Сергей Гайдай остался совладельцем «Дружба-Нова», но с директорского поста ушел

Татьяна Писаная

Forbes.ua

В конце апреля 2013 года Сергею Гайдаю, совладельцу и руководителю компании «Дружба‑Нова», позвонил собственник агрохолдинга «Кернел» Андрей Веревский и предупредил, что на следующий день приедет осматривать его хозяйство. Визит Веревского не нарушил привычного распорядка дня компании. Она славилась внедрением инновационных технологий, поэтому минимум раз в неделю принимала иностранные делегации, высокопоставленных украинских чиновников или крупных бизнесменов. Веревский осмотрел производственную базу компании, агрохимическую лабораторию, понаблюдал за процессом GPS‑мониторинга техники в поле. Увиденное, кажется, его впечатлило - уже в июне «Кернел» приобрел 83,34% компании, выкупив доли ООО «Твеелинген Украина» (66,67%) и Владимира Попенко (16,665%). Гайдай остался совладельцем с долей 16,665%.

Весь бизнес «Дружба‑Нова» был оценен сторонами в $180-190 млн, или $1700-1800 за гектар, что соответствует шести EBITDA за 2012 год. С учетом долгов компании Веревский заплатил за 83%-ю долю $68 млн. По словам директора инвестиционно‑банковского департамента Dragon Capital Михаила Гранчака, в первом полугодии 2013‑го средняя стоимость агроактивов в пересчете на 1 га составляла порядка $1500-1600.

«Дружба‑Нова» выглядела привлекательным активом с земельным банком в 108 000 га, большими элеваторными мощностями. А главное - с современными технологиями. «Эти технологии давали возможность получать гораздо большую урожайность, чем на других предприятиях на схожей земле, - говорит управляющий директор Concorde Capital Роман Иванюк. - Именно это и было интересно «Кернелу», которому очень важно повысить эффективность». Судя по показателям работы агронаправления, холдинг этой цели не добился.

Компанию «Дружба‑Нова» с офисом в пгт Варва Черниговской области в 2001 году создали друзья Сергей Гайдай и Владимир Попенко. Начинали они с земельного банка около 2500 га. В 2007‑м, когда компания привлекла инвестора из Нидерландов Tweelingen Groep B.V., у нее уже было 10 000 га. Тогда бизнесмены продали 62,4% «Дружба-Нова» голландцам. По словам Гайдая, руководившего компанией с момента ее основания, Tweelingen заплатила им с Попенко по $3 млн. Позже голландцы увеличили свое участие до 66,67%.

С помощью займов собственники вложили в «Дружба‑Нова» около $25 млн, из них $7 млн приходилось на миноритарных участников. Интересы «Твеелинген Украина» в качестве главы наблюдательного совета изначально представлял Сергей Ровнов, в 2012‑м его сменил нардеп Дмитрий Сандлер. По мнению многих участников рынка, он был одним из бенефициаров предприятия, но сам он называет себя лишь наемным менеджером.

По итогам 2012 года компания увеличила выручку на 83% по сравнению с предыдущим годом, прибыль - на 26%. Урожайность кукурузы составила 6 т с гектара при среднем по стране показателе в 3,4.

Внешне «Дружба‑Нова» была образцово‑показательной и инновационной компанией, внутри же назревали конфликты. В конце 2012‑го из компании уволилась жена Попенко Светлана, которая была первым замом Гайдая и не разделяла его подходы к управлению. Как сообщил Forbes один из топ‑менеджеров «Дружба-Нова», вопросы к генеральному директору начали возникать и у главных собственников: мол, слишком много он начал тратить на имидж предприятия. Гайдай говорит, что эти претензии представители «Твеелинген Украина» ему не озвучивали. По его словам, они постоянно держали «Дружба‑Нова» в «боевой готовности» для продажи и просто ждали случая.

В начале апреля 2013 года Веревский позвонил Сандлеру и выразил желание купить компанию. Сандлер назвал цену - Веревский несколько дней подумал и согласился. От момента первого разговора до окончательного закрытия сделки прошло не более трех месяцев. В чем причина спешки? Начинался новый сезон, и продавцу, и покупателю нужно было планировать бюджет. Нанимать посредников для проверки компании «Кернел» не стал, хотя при других сделках его консультировал Макар Пасенюк из ICU.

«Партнеры договорились не проводить аудит, так как он и так регулярно осуществлялся, - утверждает бывший финансовый директор «Дружба‑Нова» Дмитрий Попель. - Но основной причиной отказа от аудита был высокий уровень доверия между сторонами». И «Кернел», и «Дружба‑Нова» сотрудничали с консалтинговой Baker Tilly Ukraine. В отличие от предыдущих поглощений, «Кернел» не стал добиваться снижения цены - все изначальные договоренности были выдержаны. На ход торгов не повлияло даже то, что почти одновременно с Веревским «Дружба-Нова» заинтересовался еще один аграрный магнат - Олег Бахматюк.

Гайдай рассказывает, что Веревский посулил ему золотые горы: «Дружба‑Нова» будет работать как отдельное подразделение и не станет подчиняться центральному офису «Кернела» в Киеве, при этом в элеваторное хозяйство и строительство семенного завода будут инвестированы $70 млн. «При таких инвестициях EBITDA могла достичь $70-80 млн», - вспоминает Гайдай, объясняя, почему принял предложение остаться. Веревский не стал комментировать сделку, когда к нему обратился Forbes.

Но уже вскоре после покупки Веревскому стало не до инвестиций. Макроэкономическая ситуация в стране во второй половине 2013‑го резко ухудшилась. Цены на кукурузу обвалились на 30-40% по сравнению с годом ранее, и показатели работы «Кернела» пошли вниз. По итогам первого полугодия 2014 финансового года (он начался 1 июля 2013‑го) EBITDA агронаправления холдинга составила минус $47,1 млн.

Интеграция «Дружба‑Нова» в структуру «Кернела» пошла не так, как рассчитывал Гайдай. «Основные функции обеспечения жизнедеятельности компании начали перетягивать в центральный офис. Блокировались платежи, не было закупок», - рассказывает он. Между менеджерами из главного офиса «Кернела» и менеджерами «Дружба‑Нова» начались разногласия. «Кер­нел» - одна из самых закрытых организаций. Новички в таких компаниях практически не приживаются», - отмечает глава украинского офиса хедхантинговой компании Pedersen & Partners Executive Search Алексей Долгих.

Чтобы уладить конфликт, Гайдай поехал к Веревскому. Однако встреча результатов не принесла. «Он мне сказал, что рынок изменился и изначально я его неправильно понял, - делится миноритарий. - И управление компанией теперь будет осуществляться в подобном формате». После этого разговора Гайдай уволился. По информации партнера хедхантинговой компании Talent Advisors Романа Бондаря, менять топ‑менеджмент после покупки компании - традиционная практика «Кернела».

На сей раз традиция привела к уходу 90% команды. Часть сотрудников уволил «Кернел» как выполняющих дублирующие функции. «Были предложения остаться и продолжить развивать направление точного земледелия. Но команда «Кернела», подход к управлению, а также изначально скептическое отношение к технологиям меня не удовлетворили. Я не увидел смысла продолжать просто работать, а не развиваться», - комментирует бывший заместитель генерального директора по научно-технологическому развитию «Дружба‑Нова» Ярослав Бойко, который теперь вместе с Гайдаем работает в консалтинговой компании IST Agro Service.

Судя по всему, «Кернелу» не удается в полной мере использовать технологии, внедренные в «Дружба-Нова». «Лаборатория действует, есть попытки дифференцированного внесения минудобрений, но на незначительных площадях. Многие элементы точного земледелия не работают», - утверждает Бойко.

В связи с тем что «Дружба‑­Нова» теперь часть «Кернела», проанализировать показатели ее деятельности практически невозможно. Но уже по итогам 2013‑го «Дружба-Нова» работала в убыток, а EBITDA была, скорее всего, нулевой или даже отрицательной. То есть мультипликатор, по которому ее купил Веревский, становится космически высоким. Стоило ли спешить? Директор консалтингового агентства ААА и владелец фермерского хозяйства «Світанок» Сергей Наливка полагает, что «Кернелу» лучше было бы навести порядок в том, что он купил до этого, а не расширяться дальше.