Главные события за последние семь дней, произошедшие на территории оккупированных районов Донбасса.

Одной из ключевых новостей уходящей недели стало согласование на видеозаседании Трехсторонней контактной группы предстоящего обмена удерживаемыми лицами между Украиной и российскими оккупационными администрациями в ОРДЛО. Итак, поздно вечером 8 апреля пресс-служба Офиса президента Владимира Зеленского поведала о результатах видеоконференции ТКГ, где, помимо безрезультатных дискуссий на счет вопросов прекращения огня и новых участков разведения сил и средств, состоялось-таки достижение принципиальных договоренностей относительно списков для взаимного освобождения, а также даты обмена - не позднее Пасхи. Больше никаких подробностей сообщено не было, хотя оккупационные администрации и в Донецке, и в Луганске тут же отрапортовали об утвержденных обменных форматах: в первом случае - 10 на 8, а во втором - 11 на 8.

Позже министр по вопросам реинтеграции временно оккупированных территорий Алексей Резников на эфире одного из провластных телеканалов уточнил, что окончательно списки на обмен не сформированы до сих пор, так как ОБСЕ ждет от России подтверждения как даты обмена, так и количества и поименного перечня. При этом Резников добавил, что места для грядущей обсервации пленных украинцев уже готовы, где будущих освобожденных обеспечат всем необходимым, в том числе медицинской помощью и связью с родственниками. Тем самым министр в целом излучал по этому поводу оптимизм.

А вот уже несколько месяцев как освобожденный из застенков оккупантов журналист Станислав Асеев в общении с другим, но непровластным телеканалом был не так оптимистичен, скорее наоборот. "Это больше политическая акция, чем какая-то качественная. Ибо ни одного человека из этих списков, которые сейчас в сети продемонстрировали боевики, я не знаю. Там нет тех фамилий, которые я передал президенту, а я передал 81 человека", - рассказал Асеев. Таким образом, после анонса предпасхального обмена фактически возникло больше вопросов, чем ответов.

Заразная паспортизация

Тем временем нынешняя жизнь в оккупации все больше концентрируется вокруг одной главной проблемы, являющейся, по сути, вопросом выживания. Речь, конечно же, идет о серьезном распространении в ОРДЛО коронавируса, что уже не способны скрыть "власти" оккупированных районов Донетчины и Луганщины. Например, по официальным данным "минздрава ДНР" на вечер 10 апреля в этой квазиреспублике зарегистрировано 18 случаев заражения коронавирусной инфекцией. При этом с подозрением на Covid-19 в больницах ОРДО уже находятся более 200 пациентов, а всего на домашней самоизоляции - свыше 15 тыс. человек. И почти все они - люди, которые вернулись из России, а также их близкий круг уже на месте.

То есть вполне понятно даже из этой обнародованной статистики (а она, понятное дело, занижена до предела), что на сегодняшний момент началось масштабное внутреннее инфицирование живущих на территориях Донбасса, захваченных РФ, причем сам вирус был запущен именно из страны-агрессора. Более того, важнейшим актуальным фактором заражения региона Covid-19 стала непрекращающаяся российская паспортизация местного населения, с которой постоянно подгоняли прямиком из Москвы.

Так вот, по данным украинской разведки, с начала апреля специальными автобусными рейсами из ОРДЛО в пункты оформления паспортов России, находящиеся в российской Ростовской области, были перевезены туда и обратно более 2 тыс. человек. А что это реально означает, рассмотрим на одном конкретном примере. Недавно в тяжелом состоянии был госпитализирован житель Луганска некий Мусиенко, у которого подтвердили коронавирус как раз после групповой поездки в Гуково Ростовской области для получения уже оформленного российского паспорта. Так что очень многие, с кем Мусиенко был в "паспортном туре" и общался после оного, скорее всего, уже заражены коронавирусом.

Осознав всю катастрофичность ситуации, оккупационные администрации и в ОРДО, и в ОРЛО в спешном порядке приостановили с 13 апреля пропуск жаждущих гражданства РФ местных жителей через неконтролируемые Украиной участки украинско-российской границы. Но, видимо, данное решение уже не спасет плачевное положение с глобальной пандемией коронавирусной инфекции в оккупации.

Закрытие городов

Также на минувшей неделе в связи с угрозой распространения коронавируса "чрезвычайная санитарно-противоэпидемическая комиссия ЛНР" ввела ограничение на передвижение жителей и транспорта в Хрустальном (бывшем Красном Луче) и Антраците, а на въездах в эти оккупированные города даже были установлены специальные блокпосты. Причиной же такого их закрытия на тотальную самоизоляцию стало банальное возвращение с заработков всего двоих жителей Антрацита, подхвативших на московских стройках Covid-19.

Но пока оба не почувствовали недомогание, они активно передвигались не только по всем скоплениям народа в родном городе, но и посещали соседний Хрустальный, разнося коронавирус и там. А параллельно жена одного из этих злополучных гастарбайтеров (ее коронавирусное инфицирование уже также официально подтверждено), являющаяся воспитательницей антрацитовского детского садика "Солнышко", все это время ходила на работу. Так что теперь в изоляторе инфекционного отделения местной больницы находятся и дети с ее группы, и другие воспитательницы, кто непосредственно с ней контактировал. Остальные - на домашней самоизоляции, как в принципе и весь город.

К тому же вместе с полицаями "МВД ЛНР" к охране блокпостов на въезды в Антрацит и Хрустальный привлечены так называемые "казачьи дружины", которые также проверяют "соблюдение карантинного режима" и на городских улицах (только на одной смене - до 30 "казаков"). Кстати, такая практика не ограничивается лишь Антрацитом и Хрустальным. Так, с вечера 10 апреля она распространена и на соседний Должанск (бывший Свердловск), а в полдень 11 апреля "казачьи дружины" стали "усиленно патрулировать" и оккупированный Алчевск, кошмаря местных жителей сумасшедшими штрафами за "нарушение санитарно-эпидемиологических правил".