Поздно вечером 16 января греческому правительству в седьмой раз за восемь последних лет пришлось столкнуться с голосованием о недоверии.

В третий раз это испытание ожидало правительство Алексиса Ципраса: предыдущие две попытки пришлись на кризисный 2015 год, когда призрак Grexit выглядел значительно более реальным, чем даже перспективы Brexit.

И снова Ципрасу удалось пройти по лезвию ножа: из 300 депутатов 151 проголосовали в поддержку правительства и 148 - "против". 145 голосов "за" дала родная леворадикальная партия премьера СИРИЗА, однако за минимально необходимые шесть дополнительных голосов пришлось побороться.

В ожидании выборов

В минувшее воскресенье экстравагантное леворадикально-праворадикальное коалиционное правительство Ципраса развалилось, когда лидер правой его части АНЕЛ ("Независимые греки") и министр обороны Панос Камменос объявил о своей отставке. Остальные министры от АНЕЛ, понимая свои нулевые шансы переизбраться на следующих выборах (последние рейтинги дают партии не более 1%), остались на своих позициях, хотя из партии Камменос их быстренько исключил.

Так голосов стало 150. В конце концов, хватило поддержки одного депутата из либеральной партии "Потами" ("Река"), тоже изгнанного из ее рядов за такое безобразие, и правительство продолжило свое существование.

Почему же поддержка действующего правительства настолько токсична для остальных политических сил?

Причина банальна и традиционна: приближаются парламентские выборы. 

Они должны состояться не позднее осени 2019 года, когда четырехлетний срок действующего парламента закончится естественным образом, но все больше и больше политических сил, во главе с крупнейшей оппозиционной партией "Новая демократия", давит на Ципраса, чтобы тот объявил выборы досрочно.

Правительству меньшинства, сложившемуся после развала коалиции, будет довольно сложно работать в столь враждебной среде еще более полугода, а потому выборы могут состояться уже весной.

Опросы в настоящее время показывают, что именно "Новая демократия" с 31,5% общественной поддержки имеет наилучшие шансы возглавить новое правительство. На втором месте остается СИРИЗА с 16,5% рейтинга, далее с большим отрывом идут неонацистская "Золотая заря", Коммунистическая партия Греции и Центристское движение за перемены (КИНАЛ, обновленный ПАСОК, ранее - ведущая социал-демократическая партия) - примерно по 4% каждая. Рейтинги остальных партий маргинальны.

Для победителей выборов было бы очень удобно начать правление в ситуации, когда ключевые кризисы последних лет будут тем или иным образом решены. Ведь кризис беженцев ослабел после подписания договора с Турцией в 2016 году, а буквально в августе этого года закончилась третья программа финансового спасения Греции, и ожидается, что в течение следующего года государство вернется на финансовые рынки.

Остался только один горячий кризис - македонский.

Македонская "зрада"

Переговоры по македонскому вопросу, продолжавшиеся последние годы, особенно подписание в июне прошлого года так называемого Преспского соглашения, меняющего название соседней страны на "Северная Македония" в обмен на снятие греческого вето на вступление этого государства в ЕС и НАТО, вызвали в Греции лавину массовых протестов.

В ноябре 2018 года около 65% греков были противниками этой договоренности, в то время как поддерживали ее лишь 17%, а 60% были очень плохого мнения о главном архитекторе соглашения - бывшем министре иностранных дел Никосе Коциасе. Собственно, из-за кардинальных разногласий с Паносом Камменосом по македонскому вопросу он и потерял свой пост в октябре.

Камменос маневрировал до последнего, надеясь, очевидно, что соглашение завалит македонская сторона.

Низкая явка на референдуме 30 сентября подтолкнула многих обозревателей к неутешительным прогнозам о возможности ратификации соглашения в парламенте конституционным большинством, учитывая одновременное сопротивление президента Македонии Георге Иванова, националистической партии ВМРО-ДПНЕ и необходимость учитывать интересы албанского меньшинства.

Однако премьер-министр Зоран Заев показал мастер-класс политического маневрирования, достиг компромисса со всеми заинтересованными сторонами, и, ратифицировав соглашение 11 января, перебросил мяч на поле греков.

С одной стороны, голосование за Преспское соглашение может стать политическим самоубийством в обществе, где непризнание любых прав соседнего государства на название "Македония" соответствует убеждениям абсолютного большинства. Поэтому неудивительно, что большинство политических сил утверждает, что соглашение ужасное, неприемлемое, торгует национальными интересами и национальным достоинством, а потому ратифицировать его ни в коем случае нельзя.

С другой стороны, непримиримость такой оппозиции ограничивается тем, что провал соглашения может снова вывести Грецию в статус политической парии в рамках ЕС, а победителю следующих выборов - существенно усложнить коммуникацию с партнерами на международном уровне, что является ключевым на данном этапе политического развития страны.

Эта политическая дилемма остро встала перед партией-лидером симпатий, право-консервативной "Новой демократией", фактически возродившейся из пепла.

В докризисные годы она была одной из двух системообразующих партий греческой политики, а ее традиционным визави была социал-демократическая ПАСОК ("Всегреческое социалистическое движение"). Однако политика экономии после кризиса в 2010 году маргинализировала сначала правительство Андониса Самараса (НД), а потом и Йоргоса Папандреу (ПАСОК), зафиксировав глубокий кризис традиционных партий в Греции.

Зато на коне оказались радикальные политические новобранцы, в первую очередь леворадикальная СИРИЗА, которая победила на выборах в январе 2015 года, создала коалицию с праворадикальной партией АНЕЛ, объединенную ненавистью к европейским кредиторам и жестким условиям программы спасения, и нацелилась на поиск третьего пути для Греции.

Новые популисты

Однако радикальная программа СИРИЗА и ее партнеров в 2015 году не сработала. Несмотря на успех июльского референдума, когда греческий народ гневно отверг условия кредиторов, правительство не смогло найти внеевропейские источники финансирования для возможного выхода из зоны евро и возвращения к драхме.

Поэтому Ципрас был вынужден сделать "политическое сальто" и со второй половины 2015 года выполнять большинство требований кредиторов, а также активно сотрудничать в решении кризиса беженцев, нахлынувших в Грецию из Турции.

Третьим результатом уступчивости правительства Ципраса стал неожиданный прорыв в почти 30-летних переговорах по македонскому вопросу. Это стало возможным благодаря благоприятной международной конъюнктуре и небольшому значению националистических вопросов для леворадикальной СИРИЗА. Итогом стало непопулярное внутри страны Преспское соглашение.

И в этом "Новая демократия" увидела шанс на возрождение, начав с избрания молодого и энергичного лидера Кириакоса Мицотакиса (в лучших греческих традициях, сына премьер-министра (1990-1993) Константиноса Мицотакиса и брата министра иностранных дел (2006-2009) Доры Бакояннис). Сместившись с правоцентристских позиций еще правее, Кириакос Мицотакис не жалеет резких слов, чтобы разоблачать угодливость Ципраса в выполнении условий кредиторов, которые поставили простых греков на грань нищеты, а Преспское соглашение подает как недопустимое предательство национальных интересов.

Мицотакис играет в опасную игру на грани правого популизма, ведь ему тоже придется пройти по лезвию ножа. Он должен быть достаточно непримиримым, чтобы завоевать симпатии греческого общества и показать, что он и его партия не имеют никакого отношения к непопулярным реформам или к решению вопросов национальной идентичности, и победить на выборах. И при этом - не развалить отношения с партнерами, от которых все еще во многом зависит.

Поэтому оппозиции выгодно, чтобы Преспское соглашение все-таки было ратифицировано, но за счет самопожертвования СИРИЗА. 

Это позволит потом утверждать: да, мы были безумно против, но раз уже соглашение ратифицировано, то мы должны придерживаться его положений, а национальные интересы защищать другим способом, например уже в процессе переговоров о членстве Северной Македонии в ЕС и НАТО.

Этим, собственно, и объясняется столь сильная поляризация в парламенте: за "хромую утку" правительства Ципраса голосует ровно столько депутатов, сколько минимально нужно, а остальные думают о своем политическом будущем.

Подобной ситуации стоит ожидать и при голосовании за ратификацию Преспского соглашения.

Российский кульбит Ципраса

Алексис Ципрас планировал провести ратификацию до конца января, по сути, как можно скорее, пока эта тема горячая и пока международное сообщество активно следит за ходом событий и подталкивает Грецию сделать этот исторический шаг.

Как минимум, ему хочется войти в историю как человеку, который в состоянии уладить столь сложный конфликт.

Поскольку в Греции международные договоры ратифицируются простым большинством, а не конституционным, как в Македонии, то шансы неплохие. В случае голосования следует ожидать, что за соглашение проголосует СИРИЗА, отступники из АНЕЛ, независимый депутат и еще несколько депутатов из либеральной партии "Потами", которые не желали выражать доверие правительству, однако поддерживают Преспское соглашение.

"Потами" ворвалась в парламент в 2015 году вместе с другими новыми партиями. Впрочем, проевропейский либерализм в современной Греции не прижился, и сейчас ее рейтинги составляют 0,7%. Поэтому ее представителям можно голосовать в соответствии с ценностями, а не электоральными перспективами.

На 20 января в Афинах запланирована очередная демонстрация противников Преспского соглашения. Нет сомнений, что она будет очень массовой и основные политические силы будут пытаться превратить этот протест в свои проценты на выборах.

Впрочем, говоря о противниках соглашения, нельзя не вспомнить наших заклятых соседей.

Российская Федерация в последние дни просто фонтанирует злостью и раздражением из-за возможной ратификации. И министр иностранных дел Лавров, и президент Путин, отбросив любые дипломатические реверансы, прямо говорят, что соглашение о названии страны недопустимо, ведь решение конфликта дополнительно продвигает влияние НАТО и США на Балканах.

Кабинет Ципраса, начинавший свою каденцию как чрезвычайно пророссийский даже по греческим меркам, заканчивает ее рядом дипломатических протестов в адрес России из-за ее недопустимого вмешательства во внутренние дела Греции.

Так что шансы на ратификацию довольно велики, впрочем, не стоит забывать, что большинство в ее поддержку слабое, а для основных геополитических игроков слишком многое стоит на кону.