Еще месяц назад нынешний расклад президентских выборов во Франции выглядел бы как настоящая сенсация. Вместо сошедших с дистанции известных политиков президентскую гонку возглавил малоизвестный кандидат.

Сейчас Эммануэль Макрон занимает вторую позицию во французских президентских рейтингах, а во втором туре он способен убедительно одолеть лидера симпатий, праворадикальную Марин Ле Пен.

Конечно, в Украине большинству людей это имя ни о чем не говорит. Более того, даже во Франции среди десятков красноречивых эпитетов, которыми бывшего министра экономики характеризуют конкуренты и пресса, самым распространенным является ovni - аббревиатура, обозначающая неопознанный летающий объект.

Выпускник престижной французской Национальной школы управления и бывший сотрудник банка Ротшильда, Макрон начал свою политическую карьеру в 2012 году как советник новоизбранного президента Франсуа Олланда по макроэкономическим вопросам.

Несмотря на теплые личные отношения, Олланд долгое время колебался, целесообразно ли назначать своего протеже в правительство. Впрочем, в августе 2014 года, когда внутренний раскол в Социалистической партии вылился в правительственный кризис, президент поддался на уговоры премьер-министра Мануэля Вальса и назначил Макрона на должность министра экономики.

Вальс изначально видел в Макроне единомышленника, который поможет ему внедрить либеральные экономические реформы, несмотря на сопротивление старой социалистической гвардии.

Главным достижением Эммануэля Макрона на посту министра стал масштабный закон из 308 статей, направленный на стимулирование роста и экономической активности, известный также как просто "закон Макрона", который был подан в декабре 2014 года и проголосован после серьезных политических дебатов в августе 2015-го.

Однако сотрудничество с Вальсом быстро превратилось в жесткую конкуренцию, что нередко прорывалось в публичное пространство, а дальнейшие инициативы Макрона премьер блокировал. Основной же претензией Макрона к Олланду стала половинчатость решений президента и его неспособность довести реформы до конца.

Путем де Голля

Макрон начинает тайно работать над собственным политическим проектом с явным прицелом на президентскую кампанию 2017 года. Речь идет о движении "Вперед!" (En marche!), официально представленном в апреле 2016 года.

На то время претензии Макрона казались несколько самоуверенными - претендент в кандидаты был в большой политике меньше двух лет, не имел собственной партийной базы и никакого опыта на выборной должности, что во Франции считается чуть ли не обязательным для потенциального президента.

На подобные упреки Макрон отвечает, что у генерала де Голля тоже не было депутатского опыта, но он все же попал в Елисейский дворец. Однако, не имея заслуг перед Францией, сопоставимых с деголлевскими, Макрон и его команда сделали ставку на инновационность своего политического движения.

"Вперед!", присоединиться к которому приглашали сторонников большинства политических партий, стартовал с инициирования своеобразного "диалога с народом". За полгода команда Макрона собрала 25 тысяч анкет о том, какими французы видели свои основные проблемы и будущее Франции в целом, провела многочисленные обсуждения, семинары, круглые столы и несколько массовых мероприятий.

Такой подход задумывался как своеобразный антидот и от популизма простых рецептов, и от кабинетной аналитики политической элиты, неэффективность реформ которой объяснялась оторванностью от реальных потребностей народа. Также процесс "диагностирования" давал официальное оправдание отсутствию у движения последовательной программы, которая, собственно, и должна была быть выработана на основе анализа собранных данных.

До конца осени к движению присоединились почти сто тысяч человек, а по всей Франции открылось около 1700 ячеек.

Уже летом стало понятно, что отдельный политический проект Макрона мало совместим с дальнейшей карьерой в правительстве.

Отставка Макрона, хоть и ожидаемая, стала шоком для президента, который считал его своим политическим сыном и рассчитывал на его поддержку в собственной президентской кампании и рассматривал этот демарш как предательство.

Кандидат без программы

Несмотря на нарастание рейтинга почти до 15%, еще в октябре шансы Макрона никто не рассматривал всерьез. Центристский электорат контролировал многомесячный фаворит предвыборной гонки Ален Жюппе из партии "Республиканцы", да и руководители государства не собирались сдаваться без боя.

Однако сочетание удачи и успешных политических ходов показало, что Макрон - не сиюминутный политический мыльный пузырь, который, как ожидалось, лопнет еще до зимы. В конце концов, как шутили французские СМИ, недаром в свое время он писал диплом о Макиавелли.

После того, как Жюппе, Олланд и Вальс поочередно сошли с дистанции, решающим фактором взлета Макрона стал коррупционный скандал вокруг Франсуа Фийона, который дал ему реальные шансы выйти во второй тур.

"Вперед!" даже начала регистрировать кандидатов во всех 577 избирательных округах, нацелившись на создание президентского большинства на парламентских выборах, которые пройдут вскоре после президентских.

На митинге в Лионе 4 февраля, открывшем решающий этап предвыборной гонки, Макрону удалось собрать более десяти тысяч сторонников (по данным его команды, даже 16 тысяч).

Уже в последние выходные Ле Пен четко определила его как своего основного противника, да и остальные кандидаты начали вдохновенную критику, порой не выбирая выражений: леворадикальный кандидат Жан-Люк Меленшон загадочно и презрительно охарактеризовал Макрона как "галлюциногенный гриб".

Наиболее очевидным и стабильным пунктом критики, даже у части сторонников, является все то же отсутствие у Макрона четкой политической программы, размытость, неопределенность и даже банальность большинства его лозунгов и заявлений.

Однако это преднамеренная стратегия. По мнению Макрона и его команды, нет никакого смысла писать подробную программу из 200 с лишним пунктов (4 февраля Марин Ле Пен опубликовала президентскую программу из 144 пунктов). Избиратели не читают программ и не доверяют им.

Главной задачей предвыборной кампании, таким образом, становится построение доверия между кандидатом и избирателями на основе совместных республиканских ценностей - свободы, равенства, братства, светскости и тому подобного. В этом отношении Макрон ссылается на пример американского президента Джона Кеннеди, у которого также не было детализованной программы.

Поэтому программа, презентация которой все же запланирована на начало марта, будет состоять из 10-12 общих направлений или "обязательств", которые сформируют своеобразный "договор с нацией". Либеральные экономические и либертарианские социальные взгляды кандидата должна творчески обобщить команда во главе с директором по вопросам программы и идей Жаном Пизани-Ферри, в прошлом - руководителем аналитического института France Stratégie.

Единая Европа - залог успеха Франции

Определяя себя как антисистемного кандидата, Макрон утверждает, что вся послевоенная политическая и социальная архитектура Франции устарела и нуждается в коренном реформировании в эпоху цифровых технологий и глобализации.

Именно поэтому для него неактуально традиционное разделение на правых и левых, которому он противопоставляет разделение на консерваторов и прогрессистов, считая себя лидером последних.

Как показали социологические опросы, рост Макрона в рейтингах происходил за счет "отгрызания" части электората у всего спектра кандидатов - от Саркози до Меланшона.

Бывшему министру экономики, как ни странно, не хватает яркой визитной карточки, касающейся его планов во внутренней политике - наподобие обещания Фийона уволить 500 тысяч бюджетников или преданности кандидата от социалистов Амона идее безусловного дохода для каждого француза.

В то же время изюминкой Макрона, которая выгодно выделяет его среди соперников, является подчеркнуто проевропейская ориентация и приоритетность франко-немецких отношений.

После того, как Ле Пен включила в свою программу референдум по вопросу членства Франции в ЕС и возвращение к национальной валюте, франку, противостояние проевропейских и антиевропейских настроений в предвыборной кампании достигло апогея.

В начале января Макрон посетил Берлин, где в нехарактерной для французского политика манере выступил на безупречном английском и четко отметил, что Франция может быть успешной исключительно в рамках Европы. С ним не встретилась Ангела Меркель (которая две недели спустя встретилась с Фийоном), однако политики Социал-демократической партии Германии и "зеленых", в частности бывший министр иностранных дел Йошка Фишер, проявили куда больше энтузиазма.

Проевропейские взгляды Макрон также подробно излагал в программных статьях в Le Monde и Financial Times. Он утверждал, что реакцией на кризис беженцев "Меркель и Германия спасли наше коллективное достоинство", осудил строительство стен на границах в отдельных странах Европы и высказался в пользу сохранения евро и Шенгена.

Макрон выступает сторонником углубления интеграции в Евросоюзе, "суверенной Европы, способной защитить нас от внешних угроз, чтобы лучше гарантировать внутреннюю безопасность". Соответственно, он обещает быть непреклонным относительно условий Brexit.

По большинству других внешнеполитических вопросов Макрон либо не очерчивал собственную позицию, либо же пытался сохранить гибкость.

Во время визита в Ливан и Иорданию в конце января он занял срединную позицию между неприятием режима Асада и поддержкой оппозиционных сил в стиле Саркози и Олланда и предложениями наладить диалог с Дамаском, к чему склонялись кандидаты Фийон и Меланшон.

Подчеркивая первостепенное значение для Франции проблемы "Исламского государства" и ошибочность стратегии, которая ставила на первое место необходимость отставки Асада, Макрон одновременно подчеркивал недоговороспособность Асада и нецелесообразность повторного открытия французского посольства в Дамаске.

Подобным образом в палестино-израильском конфликте он поддерживает идею создания двух государств, однако не считает целесообразным чрезмерно давить на Израиль.

Примечательно также, что в своей предвыборной кампании Макрон избегает определения конкретной позиции по России, хотя, будучи министром экономики, в январе 2015-го обсуждал возможности снятия санкций.

Однако если кандидат не хочет идти к России, то Россия приходит к нему сама.

Реагируя на стремительный рост откровенно проевропейского кандидата, российские СМИ при содействии WikiLeaks уже запустили против него информационную кампанию, а представители команды Макрона заявляют о многочисленных попытках российских хакеров взломать партийные серверы.

Временная желтая майка лидера французской гонки, как на своем горьком опыте убедились Ален Жюппе и Франсуа Фийон, отнюдь не гарантирует золотую медаль на финише.

Во-первых, и у Фийона, и у Амона еще остается твердое ядро сторонников-партийцев, которых Макрону вряд ли удастся переманить. Во-вторых, амбивалентность относительно программы, которая позволила Макрону нарастить поддержку, может повернуться и другим боком после ее обнародования, отпугнув часть довольно нестабильного электората.

Однако надежды на чудо, которое может удержать Францию от сползания в националистический изоляционизм и в объятия Владимира Путина, еще никогда не были столь обоснованными, как в феврале 2017 года.