Укрнафта - это интрига. Недавно это вновь подтвердилось. 20 мая набсовет компании на финальной стадии остановил конкурс по отбору председателя правления и назначил Олега Геза, действующего и.о., полностью подконтрольного миноритарному акционеру - группе Приват. Назначение произошло благодаря одному голосу представителя от НАКа и 5 голосам «приватовцев». Глава набсовета Юрий Витренко и глава номинационного комитета набсовета Андрей Бойцун (независимый член от НАКа) высказали протест этому решению и потребовали завершить конкурс. НАК заявил, что считает конкурс непрозрачным и не считает нужным его продолжать. Укрнафта, менеджмент которой с 2003 года контролируется Приватом, в своем пресс-релизе объяснила решение изменением экономической ситуации и не исключила проведение нового конкурса в будущем. В результате компания осталась под контролем Игоря Коломойского, а попытка внедрить в ней цивилизованные корпоративные стандарты провалилась. Не в лучшем свете выглядит и сам НАК, остановивший международный конкурс.

В этих событиях было три главных персонажа - Игорь Коломойский, Андрей Коболев и Юрий Витренко. Между двумя менеджерами Нафтогаза разгорелся конфликт и это сыграло очевидную роль в событиях 20 мая.

Рассмотрим диспозицию и мотивы поведения каждой из сторон.

Приват: Здесь все предельно ясно. Коломойский контролирует Укрнафту 17 лет и ему нужен подконтрольный менеджмент. Сначала он просто платил взятки каждой новой власти, а в 2010 году улучил момент и между двумя турами президентских выборов заставил Юлию Тимошенко подписать акционерное соглашение, в котором миноритарные акционеры зацементировали за собой право назначать менеджмент.

В начале 2019 года куратор Укрнафты от Нафтогаза Ю.Витренко сообщил, что акционеры достигли компромисса: миноритарии отказываются от права предлагать председателя правления в обмен на внедрение института независимых членов набсовета и назначение обновленным набсоветом менеджмента компании. Для этого был объявлен кадровый конкурс, привлечен международный рекрутер, рассмотрено около 170 кандидатов, сформирован шот-лист из 11 кандидатов, приближался момент принятия решения. Но 20 мая иллюзии быстро развеялись: сначала приватовцы большинством голосов в номинационном комитете выносят на набсовет решение конкурс отменить и назначить Олега Геза, возглавляющего компанию на протяжении последнего года и показавшего полную лояльность Привату. Всеми своими пятью голосами в набсовете вместе с одним голосом НАКа решение принято набсоветом.

Почему Игорь Валерьевич решил прекратить эту игру? Он просто не может допустить чужака к штурвалу Укрнафты. Любой независимый СЕО неизбежно начнет задавать вопросы, ломать годами выстроенные схемы, работающие на Приват. Это как минимум. А как максимум, он будет вынужден уволить кучу «приватовского» народу, имеющих жесточайший конфликт интересов, а по следам некоторых из них пустить правоохранителей. Ведь у миллиардных долгов Укрнафты есть имена и фамилии. Поэтому когда на горизонте замаячило окончание конкурса, куда натянули народу со всего мира, пришло время закачивать эту игру. Для Привата с его репутацией никаких особых рисков нет, сохраняется ситуация, о которой и так все знают.

НАК: Все выглядело плохо. Конкурс заканчивался, на столе у акционеров вот-вот появится красивый список претендентов. Но пылающий конфликт Коболева с Витренко делал ситуацию патовой (в мае Витренко уведомили об увольнении). Если голосовать по уму, то придется выбирать независимого и профессионального, голоса у НАКа для этого есть. Но тогда Витренко рисует себе еще одну медаль, вешает ее рядом с орденом «За Стокгольм» и тем самым снова компрометирует решение Коболева о своем увольнении.

Параллельно Коболева начинают распинать на 1+1 и в телеграмм-каналах депутаты Коломойского. Если же голосовать за Геза или другого приватовского менеджера (а их в шот-листе было минимум двое), которые по определению не могут стоять в одном ряду с профи международного уровня (а таких было несколько, если верить Бойцуну), то выглядит это странно и тот же Витренко получает все основания говорить о сближении Коболева с олигархом. Выход придумали такой - конкурс отменить, а Геза оставить, мол, статус-кво. Главный юрист НАКа Ярослав Теклюк дал необходимый голос к пяти голосам приватовцев, чтобы принять решение.

Но, как говорится, нельзя взять и просто отменить конкурс. Надо как-то объяснить. Иначе выглядело бы как с Виктором Федоровичем в 2013 году, когда тот решил резко развернуться в вопросе ассоциацией с ЕС. И в НАКе не придумали ничего другого, как обвинить в непрозрачности сам конкурс и его устроителей. Официальные обвинения сводились к тому, что в финальный список были включены вне конкурса представители от обоих акционеров, а неофициально запущен месидж, что Витренко пропихивал своего кандидата, наделив его статусом кандидата от НАКа. Но получилось не очень. Все шло в плановом порядке, никаких резких и неожиданных вбросов не было. Но даже если у кого-то в НАКе были вопросы к конкурсу, их можно было бы озвучить раньше. Тем более, что от НАКа в номинационном комитете работает свой человек - Полина Загнитко (она воздержалась в скандальном голосовании за прекращение конкурса).

В итоге НАК нанес удар не только по своей, но и по деловой репутации страны в целом. Год морочили кадровикам всего мира мозги, дергали людей из разных компаний, обещали понятные правила, говорили, что мы теперь другие и Коломойский не такой и т.д., а в итоге все закончилось, как обычно. Судя по всему, НАК пошел на этот странный шаг по просьбе Привата. Иначе зачем эта спешка, если ничего не мешало довести конкурс до конца и назначить того же Геза. Да, это был бы выбор слабого кандидата, но можно было бы объяснить это изменением экономической ситуации и желанием сэкономить денег. Хоть какая-то логика процесса. В итоге - пока все плохо. Но есть информация, что в НАКе еще думают, как выйти из этой ситуации.

Витренко: Ему, на первый взгляд, было вообще нечего терять. При любом исходе, был бы он победителем системы или жертвой заговора олигархов с государственными топ-менеджерами, выглядело бы это неплохо. Но есть один нюанс: это провал реформы в Укрнафте.

Год Витренко говорил, что «перекодировал» Коломойского, создал независимый набсовет, как найдет профессионального СЕО. Он напрочь отказывался видеть игру Укрнафты в один ворота, Олега Геза называл независимым и равноудаленным и всячески уходил от признания очевидного - вывода Приватом колоссальных средств из компании в 2013-2015 годах. «Мы договаривались с миноритарными акционерами, что будем следовать принципам цивилизованного корпоративного управления. "Кидать" партнеров по бизнесу, в данном случае других акционеров Укрнафты, тех же миноритариев, которых представляет Коломойский, - я никогда такого не делал и не собираюсь», - говорил Витренко в интервью ЭП.

А Игорь Валерьевич интервью таких не давал и когда пришло время, поступил на свое усмотрение. И винить в этом Витренко может только себя. Привату даже не пришлось никого «кидать», формально он сыграл по правилам. Как выяснилось только теперь, любые кадровые назначения в Укрнафте невозможны без одобрения номинационного комитета. А большинство голосов в нем - за Приватом. Хороша реформа: миноритарии отказались от выдвижения своего СЕО, но полностью контролируют новый орган по его назначению. Смешно. Витренко говорит, что номинационный комитет можно переизбрать, но даст ли это сделать Приват? Вряд ли.

* * *

Когда писался этот материал стало известно, что Юрий Витренко отозван с должности главы набсовета Укрнафты, что было ожидаемым и логичным. Неожиданным, но тоже логичным стало назначение на его место Николая Гавриленко, главы Укртранснафты. Это, наверное, единственный человек в системе Нафтогаза, который давно и хорошо знаком с Приватом»= и его лидером. Достаточно сказать, что в 2009 году днепропетровские партнеры чуть было не осуществили рейдерский захват сети УТН-Восток, которую тогда возглавлял Гавриленко. Но это не помешало ему в 2016-2018 годах провести успешные переговоры с Приватом по возврату нефти, выкачанной из системы Укртранснафты в 2014-2015 годах. Параллельно удалось провести поэтапное повышение тарифов на прокачку нефти в Кременчуг, что поначалу вызвало резкий протест Коломойского.

Но случай с Укрнафтой особый. Здесь переплелись многомиллиардные долги, уголовные дела, истощенность месторождений и устоявшиеся схемы по реализации продукции крупнейшей нефтедобывающей компании страны. Сегодня это придаток вертикально-интегрированного бизнеса Игоря Коломойского и последние события дают четко понять, что терять его он не намерен.