Спустя год после национализации ПриватБанка, правительство не смогло компенсировать даже часть средств, потраченных на докапитализацию финучреждения. Переговоры с бывшими собственниками банка зашли в тупик. Вместо обещанного содействия с погашением кредитов компаний, связанных с экс-акционерами, правительство и Нацбанк получило сотни исков, оспаривающих условия национализации.

Судебные тяжбы между старыми и новыми собственниками банка вышли за пределы Украины, некоторые дела уже рассматриваются в английских судах. Накануне стало известно, что Высокий суд Лондона издал приказ о всемирном аресте активов Игоря Коломойского и Геннадия Боголюбова по иску "ПриватБанка". Подробнее о том, что происходит в ПриватБанке, почему траты государства на него могут вырасти и сколько правительство хочет взыскать с Коломойского - в материале РБК-Украина.

Кабинет министров год назад, 18 декабря, объявил о национализации ПриватБанка, акционерами которого с общей долей около 75% были Игорь Коломойский и Геннадий Боголюбов. Официально банк перешел в государственную собственность 21 декабря. Но непублично власти шли к этому с 2015 года, обсуждая формат национализации с Международным валютным фондом.

В понимании МВФ на тот момент ПриватБанк был "бомбой замедленного действия" и представлял угрозу финансовой стабильности Украины. Все из-за того, что доля инсайдерских кредитов в банке достигала едва ли не 100% и не была подкреплена обязательными резервами, о чем официально стало известно только после национализации. Если бы компании, связанные с акционерами банка, не обслуживали и не погашали кредиты, банк не смог бы платить по своим обязательствам перед вкладчиками. "Более 97% корпоративного портфеля, который составлял 150 миллиардов гривен на 1 апреля 2015 года, были кредитами, связанных с акционерами компаний", - поясняла год назад глава НБУ Валерия Гонтарева.

Акционеры банка видели ситуацию иначе. Игорь Коломойский после национализации заявил, что "ПриватБанк стал жертвой НБУ". И что, якобы, у банка был сбалансированный обеспеченный кредитный портфель, подтвержденный аудитом. "Однако НБУ, постоянно меняя свои собственные нормативы, придумывал все новые и новые способы искусственного снижения капитализации банка. Затем они начали рассказывать о мифической дыре в 150 миллиардов гривен, 97% связанных кредитов, о том, что все деньги украдены или выведены в офшоры. Хотя все эти цифры они получили в результате произвольного изменения учетной политики", - жаловался тогда ныне проживающий в Женеве бизнесмен.

Забрать нельзя оставить

План национализации держали в секрете. По неофициальной информации, окончательное политическое решение о том, что банк переходит государству, власти приняли как минимум на неделю раньше, чем о случившемся объявили. В те дни любая попадавшая в прессу информация о возможной национализации ПриватБанка тут же опровергалась и самим банком, и чиновниками Минфина, и в НБУ.

В банковских кругах также говорили, что у Нацбанка был готов некий план действий с привлечением других финучреждений на случай, если бы в момент национализации система расчетов ПриватБанка "лягла" и/или вкладчики кинулись массово снимать деньги со счетов. Но технически национализация прошла почти идеально, и план "Б" не понадобился. Выбранная линия поведения отрицать все, что может вызвать панику, сработала. И в итоге удалось не допустить оттока депозитов со счетов. Уверенности клиентам добавило принятие закона, который распространял гарантию государства на всю сумму вклада граждан в ПриватБанке. До этого такую привилегию имел только государственный Ощадбанк.

Уже после национализации в НБУ признали, что знали о "дыре" в капитале банка больше года. Но, учитывая системное значение ПриватБанка, его не спешили признавать неплатежеспособным. Гонтарева к тому же поясняла молчание центробанка тем, что у менеджмента финучреждения был согласованный с регулятором план докапитализации. И на тот момент акционеры банка Коломойский и Боголюбов давали личные гарантии, что этот план оздоровления будет выполнен.

И хотя двое "приватовцев" нарушили слово, это не помешало чиновникам снова им довериться. Министр финансов Александр Данилюк уверял, что собственники ПриватБанка "сами обратились к правительству с просьбой войти в капитал банка", написав соответствующее письмо. К слову, это же подтверждал Коломойский. По словам Данилюка, акционеры обещали до первого июля реструктуризировать кредитный портфель, что должно было бы компенсировать государству расходы на докапитализацию ПриватБанка.

На данный момент в капитал банка государство внесло немногим более 139 млрд гривен, рассказала замглавы НБУ Екатерина Рожкова. И в ближайшее время сумма может вырасти еще. Ведь, по словам Рожковой, сейчас ожидаются результаты оценки непрофильных активов, которые есть на балансе у ПриватБанка. "В этом году уже было принято решение на докапитализацию еще на 16 миллиардов гривен (но пока не реализовано, - ред.). Потом по итогам оценки, после подтверждения аудиторами, мы сможем сделать окончательный вывод (требуется ли докапитализация или нет, - ред.)", - объяснила замглавы НБУ.

Взаимные обвинения

Первое июля, о котором говорил Данилюк, давно прошло, а кредитный портфель, связанных с Коломойским и его партнерами компаний, все еще не реструктуризирован. Сроки сорваны уже почти на полгода.

В НБУ считают, что возврат средств, потраченных на докапитализацию, это не их прерогатива. По словам Рожковой, Нацбанк диагностировал проблему в "Привате", пытался оздоровить банк, согласовав план докапитализации с акционерами, но план не был выполнен и регулятор признал банк неплатежеспособным. На этом роль Нацбанка исчерпана. "Все, что касается судебных дел, переговоров с бывшими собственниками относительно возвращения кредитов, реализации активов - это работа, которую должен осуществлять ПриватБанк, как и любой другой банк, который имеет проблемную задолженность", - настаивает Рожкова.

Еще на прошлой неделе РБК-Украина обратилось в ПриватБанк и Министерство финансов с запросами по поводу того, как менеджмент банка и акционер в лице Минфина намерены возвращать проблемную задолженность, инициировали ли они судебные разбирательства с бывшими владельцами, и на каком этапе рассмотрение этих дел. На момент публикации статьи ни в Минфине, ни ПриватБанке ответы не предоставили, но пообещали сделать это позже. Уже поздно вечером в среду, 20 декабря, пресс-служба ПриватБанка сделала заявление, что банк начал судебное разбирательство в Высоком Суде Лондона против своих бывших владельцев и руководителей. В банке сообщили, что во вторник, 19 декабря, Высокий Суд выдал приказ о всемирном аресте активов Коломойского и Боголюбова, а также шести компаний, которые предположительно им принадлежат или находятся под их контролем.

"Приказ об аресте активов был выдан на основании детальных доказательств, представленных суду, из которых следует, что господа Коломойский и Боголюбов путем проведения ряда незаконных операций вывели из банка почти 2 миллиарда долларов США, в результате чего, средства переводились компаниям, которые им тайно принадлежали или находились под их контролем. При помощи этого судебного разбирательства ПриватБанк собирается вернуть более 2,5 миллиарда долларов США с учетом процентов", - заявили в пресс-службе. Сторона Коломойского и Боголюбова пока на это заявление не отреагировала.

Стоит отметить, что существенную роль в управлении ПриватБанком сейчас играет наблюдательный совет, большинство в котором составляют иностранцы. Например, возглавляет его консультант МВФ, турецкий финансист Энгин Акчакоча. Также в его состав входят представители ЕБРР и Всемирного банка.

Хотя предыдущие владельцы тоже не сидят без дела. В Едином реестре судебных решений значатся сотни исков, которыми аффилированные с Коломойским и Боголюбовым компании пытаются оспорить условия национализации. Одним из таких условий была конвертация ряда обязательств перед связанными лицами в капитал банка. К примеру, под так называемый bail-in попали счета Игоря и Григория Суркисов. Их признали связанными лицами с бывшими акционерами. В судебном порядке Суркисы и члены их семей смогли доказать обратное, добившись возмещения списанных у них средств в размере более 1 млрд гривен, 266,2 тысяч долларов и 7,8 тысяч евро. Теперь этим вопросом занимается Государственная исполнительная служба. ПриватБанку, возможно, потребуется привлекать кредит рефинансирования у НБУ, чтобы рассчитаться с Суркисами.

Под конвертацию в капитал банка также попали еврооблигации на сумму 595 млн долларов, выпущенные UK SPV Credit Finance (Великобритания). И здесь ситуация еще более запутанная. Выпустив бумаги, британская компания передала привлеченные от размещения средства ПриватБанку в качестве займа. В ноябре доверенное лицо британской компании обратилось в Лондонский арбитражный суд с требованием начать арбитражное производство относительно нарушения условий обращения облигаций. До 17 января ПриватБанк должен дать лондонскому суду ответ на это заявление.

Министр финансов Александр Данилюк во вторник, 19 декабря, заявил, что судебные решения в пользу бывших акционеров и связанных с ними лиц вызывают у него "много вопросов". Кроме того, министр возмутился, что открыты уголовные производства в отношении компаний-советников, которые "привлечены найти злоупотребления с выведением средств за границу". Речь идет о так называемом forensic audit, цель которого выяснить был ли вывод средств из ПриватБанка перед национализацией, и если был, то в каких объемах. Этим аудитом занимаются, в частности, две компании - Kroll Associates U.K. Limited и AlixPartners Services UK LLP. На прошлой неделе Соломенский суд Киева запретил, в том числе, и этим компаниям осуществлять действия, которые могут навредить интересам Коломойского. К примеру, это касается обработки персональных данных бизнесмена. Суд также признал недействительным договоры Kroll и AlixPartners с НБУ на предоставление консультационных услуг.

Судебная трясина

Судебные проигрыши по bail-in - это новые дополнительные расходы для государства. Если придется платить по облигациям, в следующем году банку понадобится как минимум 375 млн долларов из общей суммы 595 млн долларов (погашение облигаций на 220 млн долларов наступает в 2021 году) или около 10,4 млрд гривен.

В НБУ говорят, что были готовы к искам из-за bail-in и не только. Всего, по словам Екатерины Рожковой, бывшими акционерами подано около 400 исков как к НБУ, так и к Минфину, и к банку. "Наши оппоненты - бывшие собственники, имели стратегию нападения. То, что мы видим сейчас в судах, говорит о том, что реально осуществлять реструктуризацию портфеля никто не планировал. Это просто затягивание времени", - полагает она.

Разбираться с пулом проблем, накопившихся в банке, уже предстоит новому руководителю, который, как рассказали источники РБК-Украина в правительстве, должен быть назначен в ближайшее время. Собеседники в Кабмине не уверены, но не исключают, что это случится еще в 2017 году. До конца года власти также рассчитывают утвердить стратегию развития госбанков и отдельно - стратегию для ПриватБанка. Сейчас оба документа проходят последние согласования и, возможно, их вынесут на рассмотрение правительства на следующей неделе.