Преподаватель Кембриджского университета и сотрудник британского Королевского института международных отношений Джон Нильссон-Райт рассказывает, чего на самом деле добивается Ким Чен Ын и какие цели преследует воинственная риторика Пхеньяна.

Может ли США дать КНДР что-то такое, что заставит Пхеньян свернуть ядерную программу?

Учитывая "войну слов", развернувшуюся между США и КНДР, и обещания Дональда Трампа ответить "огнем и яростью" на открытые угрозы со стороны Пхеньяна или на удар по американскому Гуаму, сложно сказать, насколько полезным инструментом в сложившейся ситуации может быть дипломатия и позволит ли она сгладить напряженность в регионе.

Госсекретарь США Рекс Тиллерсон и другие высокопоставленные чиновники администрации Трампа подчеркивали важность дипломатии. Даже сам Трамп в прошлом предлагал Ким Чен Ыну переговоры, однако пока нет никаких признаков того, что Северная Корея открыта для диалога.

Недавние неофициальные переговоры на двух уровнях с северокорейскими чиновниками в Европе свидетельствуют о том, что Пхеньян по-прежнему упорно сосредоточен на продолжении программ испытаний ракет и ядерных вооружений.

На последнем региональном форуме АСЕАН, который прошел в Маниле, Тиллерсон не встречался с министром иностранных дел Северной Кореи Ли Ен Хо. Более того, КНДР отклонила предложение о переговорах между Сеулом и Пхеньяном, с которым выступила министр иностранных дел Южной Кореи Кюнг-ва Канг.

В теории США могут предложить КНДР несколько вариантов, которые могут стать для Пхеньяна стимулом. Это, в том числе, переговоры по мирному договору, который закончил бы Корейскую войну, предварительные шаги по дипломатическому признанию (например, появление в Пхеньяне миссии по связям США) или соглашение о сокращении обычных вооружений на Корейском полуострове. Однако даже в лучшем случае всё это весьма долгосрочные цели.

Неоднократные нарушения КНДР прошлых дипломатических соглашений с США полностью отбили у Вашингтона аппетит к каким-либо уступкам. Сейчас в США - и среди демократов, и среди республиканцев - превалирует глубокое недоверие к Северной Корее. В Штатах убеждены, что лучший способ усмирить Пхеньян - это давление, как, например, последнее усиление санкций ООН, касающихся экспорта полезных ископаемых и продуктов из КНДР, а также использования труда северокорейских граждан страны за рубежом.

Зачем КНДР ядерное оружие?

С момента прихода к власти в конце 2011 года приоритеты Ким Чен Ына были последовательно сосредоточены на двух простых целях: военная модернизация и обеспечение экономического процветания для граждан Северной Кореи.

Ядерные амбиции КНДР уходят корнями еще в 1960-е годы. Они связаны со стремлением режима к политической и военной автономии, несмотря на открытое противостояние таких традиционных врагов Пхеньяна, как США, Япония и Южная Корея, и даже на возражения основных исторические партнеров, России и Китая.

Частично мотивация КНДР объясняется рациональной оценкой стратегических интересов страны. Опыт Ливии и Ирака служит Пхеньяну напоминанием о том, что единственной гарантией национального выживания является подтвержденное наличие оружия массового уничтожения.

В то время как Вашингтон подчеркивает, что не имеет "враждебных намерений" по отношению к КНДР, Пхеньян настаивает, что США являются явной угрозой для страны, оставаясь силой, которая превосходит Северную Корею и обладает ядерным оружием: Вашингтон располагает контингентом в 28 тысяч военных в Южной Корее, а кроме того, военная доктрина США рассматривает возможность нанесения предупредительного ядерного удара.

Ядерные и ракетные испытания служат для Ким Чен Ына и проявлением политики идентичности. Легитимность политического руководства династии Кимов неотрывно связана с риторикой о необходимости защиты от непримиримо враждебных Соединенных Штатов.

Корейская война 1950-53 годов, которая, согласно северокорейской пропаганде, началась в результате прямой агрессии США, сейчас используется КНДР для того, чтобы в глазах северокорейского народа Соединенные Штаты выглядели противником, который стремится к уничтожению страны.

Для старшего поколения, которое еще помнит, как практически каждый городской центр в КНДР был уничтожен в результате американских бомбардировок, этот нарратив остается убедительным. Для широких масс он подкрепляется ежедневными заявлениями, которое политическое руководство страны делает для народа.

Недавние воинственные публичные заявления Трампа стали для Ким Чен Ына пропагандистским подарком, который позволит ему поддерживать положение в качестве главнокомандующего и защитника страны.

Может ли ядерная КНДР сосуществовать с США?

Ракетные испытания и два успешных запуска в прошлом году серьезно улучшили возможности сдерживания, которыми обладает КНДР. Согласно последним отчетам разведки США, в распоряжении Пхеньяна может находиться до 60 атомных бомб (некоторые аналитики оспаривают эту оценку). Кроме того, испытания 4 и 28 июля говорят о том, что КНДР, возможно, обладает возможностью ударить по некоторым территориям США.

В недавнем исследовании в издании "Вестник ученых-атомщиков" (Bulletin of Atomic Scientists) возможность того, что улучшенный ракетный потенциал действительно позволит Северной Корее развернуть ядерную боеголовку против США, ставится под вопрос. Однако в том, что Пхеньян за прошлый год добился значительного прогресса на пути к де-факто членству в ядерном клубе, сомнений не остается.

Вашингтон, однако, дал понять, что он допустит такого развития. Подобный шаг стал бы пропагандистской победой для Севера и, кроме того, критически подорвал бы отношения Америки с ее ключевыми региональными союзниками, Японией и Южной Кореей, привел бы к гонке вооружений в регионе и дестабилизировал глобальный режим ядерного нераспространения.

Хоть что-то из того, что хочет КНДР, реалистично?

Приоритетом Пхеньяна остается агрессивное продвижение в части испытания ракет и ядерного оружия для укрепления возможностей сдерживания. Для Ким Чен Ына это имеет смысл и как средство укрепления политической власти и легитимности у себя дома. Руководителя КНДР должно успокоить и явное нежелание Китая налагать серьезные экономические ограничения на Северную Корею - даже несмотря на поддержку со стороны Пекина недавнего ужесточения санкций ООН.

Ким Чен Ын также способен трезво рассчитать, что в конечном счете Соединенные Штаты, как утверждают многие опытные наблюдатели, согласятся с необходимостью обсудить некоторую форму промежуточной заморозки военных возможностей КНДР - в надежде на то, что это стабилизирует стратегическую ситуацию, а также оставит открытую дверь для разоружения в будущем.

Северокорейский лидер может надеяться, что к тому времени он сможет обеспечить себе ряд уступок со стороны США и Южной Кореи, будь то экономическая помощь, сокращение обычных вооружений или, что более важно, политические уважение и признание статуса независимого суверенного государства, которого КНДР так давно жаждет.

Непредсказуемым фактором в данном случае остается то, насколько риторика президента Трампа, которая балансирует на грани войны, будет сдерживать КНДР от продвижения программы испытания ракет. Северокорейские военные уже пригрозили испытать четыре ракеты средней дальности в районе военных объектов США на Гуаме в конце этого месяца.

Ни один президент США не потерпит прямого нападения, однако проведение испытаний в международных водах, близких к острову, может оказаться непредвиденной ситуацией в "серой зоне", требующей более тонкого реагирования, которое окажется на грани полномасштабного военного конфликта - но не за этой гранью.

Обсуждения нынешнего противостояния сосредоточены на параллелях с кубинским ракетным кризисом 1962 года и оценкой действий Джона Кеннеди, который тогда занимал пост президента США. Его осторожность и стремление избежать ядерной войны сформировались под влиянием книги Барбары Такман "Августовские пушки" (The Guns of August), посвященной урокам Первой мировой войны.

По иронии судьбы, август вновь оказался временем острого стратегического риска и неопределенности, когда риторика, оценки и действия национальных лидеров, вероятно, будут иметь глубокое значение для региональной и глобальной безопасности.

Профессор Джон Нильссон-Райт - старший научный сотрудник по изучению Северо-Восточной Азии в британском Королевском институте международных отношений Чатэм-хаус и старший преподаватель японской политики и международных отношений в Восточной Азии в Кембриджском университете.