Украинофобка Мария Овсянникова с антивоенным плакатом в прямом эфире «Первого канала» и выход нардепов из пророссийской ОПЗЖ - события по одинаковому сценарию.

Украинцы, по крайней мере часть, несмотря на войну, остаются инфантильными. Кто-то продолжает верить, что на россии остались люди, способные на личный подвиг ради нас, - что олигархи поднимут бунт, что на улицы Москвы выйдут тысячи антивоенных активистов и сразятся с ОМОНом или что близкое окружение уничтожит путина. Знаете, скорее на Землю прилетят инопланетяне, чем россияне что-нибудь будут делать ради нас. Это касается и так называемых либералов, на которых натягивают овечью шкуру. Мол, это другая россия. Нет другой. И когда в прямом эфире "Первого канала" редактор этого же канала Мария Овсянникова появилась с антивоенным плакатом, наши верующие в "других россиян" увидели то, что хотели: вот она, настоящая героиня.

Эта личность много лет верой и правдой служила путинскому режиму, готовя и редактируя пропагандистские материалы об укрфашистах. То есть Овсянникова не менее безнравственна, чем Симоньян, Соловьев, Скабеева и им подобные. Просто она все это время оставалась за кадром. Могла ли Овсянникова провести свою акцию, искренне выступая против войны? А разве на том плакате было написано, что Россия убивает украинцев? Нет. Так почему наши граждане так обеспокоены этой Овсянниковой? Очевидно, ее перформанс был согласован с руководством, а посыл плаката - не россиянам, а для инфантильных либералов на Западе. Мол, не все на россии поддерживают войну. Подобные акции еще будут. Даже удивительно, что кремль не подключил интеллигенцию, чтобы та ныла перед европейцами о "великой русской культуре", которая теперь страдает из-за санкций.

Своя Овсянникова, но коллективная, есть и у нас. Сегодня сразу четверо депутатов из ОПЗЖ вышли из рядов фракции. Это харьковский мажоритарщик Александр Фельдман, который за свою политическую карьеру в каких только партиях и фракциях не был, так что для него менять партийные цвета - дело привычное, а также три списочника: Игорь Абрамович, Татьяна Плачкова и Вадим Столар. Из них широкой публике самый известный Столар. Киевский бизнесмен, экс-регионал, которого знают в качестве решалы. Благодаря этому своему качеству он пристраивался при каждой власти. Нынешняя не исключение.

Эти трое хорошо понимают, что сохранят мандаты. Их как списочников должны лишить депутатского статуса, решение об этом принимает партия на съезде. Хотели бы мы посмотреть на съезд ОПЗЖ в нынешней ситуации. С Виктором Медведчуком и Вадимом Рабиновичем в президиуме. То есть очевидно, что съезда не будет. Не будет и решения высшего руководства партии о лишении мандатов. Представляете, Юрий Бойко объявляет заявление: из-за того что три члена фракции вышли из ее рядов в знак несогласия с пророссийской политикой партии, прошу забрать у них мандаты. Проще говоря, Столар и близкие ему Абрамович с Плачковой прекрасно знали, что будут оставаться нардепами. Да еще получили возможность попиариться. Их "мы выходим из ОПЗЖ" сродни Овсянниковой с плакатом в эфире. Мол, не все в ОПЗЖ толерантны к оккупанту.

Так действуют, кстати, и попы РПЦвУ, известной также как УПЦ МП: Онуфрий в первые дни войны обозвал россиян Каином, в отдельных городах батюшки московского патриархата резко захотели самостоятельности от церкви Кирилла Гундяева. Видите, украинцы, мы же хорошие. Хорошие российские либералы, хорошие экс-регионалы, хорошие московские попы - это все лукавство. Они спасаются - первые хотят, чтобы их пускали на Запад, вторые боятся гнева человеческого, а третьи - ликвидации церкви как пособника оккупанта. Поэтому они не просто неискренни, они лживы в своих намерениях.

Пока война, у власти нет времени на запрет ОПЗЖ в судебном порядке. Впрочем, по законам военного времени, можно было и без суда. С одновременным лишением мандатов. Илью Киву лишили статуса голосами самих депутатов. Тщетно надеяться, что Юрий Бойко выйдет на трибуну парламента с раскаянием. Также не стоит надеяться на самороспуск этой партии и добровольное сложение ее нардепами своих мандатов. Но никто ОПЗЖ не будет запрещать, она остается в игре. Объяснение этому простое и циничное: без ее голосов в парламенте будет очень сложно получить поддержку компромиссных законов, если таковые появятся.