Вполне очевидно, что провокация 25 ноября в Керченском проливе, которую россияне готовили достаточно долго, не удалась.

Украинские военные моряки не ответили насилием на насилие и этим сорвали план по дискредитации нашего государства. А россияне предстали перед всем цивилизованным миром как пираты, захватывающие военные суда суверенного государства в нейтральных водах.

Однако, не получив реально отпора от западного мира, российское военно-политическое руководство продолжает политику создания провокаций с перспективой разворачивания полномасштабной военной кампании против Украины.

Очередным casus belli может оказаться организация провокации (желательно с человеческими жертвами) в непризнанном Приднестровье. Тут расквартирована так называемая "Оперативная группа российских войск в Приднестровском регионе Республики Молдова", также не секрет, что именно российские войска составляют основу миротворческого контингента в этой непризнанной республике.

Точной информации о численности этой группировки в открытых источниках нет, но, по оценочным данным, можно говорить о порядка 10-15 тысячах кадровых военных (российский контингент и "приднестровская армия"). Сюда стоит прибавить более 70 тысяч местных резервистов, которых два раза в год призывают на учения. Таким образом, группировка россиян в Приднестровье может насчитывать около 80 тыс. человек. Однако серьезным минусом является отсутствие возможности напрямую снабжать этот контингент, а также проводить ротации - это возможно только через территорию Молдовы или Украины. До 2014 г. снабжение происходило по железной дороге через территорию Украины согласно имевшимся межправительственным соглашениям. После аннексии Крыма были попытки снабжать группировку воздушным путем через Молдову - однако получилось только организовать переброску личного состава (и то исключительно как гражданских лиц чартерами через Кишинев).

Само Приднестровье, возникшее в 1992 г. в результате прямого российского вторжения, является непризнанным государством и конфликт тут уже 26 лет остается "замороженным". Основная форма общения руководства Тирасполя и Кишинева - переговоры на уровне формата "1+1" и "5+2" (Молдова и Приднестровье - стороны конфликта; Россия, Украина, ОБСЕ - посредники; плюс Евросоюз и США - наблюдатели).

С военной точки зрения схема "нападения на миротворцев" в российской доктрине гибридной войны является отработанной - именно так был в августе 2008 г. была развязана война против Грузии.

И это при том, что реально наступательные возможности группировки в Приднестровье весьма ограниченны - нет адекватных средств наступления типа "танкового кулака" или большого количества артиллерии (хотя снарядов и патронов от расформированной советской 14-й армии хватает). В тоже время, если это будут скоординированные действия с ударом российской группировки из Крыма, то для наших армейцев здесь могут возникнуть серьезные проблемы (ведь воевать придется фактически на два фронта).

Стоит отметить, что сам театр боевых действий вообще не располагает к ведению войны как таковой (а особенно оборонительной). Ведь фактически Приднестровье - это узкая полоса земли длиной в 200 км вдоль Днестра, зажатая между Украиной и Молдовой. И в этих условиях даже полевой артиллерией ВСУ (не говоря о реактивной) она может простреливаться вдоль и поперек.

Тем не менее, любая провокация в Приднестровье может расцениваться Россией как нападение на ее граждан - а не секрет, что подавляющее число населения Приднестровья (а всего тут проживает около 200 тыс. человек) имеют российские паспорта. И значит, это может стать поводом для начала полномасштабной войны.

Еще одним поводом для войны может быть, например, требование России предоставить ей "воздушный коридор" для снабжения Приднестровья через всю территорию страны с отведением всех средств ПВО, скажем, на 200 км.

Можно говорить о том, что вряд ли россияне решатся на высадку десанта в Одесской области с пробиванием наземного коридора - это чревато уж слишком большими потерями в живой силе и технике.

Вероятно, наше военное руководство в полной мере понимает опасность, сходящую от Приднестровья. Не зря ведь в тяжелейших условиях весны 2014 г. первым делом на границу с непризнанным государством были переброшены дополнительные силы ВСУ. А в самые тяжелые моменты лета 2014 г. отсюда не снимали ни одного батальона территориальной обороны.

Да и введение военного положения в ноябре 2018 г. кроме областей, которые находятся на границе с Российской Федерацией и на азовско-черноморском побережье, затронуло также и области, которые непосредственно граничат именно с Приднестровьем. То есть наше военно-политическое руководство всерьез воспринимает возможности России по дестабилизации обстановки на этом направлении.