На начало весны ситуация на линии соприкосновения кардинальным образом изменилась. Наша группировка, получив гласную и негласную отмашку на активное противодействие угрозам со стороны "гибридов", показала возросший уровень и подготовки и вооружения.

И основной показатель успешности - это не только в появлении многих фото и видео боевой работы. Причем стоит отметить, что такие кадры были и раньше, однако только сейчас их стали выкладывать в открытый доступ и очень быстро они стали частью информационной войны. Но и резко возросших потерях боевиков.

Хотя в условиях почти полного информационного вакуума о конкретных цифрах говорить достаточно сложно. Так, небезызвестный офицер ВСУ Анатолий Штефан (более известный по своему нику в Сети - Штирлиц) оценивает потери противника за май в 65 человек (причем небоевые потери из них 9) и еще 101 человек получил ранения разной степени тяжести.

Сложно говорить об источнике таких сведений, так как, например, даже официальные цифры от пресс-службы штаба проведения ООС (а практически в каждой дневной сводке есть пункт "потери противника") говорят о несколько меньших цифрах - причем без учета небоевых потерь (которые вообще очень сложно отследить).

Есть и еще одна альтернативная подборка (пофамильная) от независимых наблюдателей в социальных сетях. Там потери боевиков за март оценивается в 23 человека (по всем причинам). Однако и эта цифра не может быть окончательной, так как список формируется из сообщений в соцсетях, которые априори неполные. И да - список постоянно дополняется и через пару месяцев может оказаться в разы больше - такое было не раз.

В любом случае на фоне восьми погибших от ВСУ за аналогичный период такие потери "гибридов" выглядят если не катастрофическими, то, по крайней мере, довольно существенными.

А учитывая довольно небольшой мобилизационный потенциал изначально контрактной "армии", это довольно чувствительные потери. К тому же такая тенденция - к постоянному увеличению погибших и раненных - наблюдается уже не первый месяц. И по некоторым снова-таки непроверенным данным, приводит к острейшей нехватке личного состава даже на первой линии обороны.

Причем это признают даже на форумах и страничках в социальных сетях из оккупированных территорий. Характерен рассказ про удачный налет на один из наблюдательных пунктов противника группой спецназа. Из интересных моментов можно отметить, что вместо "положенных" семи человек на позиции было только двое. Очень быстро один из боевиков из так называемого "Призрака" попал в плен ("вышел во двор, достать угля. В тапочках, без оружия...), а второй заперся в доме (судя по всему, речь идет об одном из многочисленных хуторов) и таким образом спасся.

Причины увеличения количества потерь противника налицо. Прежде всего начинает сказываться процесс модернизации и перевооружения армии. Во всех частях на первой линии уже цифровая связь, созданы противотанковые группы с новейшими противотанковыми комплексами отечественного производства.

Кроме того, значительно выросла эффективность контрбатарейной борьбы. Наши артиллеристы хотя и стреляют не часто и исключительно в ответ, но точно (что стали отмечать даже боевики). Этому способствует, во-первых, насыщенность беспилотной авиацией, во-вторых, наличие целой сети противоминометных и контрбатарейных радиолокационных станций как американского, так и отечественного производства.

В контрснайперской войне понемногу преимущество переходит к нашей стороне. Сказывается организация специальных снайперских школ, получение нового оружия как отечественного, так и западного производства. Причем ныне снайперы не только прерогатива войск специального назначения, но есть и штатные в линейных мотопехотных бригадах.

В целом можно говорить, что соотношение потерь, которое явно на нашей стороне, играет на руку только Украине как государству. Ведь человеческий потенциал целого государства всегда в разы больше, чем его части. А набор в "армию" на оккупированных территориях уже огромная проблема. Те зарплаты, которые там платят, не поднимались с 2014 г., а цены и стоимость жизни неизбежно растет. Поэтому даже на фоне закрытия многих промышленных предприятий "военная служба" теряет свою привлекательность.

А когда практически каждый день есть убитые и раненные (даже на разных участках фронта, но все равно все всё знают - территория-то очень небольшая), то желания служить убавляется в разы. Условный бывший шахтер или тракторист начинает понимать, что лучше получать меньше где-нить в Воронеже, чем погибнуть от прилета мины или выстрела снайпера. И отток идет, какие масштабы непонятно, но очевидно, что немаленькие.

Очевидно, что и у нашей группировки на Донбассе проблемы примерно такие же. Но они решаются в последнее время кардинально. Так, армейцев стали активно "подпирать" сводными группами Национальной Гвардии - наиболее раскрученный медийно - это полк "Азов", но на фронте есть и другие. Есть и другие факторы - например, очередное увеличение "боевых" выплат.

В целом же можно говорить о том, что в чисто военном аспекте противостояния наша армия стала занимать гораздо более, если можно так сказать, "агрессивную" позицию. Теперь на каждый обстрел "с той стороны" мы отвечаем. И как показывают факты, отвечаем достаточно эффективно.