На фоне карантинных мероприятий, вызванных попытками противостоять распространению коронавируса Covid-19, ситуация на фронте несколько стабилизировалось.

Значительно снизилось количество обстрелов со стороны оккупационных корпусов, хотя они и не прекратились полностью.

Так, например, по официальным данным пресс-центра ООС за 16 марта противник 7 раз нарушил режим прекращения огня. Причем отдельно отмечается, что использовались минометы калибра 82 мм, а также с противотанковый ракетный комплекс, гранатометы различных систем, крупнокалиберные пулеметы и стрелковое оружие.

Из информационного поля практически полностью исчезло упоминание о калибрах больше 100 мм, хотя местные жители продолжают сообщать о применении боевиками минометов калибра 120 мм и артиллерии калибра 122 мм.

Что касается географии обстрелов, то она остается практически неизменной - Пески, Красногоровка, приморское направление, Новоташковское, "Золотое-4". Хотя в последние дни добавились и сообщения об обстрелах на Докучаевском направлении - тут фигурирует и Березовое, и Славное.

Стоит отметить и продолжение "войны ПТУРов". После того, как буквально за пару дней ВСУ потеряло сразу три грузовика снабжения и погибли наши воины, стоило ожидать ответных действий, тем более что на фронте уже достаточное количество отечественных ПТРК "Стугна-П", "Корсар" и подготовленных расчетов.

Поэтому нет ничего удивительного в том, что 16 марта в районе Саханки (это Новоазовский район, приморское направление) выстрелом ПТРК "Стугна" был поражен "Урал", который осуществлял подвозку воды к передовым позициям "9-го отдельного полка морской пехоты ДНР". Как результат пуска с расстояния примерно в 3500 м - один боевик погиб, второй тяжело ранен (по неподтвержденным данным - впоследствии умер в больнице).

Попытки донецких пропагандистов представить этот случай как "охоту бойцов ВСУ на автомобиль, оказывающий в соответствии с графиком плановую помощь в обеспечении водой мирных жителей Саханки" оказались провальными. Правда, сначала даже заявили о контуженном местном жителе, но впоследствии эту информацию, что называется "скомкали". Как видится, если бы реально в этом случае пострадал местный житель, то интервью с ним с рассказом о "коварных украх" мы бы увидели по всем телеканалам, подконтрольным оккупационным властям. А так - полная тишина.

В тоже время говорить о том, что карантин совсем не повлиял на боеготовность армии, я бы не стал. Например, Командующий Сухопутных войск Вооруженных сил Украины генерал-лейтенант Александр Сырский принял решение о переносе в стране старта весеннего призыва на срочную службу.

Это в свою очередь может крайне негативно сказать на сроках ротации наших частей на "нуле" - ведь не секрет, что укомплектованность наших частей в целом недостаточная и более или менее приемлемый процент поддерживается за счет прикомандирования военнослужащих тыловых частей, которых в свою очередь заменяют "срочники".

Кроме того, есть и еще как минимум одна проблема. По заявлению заместителя министра обороны Ивана Руснака часть частных компаний, которые предоставляют услуги питания военнослужащим, в связи с карантином отказываются принимать участие в тендерах. В этой связи очень скоро могут возникнуть проблемы с бесперебойным питанием военнослужащих ВСУ. Понятно, что вопрос каким-то образом решится, но тут стоит задуматься о каком-то гибридном "советско-НАТОвском" варианте - именно в прицеле на вот такие форс-мажорные обстоятельства. Имеется в виду, что в частях все-таки стоит иметь "вариант Б" - как-то приготовление пищи силами военнослужащих как это было в советской армии.

В целом же на армии, как и на обществе в целом, карантин отразиться крайне негативно - как в краткосрочной, так и среднесрочной перспективе. Ныне уже отменены все зарубежные поездки военнослужащих - а значит, например, о быстрой подготовке экипажей для американских патрульных "Айлендов", которые якобы планируют передавать в ближайшее время. А значит срок их получения будет отодвигаться - и как бы не вылилось во все те же 2,5 года, как и с первыми двумя.

Думается, о международных учениях на территории Украины в обозримом будущем - по крайней мере до появления эффективной вакцины против вируса - стоит забыть.

Ничего не говорится в официальных источниках, но по всей видимости, уже покинули нашу территорию все зарубежные советники. Если это соответствует действительности и уехали советники уровня Генерального штаба и Министерства обороны Украины, то это ощутимый удар по обороноспособности.

Ведь буквально на днях произойдет, согласно стандартам НАТО, разделение функций Генерального штаба как одна из последних реформ бывшего начальника Генштаба генерала Муженко и ушедшего политического руководства страны. А на фоне нового-старого министра обороны и амбиций нынешнего начальника Генштаба без советов и деятельного участия иностранцев это может вылиться если не в очередную катастрофу и уж точно крайне негативно скажется на всей вертикали управлении войсками. Что в условиях продолжающейся войны как-бы не очень хорошо.

Кроме того, хотелось бы надеяться, что эпидемия если коснется армии и частей на фронте, то минимально, так как достаточного количества средств индивидуальной защиты в виде респираторов в строевых подразделениях просто нет. Хотя подготовка и оснащение военно-медицинских учреждений и готовность персонала действовать в условиях цейтнота несколько повыше, чем у их гражданских коллег.

Интересно отметить, что тему короновируса в ВСУ очень активно используют с целью дискредитации как командования ВСУ, так и страны в целом пропагандисты с оккупированных территориях. Практически каждый день их СМИ пестрят сообщениями о якобы выявленных случаях заболевания в армейских рядах. Например, 14 марта они написали о целой бригаде, которую якобы отправили на карантин. На следующий день им этого показалось мало, и они добавили еще немного придуманных больных. И так буквально каждый день.

Интересно, что таким образом они пытаются прикрыть массовые случаи заболевания ветряной оспой среди "военнослужащих" оккупационных корпусов. Вполне может оказаться, что и короновируса, который ныне на оккупированных территориях, как и в России, диагностируют как пневмонию. А в условиях развала медицинской инфраструктуры сложно даже представить масштабы проблемы.