Обострения на фронте в последнее время не просто участились, но и приобрели системный характер с четко выраженной логикой и прогнозируемыми последствиями.

В течение последнего времени на Донбассе боевики "Л-ДНР" трижды прицельно обстреляли из противотанковых управляемых ракетных комплексов технику украинских Объединенных сил, чего в таком количестве за единицу времени не наблюдалось ранее.

Чтобы прояснить ситуацию, журналисты Depo.ua, на условиях анонимности, пообщались с одним из аналитиков Министерства обороны Украины. По итогам разговора мы пришли к следующим выводам.

Что происходит

Начиная с декабря, тактика боевиков "Л-ДНР" заметно изменилась в сторону усиления психологического давления на украинские подразделения, находящиеся на "нулевой линии". По крайней мере, на это указывает ряд факторов.

Сначала, в декабре 2019 года, заметно активизировалась работа снайперских групп боевиков. А снайперы, как известно, это очень специфический военный контингент, который требует определенных умений и навыков, а также длительного обучения - поэтому обычных шахтеров в снайперы не берут, их в основном привозят из России из числа кадровых военных.

Затем, в январе 2020 года, было зафиксировано много подрывов личного состава на противопехотных минах. Причем, саперы божатся, что накануне проверяли участки, на которых происходили подрывы. То есть, боевики целенаправленно изучали маршруты передвижения ВСУ и после разминирования территории нашими саперами, повторно точечно ставили мины там, где вероятность подрыва на них была самой высокой.

И в феврале-марте, с интервалом в среднем, в неделю произошли упомянутые в начале материала три прицельных обстрела нашей техники из противотанковых управляемых ракет и другого вооружения. В том числе санитарного автомобиля, что вообще противоречит всем принципам ведения войны.

Не секрет, что работа снайперов и минеров была направлена непосредственно против личного состава ВСУ, тогда как противотанковые ракеты уже были направлены против украинской техники и военнослужащих, которые в ней находятся.

Впереди нас ожидает сезон "зеленки", что на передовой означает активизацию диверсионно-разведывательных групп (ДРГ). Поэтому описанная выше тактика россиян, (а руководят этим кадровые российские офицеры, в этом можно не сомневаться) имеет цель нагнать страх на украинские подразделения, чтобы они боялись выходить из блиндажей и выполнять боевые задачи (патрулирование, сопровождение и т. д).

А учитывая то, что военнослужащие в настоящее время в зоне ООС не столь мотивированы, как это было еще несколько лет назад, и психологически неустойчивы, все это вполне может сработать. Ведь когда человек знает, что он все время или под прицелом снайпера, или может нарваться на мину, или не спрячется даже в бронетехнике, он будет отказываться выполнять боевые задачи. И это будет большой проблемой для командиров.

Боевикам же нужно, чтобы Объединенные силы потеряли контроль над линией разграничения. Это позволит им свободнее делать вылазки в тыл украинских позиций и еще больше "кошмарить" как украинские опорники, так и местное население вблизи линии разграничения.

Кстати, такую тактику использовали чеченцы в Первой чеченской войне против русских. Тогда она привела к тому, что личный состав ВС РФ боялся и отказывался выходить из укрытий и исполнять свои обязанности.

Какие последствия это может иметь

Все это делается для того, чтобы, во-первых, показать местному населению, что ВСУ не в состоянии их защитить. Во-вторых, это приводит к реальным потерям Объединенных сил в живой силе. Ну и в-третьих, вражеские ДРГ, которые смогут более-менее свободно проникать через линию разграничения, могут иметь самые разные задачи: от уничтожения наших опорников и техники вместе с живой силой, до захвата этих опорников и передвижения линии фронта на запад. Не исключены также задачи по созданию агентурной сети в тылу наших войск.

А что у нас? А у нас, по приказу высшего военного руководства, украинским бойцам на передовой запрещено применять большой калибр минометов, артиллерию и другое серьезное оружие. Плюс вот это психологическое давление. То есть, мы сами (наше военное руководство), сознательно или бессознательно подыгрываем боевикам в этой их миссии.

Все это накладывается на проблему некомплекта в ВСУ, который сейчас местами достигает 40%. Да и сейчас среди личного состава контрактников преобладают молодые "гастарбайтеры", которые не смогли себя найти в гражданской жизни и пошли служить на контракт, "потому что сейчас перемирие" и старшие военнослужащие, которые дослужують последние годы до пенсии. А опытные бойцы в расцвете сил (28-37 лет), которые прошли войну 2014-2015 годов и имеют реальный боевой опыт, к сожалению, уходят из армии.

Что делать

Но даже при такой ситуации противодействовать подобной тактике боевиков можно. Прежде всего, должны работать аналитические группы. Причем, именно работать, а не только числиться в штате. В частности, отрабатывать контрмеры. Хотя бы те же force protection (комплекс превентивных мер, предпринимаемых для уменьшения враждебных действий) по стандартам НАТО, которые мы активно стараемся внедрять последние годы.

Но три транспортных средства за короткое время, подбитые противотанковыми ракетами, красноречиво свидетельствуют о том, что эти аналитические группы или не справляются, или что-то (или кто?) мешает им справляться. Ведь уже после второго случая должен измениться алгоритм поведения в плане изменения тактики, изменения маршрутов передвижения, определения опасных районов, полос и тому подобное. А этого пока не видно. Более того - ситуация продолжает нагнетаться.

Затем нужно стимулировать тех опытных бойцов среднего возраста, которые имеют боевой опыт, и оставаться, если уже пошли, возвращаться в Вооруженные силы.

Ну и наконец, нужно признать, что тактика Зеленского "надо просто перестать стрелять" себя не оправдала и отказаться от нее. Ведь в течение последних лет так называемой "окопной войны" во времена Порошенко украинские бойцы сами осуществляли негласные превентивные вылазки в тыл врага, кошмаря боевиков на подконтрольной им территории, уничтожая или захватывая вражеские опорники и тем самым не давая им возможности для собственных активных действий.

Однако, последние полгода подобные вылазки украинским бойцам запретили, что позволяет боевикам не только свободно дышать на своих позициях, но и готовить и совершать рейды на украинские позиции. Как следствие - в условиях "мирной" тактики Зеленского потери ВСУ большие, чем были при "агрессивной" тактики Порошенко. Парадокс? К сожалению, нет. Вполне логичная закономерность, которая наглядно демонстрирует непонимание верховным главнокомандующим причинно-следственной связи на войне.

Да и за примерами эффективного противодействия врагу ходить далеко не надо. Израиль всю историю существует в подобных условиях и отбивает у палестинских боевиков охоту обстреливать свою территорию, отвечая десятью убитыми палестинцами на одного убитого израильтянина. Да и Турция во время недавнего обострения в Сирии наглядно продемонстрировала, как надо отвечать на агрессию против своих солдат.

Но, как мы уже писали, в украинских властных кабинетах, похоже, ситуацию продолжают видеть по-своему. В частности, советник секретаря СНБО Сергей Сивохо в день самых больших потерь назвал войну на Донбассе "внутренним конфликтом" и анонсировал презентацию Национальной платформы примирения.

Так и живем - теша себя иллюзиями мира, в то время как по приказу агрессора с "желанием мира в глазах" продолжают убивать наших защитников.