Новым министром обороны США стал Чак Хейгел. Он ветеран войны во Вьетнаме и противник войны в Ираке. Другие подробности о шефе Пентагона, его взглядах и карьере - в материале DW.

Первая характеристика, которая приходит на ум экспертам, когда речь заходит о новом главе американского военного ведомства Чаке Хейгеле, - диссидент. Человек, который мыслит иными категориями. Профессор университета в Санкт-Галлене, политолог Джеймс Дэвис поясняет: "Хейгел ставит под сомнение устоявшиеся истины и задает неудобные вопросы". Профессор университета Эрланген-Нюрнберг Андреас Фальке (Andreas Falke) делится впечатлениями от личной беседы с новым шефом Пентагона: "Это необычный политик, чрезвычайно независимая личность".

Дважды "Пурпурное сердце"

Представляя своего кандидата на пост министра обороны, президент США Барак Обама подчеркнул: "Может быть, самое главное, что для Чака Хейгела война - не абстракция". Хейгел в чине сержанта воевал во Вьетнаме, был дважды ранен и дважды награжден медалью "Пурпурное сердце".

В компетентности нового министра обороны никто не сомневается. 12 лет он был сенатором от Небраски, одним из ведущих экспертов республиканской партии по вопросам внешней политики и политики безопасности. В последние годы Хейгел являлся сопредседателем группы советников президента Обамы по вопросам разведки и одновременно работал в Джорджтаунском университете.

У оппортуниста всегда больше друзей, чем у диссидента

Чак Хейгел - человек твердых убеждений. Их он готов отстаивать, даже если это не сулит политических выгод. Естественно, такая независимость помогла ему обрести не только друзей. Так, в 2008 году сенатор Хейгел отказался поддержать кандидата на пост президента от своей республиканской партии, тоже ветерана войны во Вьетнаме Джона Маккейна.

А теперь Маккейн в газете The Washington Post выражает "серьезную озабоченность позициями, которые Чак Хейгел занимал в последние годы по ряду важнейших вопросов национальной безопасности". Среди этих вопросов - война в Ираке и отношения с Израилем.

Высказывания, далекие от мейнстрима

Чак Хейгел в свое время голосовал за начало второй войны в Ираке. Но затем развитие событий и тактика Пентагона его разочаровали, и он стал одним из самых резких критиков иракской кампании. Многие республиканцы считают недостаточно жесткой и позицию нового министра по отношению к Ирану.

Назначение Хейгела вызвало серьезную озабоченность среди друзей Израиля в США, которые не в восторге от некоторых прошлых высказываний нового министра относительно ситуации на Ближнем Востоке и ядерной программы Тегерана.

Конгрессмен-республиканец Эрик Кантор, в частности, заявил, что "позиции Хейгела и его критические заявления об Израиле явно не вписываются в мейнстрим и вызывают серьезные сомнения в том, можно ли ему доверять развитие особых отношений США с их самым важным союзником на Ближнем Востоке".

В доказательство оппоненты Чака Хейгела обычно приводят давнее интервью, в котором новый глава Пентагона критически высказался на тему влияния произраильского лобби в Вашингтоне. А сторонники Хейгела в ответ указывают на то, что он всегда голосовал за оказание финансовой и военной помощи Израилю.

Оборонный бюджет и интересы ВПК

Многие эксперты полагают, что с республиканцем Хейгелом на посту министра обороны демократу Обаме легче будет добиться сокращений оборонного бюджета. А они, судя по всему, неизбежны, учитывая гигантский государственный долг Соединенных Штатов.

В этой связи профессор Андреас Фальке напоминает высказывание Хейгела о том, что "оборонный бюджет не может служить интересам индустрии и избирательных округов". Это, естественно, вызвало гнев представителей ВПК, а также конгрессменов и сенаторов, которые заинтересованы в сохранении гарнизонов и военных заводов в своих избирательных округах и штатах.

А политолог Джеймс Дэвис уверен, что Хейгел - "человек, способный отстоять свою независимую точку зрения и в противостоянии с генералами". Однако все аналитики сходятся во мнении, что решительных сокращений и реформ в ближайшее время ожидать не приходится. Во главе Пентагона стоит новый министр, но геополитические и стратегические интересы США остались прежними.