Руслан Кисляк
ЛIГАБiзнесIнформ

Интересные вещи происходят на украинском банковском рынке. Недавно глава НБУ Степан Кубив обвинил 14 банков в отмывании 142 млрд. гривень с помощью конвертационных схем. Спустя некоторое время регулятор объявил об отключении от системы подтверждения сделок на межбанковском валютном рынке ряда финучреждений, якобы за расшатывание этого самого валютного рынка. Действия НБУ возымели практически молниеносный эффект - темпы укрепления национальной валюты не могут не огорчать спекулянтов. И все бы ничего, если бы опять не всплыла цифра 14. Именно столько банков регулятор обвинил в валютных спекуляциях. Но это еще не все. Накануне в эфире 5 канала и.о. генпрокурора Олег Махницкий заявил о проведении проверки 14 банков - теперь на предмет причастности к финансированию террористов и сепаратистов.

Партийно-политическая версия

Три раза по 14 - совпадение? Речь идет об одних и тех же финучреждениях? Очень похоже на то, что власти пытаются наказать именно определенные банки. Об этом говорят и участники рынка. По словам одного из банкиров, пожелавшего остаться неназванным, суть происходящего можно сформулировать двумя словами: месть донецким. Так ли это, доказать сложно. Национальный банк категорически отказывается обнародовать список 14 мишеней. Молчат и опрошенные казначеи финучреждений, утверждая лишь, что речь идет о банках четвертой группы.

Только один из участников рынка намекнул, что в "список 14-ти" могли попасть: АктаБанк, банк Союз, ИнтерКредитБанк, Банк инвестиций и сбережений, CityCommerceBank, DV Bank, Юнекс Банк, Юнисон Банк, Захидинкомбанк, банк Портал, банки Фамильный и Софиевский, банк Рыночные технологии и Финростбанк.

Сразу стоит оговориться: нет официальных подтверждений, что именно названные банки были отключены от системы подтверждения сделок НБУ

Во все 14 банков редакция ЛІГАБізнесІнформ выслала запросы с просьбой подтвердить или опровергнуть факт применения к ним санкций НБУ. К моменту публикации текста три банка озвучили свою позицию: Юнисон, Портал и Фамильный. Нетрудно догадаться, что они все отрицают.

Версия о козлах отпущения

Что можно утверждать точно: в период обвального падения гривни объем торгов на межбанке был крайне низким. Это подтверждают все опрошенные ЛІГАБізнесІнформ казначеи украинских банков. В таких условиях даже очень незначительная по объему заявка на валюту по более высокому курсу могла быть классифицирована регулятором как спекуляция.

Центробанку, обвиненному накануне в бездействии на валютном рынке, оставалось лишь механически занести в список наиболее злостных спекулянтов 14 козлов отпущения. Как говорится, и МВФ доволен, и банки бояться будут.

О финансировании террористов и сепаратистов

События, разворачивающиеся в последние дни вокруг поиска банков, через которые, якобы, финансируются сепаратисты на юге и востоке страны, выглядят, как минимум, странно. Сначала СБУ заявляет о возбуждении уголовного дела по фактам финансирования терроризма одним из российских банков в Украине. Затем в СМИ попадает, якобы, СБУ-шная распечатка переговоров сепаратистов, где те прямым текстом упоминают российский ВТБ Банк в качестве финучреждения, через которое можно получать деньги за свою "работу".

После этого в СМИ вбрасывается информация о том, что, якобы, в парламенте зарегистрирован законопроект о создании временной следственной комиссии по расследованию причастности российского Альфа Банка в Украине к финансированию терроризма. Позже оказалось, что законопроект так и не был зарегистрирован в Раде (если он вообще существовал).

Но и это еще не все. В итоге, упомянутый уже господин Махницкий в эфире 5 канала заявил об уголовном производстве в отношении Сбербанка России в Украине по подозрению в финансировании терроризма.

Думаю, излишне упоминать, что Сбербанк России, равно как и Альфа Банк с ВТБ Банком, и даже Проминвестбанк (на всякий случай) отрицают какую-либо причастность к финансированию боевиков.

Но вот позиция силовиков и регулятора не понятна. Что означает это шатание от банка к банку: бессилие в поиске источников финансовой угрозы нацбезопасности? Складывается впечатление, что силовые органы государства, равно как и главный финансовый регулятор страны, продолжают страдать от дефицита профессионалов и переизбытка полномочий в отношении бизнеса.