В принятом Радой сегодня Законе о реформе ГПУ полномочия генпрокурора заметно расширяются, в то время как сама Генпрокуратура вообще ликвидируется как структура. Вместо нее будет создан Офис генпрокурора.

Региональные отделения прокуратуры будут переименованы в офисы региональных прокуроров, а местные - в окружные прокуратуры. Дело здесь не только в изменении "фасада", как может показаться на первый взгляд, а в излюбленном украинской властью способе избавления от ненужных людей, переименовывая различные структуры под видом реформирования.

Самый яркий пример - превращение управлений в министерствах и агентствах в департаменты, которые с приходом нужного человека в руководство снова становились управлениями. При этом реорганизация касается всех работников подразделения, которых увольняют, а затем набирают в "новую" структуру. Именно таким путем власть пойдет и при грядущей реформе Генпрокуратуры.

Но только для кадровых чисток менять устоявшееся название, разумеется, не нужно. Замена ГПУ на Офис генпрокурора превращает, как минимум в сознании граждан, правоохранительный орган в канцелярию по обслуживанию работы генпрокурора. О чем, собственно, в своих выводах заявили и в Главном научно-экспертном управлении ВРУ.

Первый вывод касался предложения о переименовании Генеральной прокуратуры Украины в Офис генерального прокурора, которое, по мнению экспертов, юридически необоснованно.

Как считают эксперты, термин "офис" не имеет ничего общего со сферой правосудия и системой государственных органов в Украине. А согласно Конституции прокуратура в Украине действует как единая система, осуществляющая свои правоохранительные функции. Хотя данную систему и возглавляет генеральный прокурор, однако нельзя поставить знак равенства между генпрокурором и прокуратурой в целом. Однако, если для обозначения высшего органа в системе прокуратуры Украины использовать термин "Офис генерального прокурора", создается впечатление, что все другие структурные подразделения и руководители этого органа имеют лишь функции по обеспечению деятельности генпрокурора.

При этом полномочия самого генпрокурора планируют заметно расширить, в частности, в вопросах подбора кадров в новую структуру и контроля за ними. Для этого законопроект предполагает приостановить полномочия Квалификационно-дисциплинарной комиссии и Совета прокуроров, созданных по требованиям международных экспертов. Эти подразделения занимаются всеми кадровыми вопросами, которыми раньше ведали руководители областных и Генеральной прокуратур, кроме того, они привлекают прокуроров к дисциплинарной ответственности.

То есть существующая система отбора кадров ликвидируется, а функции КДК и Совета прокуроров берут на себя кадровые комиссии, которыми в ручном режиме будет руководить генпрокурор. Примечательно, что квалификационный экзамен "слуги" хотят отменить, как и спецподготовку новых прокуроров в Академии прокуратуры, которую превращают в Тренинговый центр. Новый генпрокурор, конечно, обещает, что после реформы будет возвращение к практике применения дисциплинарной комиссии и прокурорского совета, но когда это будет - неизвестно.

Но кадрами дополнительные полномочия генпрокурора не ограничиваются. В сфере его компетенции среди прочего теперь будут и такие вопросы, как стратегия развития прокуратуры; территориальная юрисдикция, реорганизация и ликвидация областных и окружных прокуратур, определение их структуры и штатов; создание специализированных прокуратур на правах структурного подразделения Офиса генпрокурора, на правах подразделения областных прокуратур, на правах подразделения окружных прокуратур; утверждение порядка измерения и регулирования нагрузки на прокуроров; утверждение системы оценки качества работы прокуроров и др.

Кроме того, в рамках реформирования ГПУ намечена всеобщая переаттестация сотрудников, прописанная в переходных положениях в законе, что можно использовать для серьезной чистки прокуратуры на всех ее уровнях от самых высоких до самых низких.

При этом общая численность работников системы прокуратуры будет сокращена сразу на треть - с 15 до 10 тыс. человек. Сейчас, исходя из количества зарегистрированных производств, нагрузка на одного прокурора лишь в местных прокуратурах Киева достигает порядка 600 производств в год, что немало. А после запланированного сокращения эта нагрузка вырастет соответственно еще на треть.

Среди других важных реформ стоит отметить ликвидацию как таковой Военной прокуратуры, что, помимо прочего, ударит и по госбюджету. По мнению специалистов Министерства финансов, 680 военных прокуроров, даже оставаясь на работе в прокуратуре, должны быть уволены с военной службы, имея право на компенсационные выплаты до 700 млн грн, которые, кстати, не заложены в бюджет этого года. А если учесть еще и другие нюансы, очевидно, что реформа прокуратуры обойдется государству в копеечку. В какую именно, пока неизвестно. Ведь, по словам представительницы Минфина на финальном заседании правоохранительного комитета по обсуждению проекта этого закона, никаких расчетов бюджетных средств, необходимых для внедрения этой реформы, Генпрокуратура пока не предоставила.

В то же время Рябошапка считает необходимым оставить определенный рудимент Военной прокуратуры - подразделение, которое осуществляло процессуальное руководство в преступлениях против порядка несения военной службы. Но полномочия этой структуры будут ограничиваться географически - зоной проведения операции Объединенных сил на востоке Украины.

Также после внедрения реформы ГПУ окончательно утратит функцию следствия, и в ГБР будут переданы те резонансные дела, которые все еще расследуются Генпрокуратурой. В первую очередь речь идет о "делах Майдана".

В целом после внедрения реформы в жизнь генеральный прокурор станет куда более важной политической фигурой в стране, чем это было в последние пять лет. По сути, руководитель Офиса генпрокурора будет иметь возможность в ручном режиме руководить всей прокуратурой (ведь установленные ранее предохранители, ограничивавшие власть генпрокурора, "приостановлены" на неопределенное время), что, соответственно, приведет к увеличению влияния генпрокурора и на поднадзорные силовые органы. Относительно независимым и дальше останется специальный антикоррупционный прокурор, но новые полномочия генпрокурора создавать и ликвидировать специализированные прокуратуры теоретически можно будет использовать и против него. Например, создав некую специализированную структуру по надзору за САП. В нынешнем Офисе президента, как известно, хватает людей, способных на тонкие юридические игры.

Таким образом, политический вес нынешнего генпрокурора Руслана Рябошапки заметно вырастет, но далеко не факт, что реформа, которую он продвигает, делается именно под него. Вполне может быть, что через несколько месяцев обновленная должность генпрокурора будет передана новому человеку. Во-первых, не нужно забывать, что Рябошапка профессиональный чиновник и в команде Зеленского появился непосредственно перед выборами. То есть к числу старых проверенных друзей вроде Богдана или братьев Шефиров он не принадлежит. Более надежным для Зеленского выглядит передать возросшие полномочия генпрокурора более доверенному лицу. Во-вторых, далеко не факт, что борьба с коррупцией, которой в первую очередь ждут избиратели Зеленского от генпрокурора, будет достаточно успешной. Вполне возможно, что через несколько месяцев Зеленскому понадобится громоотвод и им вполне может стать генпрокурор Рябошапка. А при наличии послушного монобольшинства в Раде замена генпрокурора станет для Зеленского делом техники.