ким Чен Ыну, они, вероятно, надеются, что это подорвет его поддержку среди политической элиты в Пхеньяне, представители которой могли бы совершить переворот и устранить жестокого молодого лидера, которого боятся все.

Северокорейская элита может быть не любит и боится Ким Чен Ына, но она также опасается угроз своей личной безопасности со стороны других групп населения. Северная Корея жестко делится на определенные классы.

Бедные северокорейцы и те группы населения, которые уже десятилетиями подвергаются дискриминации, воспользуются устранением руководства страны и начнут восстание, чтобы отомстить суперпривилегированным жителям Пхеньяна.

Страха внезапно оказаться посреди разрушительной и кровавой контрреволюции, видимо, достаточно для того, чтобы те, кто могут совершить переворот, дважды задумались.

Другими словами, обезглавливание режима - стратегия чреватая большими рисками, и небольшим шансом успеха. Это скорее декларативная, а не полноценная политика по отношению к Северу.

Все варианты плохи

Администрация президента Мун Чжэ Ина может также надеяться, что объявив о возможности убийства Ким Чен Ына, ей удастся таким образом парировать требования консервативной оппозиции, которая заявляет, что Южная Корея также должна разработать свое ядерное оружие, чтобы противостоять угрозе со стороны Севера.

Несмотря на то, что министр обороны Южной Кореи положительно отозвался о возможности возвращения американского тактического ядерного оружия на юг полуострова, само правительство в Сеуле выступает против этого, частично из-за опасений, что подобный шаг приведет к эскалации гонки вооружений в регионе и усугубит трения с Севером, а также увеличит риск начала вооруженного конфликта из-за взаимного недопонимания.

Сам президент Мун Чжэ Ин хотел бы вновь рассмотреть возможность восстановления диалога и контактов с Северной Кореей.

Для этого ему следует добиться как минимум замедления модернизации северокорейских вооруженных сил, а также как-то повлиять на Вашингтон, где все больше политиков считает, что у них все меньше и меньше возможностей повлиять на северокорейский режим, и они могут прийти к выводу, что применение военной силы может быть наименее худшим вариантом.

В атмосфере, в которой не остается хороших вариантов политики по отношению к Северной Корее, угроза обезглавить руководство этой страны может показаться приемлемым ходом в этой стратегической игре в покер.

Доктор Джон Ниллсон-Райт - старший научный сотрудник программы изучения Северо-восточной Азии при Королевском институте международных отношений Chatham House в Лондоне, а также доцент Кембриджского университета.