В случае получения показаний экс-командира "ПВО Снежного" относительно трагедии с "Боингом", следствие сможет подвести черту под сомнениями о причастности россиян. Но в случае, если показаний не будет, а еще хуже - если с Цемахом что-то случится в следственном изоляторе, это обернется дипломатической катастрофой для Украины.

Слухи о том, что украинские Силы специальных операций в оккупированном городе Снежное Донецкой области захватили и вывезли на подконтрольную Украине территорию бывшего командира ПВО в этом городе Владимира Цемаха, появились еще 1 июля. Их распространял российский журналист Роман Манекин, который тесно сотрудничает с сепаратистами из ОРДЛО. Но активно эта новость вошла в информационный оборот только вчера - после того, как киевский адвокат задержанного, Роман Гонтарев, начал активно и откровенно общаться со СМИ.

Вся эта история вызывает целый ряд закономерных вопросов. Первый из них - зачем? Зачем бойцы ССО, явно рискуя собственной жизнью, похищали конкретно взятого сепаратиста из Снежного, которое находится в 20 км от границы с Россией, и 50 километрах от линии фронта, и тянули его то ли через линию разграничения, то ли через один из вражеских КПП? Ответ на него есть - по крайней мере, частичный.

Владимир Цемах руководил ПВО в Снежном в 2014 году, и может что-то знать о факте сбития малазийского Боинга в июле того года. При том, скорее всего, именно "знать" а не "быть причастным" - потому что по свидетельствам как дочери Цемаха, так и многочисленных источников из среды сепаратистов, должность командующего ПВО Снежного Цемах занял только в октябре. На момент запуска роковой ракеты, по данным "Миротворца", которые совпадают с показаниями знакомых Цемаха из ОРДЛО, он руководил подразделением ЗУ-23. Которые, конечно, тоже являются зенитками - но с дальностью действия в 2.5 километра, и к атаке на "Боинг" причастны быть не могут вообще. Поэтому, скорее всего, в деле о "Боинге" Цемах будет именно свидетелем - так как офицер ПВО он вполне мог заметить и запомнить перемещения и действия российских зенитных ракет и персонала. И стимулы сотрудничать с украинским следствием у Цемаха, конечно, есть. Поскольку в последнее время российская пропаганда - не без видимого успеха - вновь начинает распространение тезиса про "это не мы сбили "Боинг". И не без определенного успеха - достаточно вспомнить довольно странные заявления о "бездоказательности обвинений России" со стороны малазийского премьер-министра Махатхира Мохамада, которые прозвучали в конце мая и в начале июня. А такая тактика роспропагандистов вполне может сопровождаться "зачисткой" всех реальных свидетелей трагедии, которые прямо причастны к совершению преступления. Ну и другим, ничуть не меньшим стимулом для Цемаха может быть и тот факт, что обвинение по части 1 статьи 258-3 Уголовного кодекса Украины - "Создание террористической группы или террористической организации" - которое было ему предъявлено после задержания, вполне может быть снятым в случае сотрудничества со следствием в других вопросах. И в случае, если офицер "ополченцев" даст достаточно пространные показания о действиях российских военных, под сомнениями об их участии в трагедии можно будет подвести черту.

Но есть во всей этой истории и свои опасности. Первая, и наиболее очевидная - это внезапная насильственная гибель Цемаха в киевском СИЗО. После которой российская пропаганда будет ретранслировать сообщения про "ополченца, похищенного укронацистами, и замученного в киевских застенках". И если украинские специальные службы сумели вывезти невредимого Цемаха с территории сепаратистов, то гарантии, что российские спецслужбы не смогут подстрелить Цемаха в Киеве где-то между СИЗО и судом (что значительно проще, чем вывезти человека и провезти его через линию фронта) - нет никакой. Поэтому охрана Цемаха, очевидно, должна быть гораздо существенней, нежели президентская.

А другая опасность - это вероятность того, что Цемах даст показания, которые затем российской стороне удастся эффектно опровергнуть. Хотя здесь украинская сторона уже сможет защищаться хотя бы тем, что боевик сознательно дал сфальсифицированные показания в важном деле просто для того, чтобы избежать наказания по главному обвинению - в участии в террористических группировках.

Чем завершится гамбит с "командиром ПВО" - покажет ближайший месяц. Но способность украинских сил специальных операций осуществлять эти операции, конечно, не может не радовать.