Сегодня три европейских государства входят в число семи крупнейших экономик мира. Через десять лет в этом списке останутся два представителя Старого Света, а к 2030 г. лишь одна Германия. Ни одну европейскую страну вы не найдете в "большой семерке" уже к 2050 г. Более того, через 40 лет среди крупнейших экономик планеты лишь США будут представлять Запад, отмечает в Project Syndicate бывший министр иностранных дел Испании Хавьер Солана.

Это означает, что страны Европы отдельно слишком малы для конкуренции в мире XXI века. К 2030 г. согласно данным Всемирного банка, средний класс планеты увеличится на 2 млрд человек (в основном в Азии). В связи с этим значительно увеличиться нагрузка на мировые ресурсы, сырье, воду, продукты питания, что, неминуемо, приведет к глобальному изменению баланса. Европа понимает, что в современном мире, который характеризуется углубляющейся взаимозависимостью и постоянными переменами, единство - это сила. Действительно, если европейцы не продолжат двигаться по дороге интеграции, их с легкостью обойдут развивающейся страны в сфере технологического развития, создании рабочих мест, затрат на производство, талантов и творческого потенциала.

Европейский союз все еще остается местом, где экономические и социальные институты обеспечивают один из самых высоких уровней жизни. В этом смысле спрос на европейский голос в мире остается высоким. Недавно бывший президент Бразилии Луис да Силва охарактеризовал ЕС как "единственное международное наследие" - так как он сохраняет ценности человечества.

Эти ценности отчасти сохраняются благодаря высокому уровню развития, который является важным элементом идентичности европейцев и источником их гордости. И хотя если сравнивать экономическое равенство (соотношение ВВП на душу населения между самым богатым и самым бедным штатом), то в США он составляет два к одному, а в ЕС 6,5 к одному. Тем не менее, если сравнивать условия жизни внутри американских штатов и в странах ЕС, то ситуация прямо противоположная.

Средний коэффициент Джини (где 0 абсолютное равенство, а 1 - абсолютное неравенство) в Европе 0,30, а в США 0,45. В Китае коэффициент равен 0,47. В американском обществе (как и в Китае) довольно высокий уровень неравенства. Европейские страны более эгалитарные, хотя и им предстоит много сделать для уменьшения неравенства между членами ЕС.

Однако, если Европа хочет сохранить высокий уровень жизни, она должна активнее стимулировать экономический рост, повышать производительность труда и свою конкурентоспособность.

Новым поводом для европейского оптимизма стало Трансатлантическое соглашение о свободной торговле (Transatlantic Trade). Еще совсем недавно, в 1980-х гг., Европа считалась (особенно среди консервативных американцев) чем-то малозначительным. В тот период Старый Свет переживал экономическую стагнацию: рекордная безработица, налогово-бюджетный паралич и замороженные переговоры с Испанией и Португалией. В то же самое время США и Япония сделали мощный экономический рывок.

Тогда общий рынок Европы еще не был единым рынком. Но затем произошла историческая конвергенция национальных интересов и идеологических позиций (от социалиста Франсуа Миттерана до консерватора Маргарет Тэтчер и до христианского демократа Хельмута Коля). Имея великое видение, европейские лидеры осознали, что отсутствие экономической интеграции мешает Европе расти так же быстро как США и Японии. Итогом стало образование увеличенного по размеру рынка: единого рынка.

Трансатлантическое соглашение о свободной торговле и Инвестиционное товарищество (Investment Partnership, TTIP) должны стимулировать рост в ЕС и США. В 2012 г. американский экспорт в Евросоюз приблизился к 206 млрд евро, в то время как экспорт ЕС в США достиг почти 300 млрд евро. 30 млн рабочих мест в Европе (примерно 10% от всей рабочей силы) зависят от иностранной торговли. Однако для достижения положительного эффекта от TTIP должна быть завершена европейская интеграция. Этот процесс пока двигается слишком долго и медленно, но это единственный способ сохранить значимость Европы как одного из основных игроков в мире.