За последние два года позиция наших сограждан относительно перспектив ОРДЛО ужесточилась.

Чем ближе 2019 г., тем судорожнее Путин будет пытаться впихнуть в Украину оккупированную часть Донбасса вместе со своим марионеточным режимом. В Кремле рассчитывают, что население ОРДЛО существенным образом повлияет на результат президентских и парламентских выборов в Украине и вдобавок станет базой для откровенно пророссийского политического проекта всеукраинского масштаба.

Конечно, впихнуть ОРДЛО можно было еще два-три года назад, сразу после "Минска-1" или же после "Минска-2". Но в Кремле решили продлить войну на Донбассе, чтобы максимально ослабить украинскую экономику и финансовую систему, вызвать в стране внутриполитический хаос, полностью деморализовать украинцев и дождаться, когда они сдадутся без боя.

Поскольку всего этого не случилось, а эффект от санкций и падения цен на нефть и газ становится все более ощутимым, идея впихивания ОРДЛО в Украину вновь стала для Путина актуальной и даже приоритетной. Разрушенный Донбасс должен, согласно кремлевским планам, сделать с Украиной то, чего не смогла война: довести до коллапса экономику, финансы и бюджет, а внутриполитическую ситуацию - до кипения и взрыва. Если не сразу, то после президентских и парламентских выборов точно.

Именно поэтому оккупанты сейчас добивают экономику ОРДЛО всеми возможными способами. Осталось, чтобы украинцы приняли этот "подарок".

Но как раз тут появились плохие новости для России. Украинцы не хотят мириться на условиях Кремля. Об этом свидетельствует динамика общественного мнения по результатам трех опросов, проведенных в октябре 2015 г., мае 2016 г. и июне 2017 г.

Сначала - вывод войск, потом - все остальное

Прежде всего бросается в глаза, что уже более 60% украинцев выступают за введение на Донбасс международных миротворческих сил. По этому вопросу наблюдается наибольшее единодушие. Против только 21,1%, затруднились с ответом 18,7%. В 2015 г. уровень поддержки этого требования составлял 52,7%, в 2016-м - 58%.

Введение миротворцев автоматически означает вывод оккупационных войск. То есть никакие варианты с переодеванием оккупантов и их пособников в "народную милицию" украинцев не устраивают. А если контроль над ситуацией в ОРДЛО перейдет к миротворцам, то шансы Кремля сохранить там свой марионеточный режим сильно упадут.

Впрочем, Путин может быть уверен в обратном, полагаясь на то, что три года промывки мозгов превратили жителей оккупированной части Донбасса в антиукраинских фанатиков. Но даже если Москва вдруг согласится на миротворцев, ее ждет вторая неприятность от украинцев: они не желают давать ОРДЛО никакого особого статуса. Уже 55% требуют, чтобы оккупированные территории вернулись в состав Донецкой и Луганской областей Украины на тех же условиях, что были раньше. В предыдущих опросах эта доля составляла 49,1 и 47,9%.

Доля тех, кто готов согласиться, чтобы эти территории вернулись под контроль Украины, но получили больше независимости от Киева, сократилась с 31,9% в 2015 г. до 24,6% в 2016-м и 20,1% в 2017-м. Считают, что будет лучше отпустить эти территории, чтобы они стали независимыми государствами или вошли в состав РФ, только 8,7%, затруднились с ответом 16,3%. Таким образом, большинство украинцев предпочитают ждать, пока Донецк и Луганск вернутся в Украину на условиях Киева.

А до тех пор, пока это не случится, большинство украинцев считают необходимым, чтобы ОРДЛО были объявлены оккупированными территориями (как раз такая формулировка содержится в готовящемся президентском законопроекте о деоккупации Донбасса). И это третья неприятность для Кремля от украинцев, засвидетельствованная июньской социологией. 54,6% опрошенных поддержали (27,8% - полностью, 26,8% - в основном) предложение законодательно признать неподконтрольные территории Донецкой и Луганской областей оккупированными, тогда как не поддержали только 22,3% (совсем против - 9,4%, в основном - 12,9%), не определились с ответом 23,1%.

Также был задан вопрос об отношении к решению СНБО Украины о блокаде торговли с ОРДЛО. В формулировке вопроса не уточнялось, что это была вынужденная мера, вызванная "национализацией" предприятий в ОРДЛО кремлевскими марионетками. Тем не менее даже в таких условиях 47% опрошенных поддержали решение СНБО (23% - полностью, 24% - в основном), а не поддержали 36,9% (совсем против - 16,3%, в основном - 20,6%), не определились с ответом 16%. Таким образом, в украинском обществе сейчас наиболее популярна жесткая позиция относительно ОРДЛО. Это то, чего добился Путин тремя годами войны и воровством предприятий на оккупированных территориях.

На фоне всех этих плохих для Кремля новостей могут показаться обнадеживающими для Путина ответы украинцев на вопрос: "Как вы считаете, нужно ли ради мира идти на компромиссы с Россией и руководителями самопровозглашенных Донецкой и Луганской республик?" Респондентам были предложены три варианта ответа. Вариант "Мир -любой ценой, надо соглашаться на любые компромиссы - с кем угодно и о чем угодно" набрал 17,9%. Еще 52,4% считают, что "для мира стоит соглашаться на компромиссы, но не на все". Наконец, 17,7% уверены, что "на самом деле мир на Донбассе может установиться только с позиции силы - когда одна из сторон победит". Не сумели сделать выбор между тремя вариантами 12%.

Не будем разочаровывать ни путинофилов, ни тех, кто привык ставить знак равенства между словами "компромисс" и "зрада". Просто отметим одну деталь. Когда более половины украинцев готовы "соглашаться на компромиссы, но не на все", самое время поинтересоваться, а какие, собственно, приемлемые компромиссы имеются в виду.

Авторы исследования задали соответствующий вопрос: "Какие решения следует принять, чтобы на Донбассе установился мир?" - и попросили выбрать не более трех из предложенных 11 вариантов ответов. Выбор украинцев оказался изумительным.

Все те компромиссы, на которых настаивает Кремль, пользуются наименьшей популярностью. "Амнистия всем тем, кто принимал участие в боевых действиях на Донбассе" - на это согласны всего лишь 3,8%. "Введение в Украине федеративного устройства" - 4,6%. "Предоставление русскому языку статуса второго государственного" - 4,9%. "Отказ от перспективы членства в НАТО, закрепление в Конституции нейтрального статуса Украины" - 6,3%. "Проведение на территориях, контролируемых ДНР и ЛНР, законных выборов" - 11,7%. "Предоставление ДНР и ЛНР особого статуса в пределах Украины" - 11,8%.

Не слишком большую поддержку получили и различные радикальные варианты. "Отделение территорий, занятых ДНР и ЛНР, от Украины" - 8,8%. "Прекращение финансирования территорий, занятых ДНР и ЛНР (выплаты пенсий, зарплат и т. д.)" - 11%. "Военной силой восстановить контроль Украины над этими территориями" - 13,5%.

Намного обогнал все эти варианты такой простой рецепт: "Успешное восстановление нормальной жизни на территориях Донбасса, контролируемых Украиной". Он набрал 28%.
А самым популярным оказался вариант: "Заставить Россию прекратить вмешательство в конфликт на Донбассе (усиление международных санкций, давление международных структур на РФ)". Его поддержали 38,1% опрошенных.

Собственно, это и есть приемлемый компромисс в понимании украинцев: выдавливать Россию из Донбасса не военной силой, а усилением международных санкций. А если в Кремле надеются на что-то более приятное для Путина, придется их разочаровать: хороших новостей для Путина у украинцев нет.

Кто проводил опросы

Исследование общественного мнения населения Украины провели фонд "Демократические инициативы им. Илька Кучерива" и социологическая служба Центра Разумкова с 9 по 13 июня 2017 г. Были опрошены 2018 респондентов в возрасте от 18 лет во всех регионах Украины, за исключением Крыма и оккупированных территорий Донецкой и Луганской областей. Теоретическая погрешность выборки не превышает 2,3%.

Предыдущие два исследования на ту же тему провели: фонд "Демократические инициативы им. Илька Кучерива" совместно с Киевским международным институтом социологии с 9 по 19 октября 2015 г.; фонд "Демократические инициативы им. Илька Кучерива" и социологическая служба Центра Разумкова с 11 по 16 мая 2016 г. Все три опроса были общенациональными, проводились по одинаковой методике и на одном уровне достоверности.