В своей последней колонке в газете New York Times известный американский экономист и публицист, лауреат Нобелевской премии по экономике Пол Кругман в который раз разоблачает политику европейских лидеров. Подорожание кредитов для Италии и Испании в последние две недели подхлестнуло волну новых публикаций экономистов, которые настаивают, что, вводя жесткую экономию в госрасходах, европейские страны сами лезут в петлю.

Пол Кругман: В прошлую субботу газета Times напечатала репортаж об участившемся в последнее время феномене в Европе: "самоубийство из-за экономического кризиса", когда люди накладывают на себя руки, отчаявшись найти работу или потеряв собственный бизнес. Это, без преувеличения, была душераздирающая история. Однако, я уверен, что не был единственным читателем, у которого мелькнула мысль, не относится ли эта история, скорее, к лидерам Европы, которые наметили экономическое самоубийство для всего континента.

Еще несколько месяцев назад у меня была надежда по поводу Европы. В конце прошлой осени страны еврозоны находились на краю финансового краха и Европейский центробанк пришел им на помощь. ЕЦБ выделил банкам неограниченные временем кредиты под залог государственных облигаций европейских правительств. Это решение напрямую помогло частным финансовым организациям и косвенно правительствам ЕС и как результат "погасило" панику. В тот период был лишь один вопрос: сможет ли смелый и эффективный шаг ЕЦБ стать началом более широкого осмысления ситуации, в результате чего европейские лидеры кардинально изменят финансовую политику. Однако этого не случилось. Все произошло наоборот: они стали еще активнее проводить старую, провалившуюся политику. И самое тревожное то, что, похоже, уже ничто не сможет заставить политиков Европы поменять этот курс.

Рассмотрим ситуацию в Испании, которая сегодня является эпицентром кризиса. Это страна переживает не просто рецессию, а самую настоящую депрессию. Безработица в Испании достигла 23,6%, что сравнимо с уровнем безработицы в Америке во время Великой депрессии. Распространившийся на рынке пессимизм по поводу будущего страны еще больше взвинчивает проценты по займам для Мадрида, что еще сильнее усугубляет ситуацию.

Самое интересное то, что Испания не была финансово расточительной страной и накануне кризиса имела невысокий долг и бюджетный профицит. Но, к сожалению, там был огромный "пузырь" на рынке недвижимости, который отчасти возник из-за безудержного кредитования финансовыми организациями Германии испанских банков. Когда "пузырь" лопнул, экономика оказалась на мели. Следует отметить, что финансовые проблемы - это последствие начавшейся в Испании депрессии, а никак не наоборот.

Тем не менее из Берлина и Франкфурта продолжают поступать рекомендации о продолжении проведения политики жесткой финансовой экономии. Все это абсурд и сумасшествие.

Европа уже несколько лет упорно внедряет различные программы жесткой экономии, которые в итоге привели депрессивные экономики континента в состояние большей депрессии. В связи с тем, что инвесторы смотрят на общее состояние национальной экономики, определяя способность страны вернуть долг, программы по сокращению расходов не помогают снижать ставки по займам.

Какая всему этому альтернатива? В 1930-х годах - эра, которая по многим критериям уже началась в Европе, - основным условием выхода из депрессии был отказ от золотого стандарта. Подобным шагом могли бы стать отказ от евро и восстановление национальных валют. Конечно, некоторые скажут, что это немыслимо и может привести к катастрофическим последствиям как в экономике, так и в политике. Но проводить политику жесткой экономии в странах, которые уже страдают от безработицы уровня Великой депрессии, по-настоящему непостижимо.

Но если европейцы хотят сохранить евро, они должны искать альтернативный курс, и формы его довольно ясны. Европе необходимы направленная на стимулирование роста политика, которая позволяет странам иметь относительно высокую инфляцию, а также проведение экспансионистской финансово-бюджетной политики, которая разрешает увеличение денежной массы. Даже следуя этим рекомендациям, периферийные страны ждут длительные годы тяжелой жизни. Но в этом случае у них будет хоть какая-то надежда на выход из затянувшегося кризиса.