Директор по исследованиям вопросов обороны и безопасности Gulf Research Center Мустафа Алани в своей статье для Bloomberg рассматривает иранскую проблему с позиции Саудовской Аравии и других стран Персидского залива.

Наиболее вероятными жертвами ядерного вооружения Ирана являются не США и Израиль, а страны Персидского залива, которые плотно конкурируют с режимом Тегерана, но не обладают силой, чтобы предотвратить угрозу или агрессию с помощью собственного ядерного арсенала. Такую точку зрения высказывает Мустафа Алани, директор по исследованиям вопросов обороны и безопасности Gulf Research Center, в своей статье для Bloomberg. Эксперт рассматривает иранскую проблему с позиции Саудовской Аравии.

Так, по крайней мере, ситуация выглядит с позиции Эр-Рияда и других столиц в регионе Персидского залива. Саудовская Аравия публично старается занимать сдержанную позицию на международном уровне по вопросу ядерной программы Ирана, страна пока не готова поддержать военный удар.

Но за этой сдержанностью скрываются глубокие опасения, и подтверждением может служить то, как оперативно Саудовская Аравия и ОАЭ обещали компенсировать любой дефицит мировых поставок нефти, который может быть вызван планируемыми европейскими санкциями в отношении иранского экспорта, обосновывает Алани. При полном бойкоте иранской нефти мировой рынок потерял бы около 2,5 млн баррелей в сутки, что привело бы к росту цен и замедлению экономического подъема.

В Саудовской Аравии твердо уверены, что если Иран может милитаризовать свою ядерную программу, будучи подписантом Договора о нераспространении ядерного оружия 1968 года, то этот договор становится бессмысленным. Вероятным ответом Саудовской Аравии будут попытки создать собственный ядерный потенциал, считает эксперт.

Саудовская Аравия и другие страны Залива четко это дали понять западным правительствам, хотя не в публичной форме. Они говорили западным партнерам, что если у Ирана будет ядерное оружие, они со своей стороны не будут чувствовать никаких моральных или юридических обязательств соблюдать принципы договора. Другими словами, они смогут свободно выбрать ядерный путь. С точки зрения Саудовской Аравии, сохранение мирового режима ядерного нераспространения будет зависеть от успеха или провала международного сообщества в попытках ограничения иранской программы.

Равно в Саудовской Аравии не делают различия между развитием в Иране ядерных мощностей и фактическим созданием ядерной бомбы. По их мнению, в несмонтированном виде ядерное оружие не менее опасно и устрашающе, чем готовое в хранилище.

В регионе Персидского залива преобладает точка зрения, что благодаря американской политике, сознательно это было или несознательно, Иран за прошедшие десятилетия совершенно безболезненно и без каких-либо издержек приобрел серьезные стратегические преимущества. Когда США сменили власть талибов в Афганистане и свергли режим Саддама Хусейна в Ираке, то они таким образом фактически сняли «осаду» с Ирана и устранили силы сдерживания, которые представляли собой два враждебных режима вдоль его восточных и западных границ. Неумелое координирование США послевоенной обстановки в Афганистане и Ираке принесло Ирану дополнительный бонус, комментирует Алани.

Высвобождение Ирана из этих тисков беспокоит Саудовскую Аравию и другие страны Залива, поскольку они считают, что их персидский сосед представляет собой государство-гегемон, пытающееся проводить агрессивно интервенционалистскую и потенциально экспансионистскую политику. Такая политика на сегодняшний день создала «государство внутри государства» и в Ливане, и в Ираке. Иран теперь решительно пытается повторить этот опыт в других арабских государствах, где есть шиитское население.

Экспансионистские цели Ирана иллюстрирует пример с оккупацией трех островов в Персидском заливе, принадлежащих ОАЭ, пишет Алани. Иранские политики второго эшелона в последние годы вспоминают о территориальных претензиях к Бахрейну. Помимо этого, Иран неоднократно грозил «наказать» государства Персидского залива и перекрыть Ормузский пролив, важную международную водную артерию для поставок нефти.

Даже без ядерных мощностей Иран в регионе считают возмутителем спокойствия, а с ядерной бомбой он может проводить еще более агрессивный и безответственный курс. С точки зрения Саудовской Аравии, Ирану не нужны ядерные вооружения как средства сдерживания, потому что, в отличие от других стран региона, он не является объектом ядерной угрозы. Израиль, Пакистан и Индия, разумеется, обладают ядерным вооружением, но, по мнению Саудовской Аравии, эти государства не представляют угрозы нападения. Израиль, например, пользуется уверенным преимуществом в традиционных вооружениях и потому не хочет зависеть от механизмов ядерного сдерживания. В случае Ирана необходимость в атомной бомбе может быть обусловлена только амбициями государства с устремлениями гегемона и ложным чувством превосходства.

С 2003 года, когда Ирак перестал быть в регионе противовесом Ирану, страны Залива активно инвестируют в высокотехнологичные традиционные системы вооружений, пытаясь выправить военный дисбаланс в регионе. Появление у Ирана ядерного потенциала сделает бессмысленными все их достижения и нарушит шаткое равновесие в регионе. Это будет совершенно иная ситуация, которую ни одно из государств Залива не имеет возможностей решать.

Саудовская Аравия и ее соседи не имеют конкретного видения в отношении возможного решения проблемы ядерного вооружения Ирана. На данном этапе они не поддерживают военную альтернативу. Сначала они выступают за усиление воздействия на Иран невоенными средствами. Если такие меры не принесут успеха в предотвращении иранских разработок атомной бомбы, государства Залива неохотно поддержат военные санкции, несмотря на все их отрицательные последствия для региона, прогнозирует Алани.

Если Иран решительно настроен милитаризовать свою ядерную программу любой ценой, обосновывают в регионе, международное сообщество должно не менее решительно любой ценой предотвратить такой сценарий. Иначе весь регион Персидского залива превратится в ядерные державы, делает вывод эксперт.

Мустафа Алани, директор по исследованиям вопросов обороны и безопасности Gulf Research Center, находящегося в Женеве.