Кто-то назвал бы это оптимизацией, но нобелевский лауреат Пол Кругман считает, что американские корпорации ведут себя как бандиты, увеличивая прибыль за счет сокращения штата и снижения зарплат. Не говорим ли мы сейчас о противостоянии капитала и рабочего класса, замеченного еще Карлом Марксом, задается вопросом Кругман, и сам на него отвечает: именно об этом идет речь.

Американская экономика по большинству показателей все еще находится в состоянии кризиса. Вместе с тем прибыль корпораций бьет все возможные рекорды. Как это происходит? Все очень просто: прибыль растет на фоне снижения зарплат и других форм трудовой компенсации.

Пирог не увеличивается, хотя и должен, но капитал чувствует себя неплохо, поглощая самый большой за всю историю кусок за счет рабочего класса.

Но подождите, не говорим ли мы сейчас о противостоянии капитала и рабочего класса? И не является ли это очень старой, почти по Марксу, дискуссией для современного общества? По крайней мере так еще совсем недавно думали многие люди. В течение последнего поколения разговор о неравенстве фокусировался не на противостоянии капитала и рабочего класса, а на вопросе справедливого распределения прибыли между производителями, разнице между образованными и менее образованными работниками, а также стремительном росте дохода небольшого числа людей в финансах и других секторах. Хотя, возможно, это уже вчерашняя тема.

Безусловно, люди в финансах все еще ведут себя как бандиты (хотя, как мы знаем, некоторые из них на самом деле бандиты). Разница между работниками с университетским образованием и теми, у кого его нет, выросла довольно сильно в 1980-х и начале 1990-х гг. и ситуация практически не изменилась с тех пор.

Доход недавних выпускников университетов застыл еще до наступления финансового кризиса. Все больше и больше прибыль увеличивается за счет работников, в том числе высококвалифицированных, которые, в принципе, должны быть очень успешными в современной экономике.

Почему так происходит? Как мне кажется, имеется два объяснения. Во-первых, технологии достигли такого уровня, когда рабочий класс оказывается в невыгодном положении; во-вторых, мы видим последствия резкого увеличения власти монополий. В обоих случаях доминируют роботы или бароны-разбойники.

Если говорить о роботах, то в некоторых секторах экономики автоматика полностью, или почти полностью, заменила рабочих. Вместе с тем, одна из причин возвращение высокотехнологического производства в США в том, что самые важные элементы компьютера и объединительной платы производятся роботами, а значит, больше нет необходимости в дешевой рабочей силе Азии.

В книге "Ярость против машин" (Race Against the Machine) профессоры Массачусетского института технологий (MIT) Эрик Брайнджолфссон и Андрю Маккфи утверждают, что похожая тенденция наблюдается во многих секторах экономики, включая такие сервисы, как перевод и изучение законодательства и правоприменительной практики. Особенно удивляет тот факт, что в число возвращаемых на Запад профессий входят высококвалифицированные и высокооплачиваемые должности; оборотная сторона технологий не ограничивается лишь физическим трудом.

Тем не менее, может ли инновация и прогресс повредить большому количеству рабочих, или даже всему рабочему классу? Этот вопрос задается довольно часто не только сейчас, но и последние два века. Экономист начала XIX века Дэвид Рикардо (больше всего известный теорией относительного преимущества) посвятил в изданной в 1817 г. книге главу новым технологиям Индустриальной революции, которые, по его мнению, могут полностью вытеснить рабочих. Современные ученые предсказывают, что подобное произойдет уже в ближайшие десятилетия.

А как на счет баронов-разбойников? Мы довольно редко говорим сегодня о власти монополий; применение антитрестовских законов было сведено к нулю во время правления Рейгана и с тех пор не восстановлено. Между тем Бэрри Лин и Филипп Лонгмен из New America Foundation утверждают, что увеличение концентрации бизнеса может стать основным фактором в стагнации спроса на рабочий класс, так как корпорации, используя растущую власть монополий, поднимают цены и не делятся полученной прибылью со своими сотрудниками.

Пока трудно сказать, происходит девальвация рабочей силы по вине технологий или монополий. Но происходящий перевод прибыли от рабочего класса к капиталу еще не стал главной темой общенациональной дискуссии. Нам срочно необходимо найти ответ на этот вопрос или роботы и бароны-разбойники до неузнаваемости изменят наше общество.