49-летний Андрей Рева в социальных вопросах не новичок. Несколько лет руководил районным управлением соцзащиты, является одним из авторов нынешней методики расчета субсидий на оплату жилищно-коммунальных услуг, имеет юридическое образование, почти десять лет был заместителем мэра по социальным и вопросам здравоохранения в Виннице, где пытался внедрить и страховую медицину, создав первую в Украине муниципальную страховую компанию.

В прошлом, Рева - офицер и школьный учитель истории. Умеет объяснять и убеждать. В разговоре новый министр не раз обращался к своему опыту работы в Виннице и даже пригласил меня обязательно посетить этот город. Создавалось впечатление, что мой собеседник относится к Виннице как к своеобразной Мекке реформ, опыт проведения которых следует распространять теперь уже на всю Украину.

Однако то, что вице-мэр областного центра и министр - должности несопоставимые по масштабу и сложности задач, очевидно. Ближайшее время покажет, является ли Андрей Рева не только успешным региональным чиновником, но и высококлассным управленцем государственного уровня. Способным принимать серьезные, часто непопулярные решения в одной из самых чувствительных сфер и отвечать за них. Ведь именно по результативности этих решений во многом и будут судить об успешности правительства Гройсмана.

- Андрей Алексеевич, сколько времени вам понадобится, чтобы во всем разобраться?

- В своей трудовой биографии, продвигаясь по тем или иным позициям, я менял место работы каждые пять-шесть лет, и мне всегда приходилось осваивать что-то новое. Очевидно, если бы я делал это неэффективно, то вряд ли сейчас мог бы претендовать на должность министра. У меня за плечами - опыт работы на низовом уровне. Я понимаю, что там происходит, и у меня есть идеи, которые можно реализовать на новом посту. Поэтому не думаю, что потребуется слишком много времени, дабы вникнуть в основные позиции. На долгое раскачивание времени нет. Уровень разочарования во власти в обществе так высок, что действовать нужно очень быстро. Я бы сформулировал задачу так - или радикализуется власть, или к власти придут радикалы. Причем такие, на фоне которых О.Ляшко будет выглядеть ретроградом и консерватором.

- Какими вам видятся пять приоритетных изменений в работе Минсоцполитики?

- Я собираюсь выполнять программу Кабмина, презентованную В.Гройсманом, а именно - позиции раздела 15 "Социально-гуманитарная сфера".

Первое - нужно произвести монетизацию льгот, о которой говорят 25 лет, но, по сути, мы реализовали коммунистический принцип "От каждого - по способностям, каждому - по потребностям". Государство взяло на себя огромное количество льгот. И совершенно очевидно, что ресурса для их обеспечения у него нет. А при ограниченности ресурса его распределение между людьми происходит неравномерно. Поэтому необходимо проинвентаризировать все имеющиеся льготные категории и, исходя из возможностей Госбюджета, определить уровень компенсации, на который люди могут рассчитывать.

При попытке ограничить либо как-то уменьшить количество льгот правительство или ВР всегда упирались в ст. 22 Конституции, где написано: "Конституционные права и свободы гарантируются и не могут быть отменены. При принятии новых законов или внесении изменений в действующие законы не допускается сужение содержания и объема существующих прав и свобод". С другой стороны, Конституционный суд всегда принимал решение, что обеспечение социальной защиты должно корреспондироваться с возможностями Госбюджета. Единственный способ гармонизировать два этих положения - заплатить людям деньгами за имеющиеся у них льготы, привязав их к прожиточному минимуму как единому социальному стандарту. Это моя идея. Мы сформулируем ее более четко и представим на рассмотрение ВР.

Второе - совместно с Минэкономики, Минфином и другими органами нам нужно думать о том, как уменьшить, а в идеале ликвидировать дефицит Пенсионного фонда. Если в прошлом году он составлял более 80 млрд, то после уменьшения ЕСВ - почти 145 млрд грн. При таком дефиците крайне сложно говорить о повышении соцстандартов.

Третье - будем работать над организационно-техническими условиями для создания накопительной системы пенсионного обеспечения. Проблема ведь не в том, чтобы открыть накопительные счета. А в том, что в Украине сегодня нет структуры, способной в течение ближайших 20-30 лет обеспечить стабильный (хотя бы в 3-4%) доход с учетом уровня инфляции. Поэтому проблему накопительной системы надо решать постепенно. И когда будет принято решение ее вводить, нам предстоит сделать это в течение очень короткого времени. Но самое главное - для этого должны быть созданы экономические условия.

Четвертое - это изменение системы предоставления адресной госпомощи. Вы не задумывались, как Иисусу Христу удалось накормить пятью хлебами 5 тыс. человек? Я задумался и сделал для себя открытие: он исходил из того, что в этой толпе не все были голодные. Точно зная, кто голоден, Иисус делил хлеб только между теми, кто в этом нуждался. Это был первый пример адресной помощи.

И мы должны действовать именно так. К примеру, помощь одиноким матерям предоставляется не тем, кто в ней нуждается, а имеющим соответствующий статус. Сегодня в Украине вне брака рождается 20% детей. Но это не значит, что у всех этих детей нет отцов. Просто таким семьям мы платим деньги за то, чтобы они не регистрировали свой брак.

А с 1 января эту госпомощь мы еще и поставили в зависимость от доходов мамы-одиночки. Если она не работает, то помощь выплачивается в максимальном размере. Если работает, то получает в минимальном либо вообще не получает. Таким образом, мы стимулируем женщину не работать. А должны, наоборот, поддерживать тех, кто не может работать не потому, что не хочет, а потому что не может.

Пятое - это изменение системы администрирования услуг. В Виннице в центрах административных услуг по оказанию помощи гражданам нет очередей. Все виды помощи, субсидии и льготы назначаются в установленное законом время. У нас полностью электронный документооборот и все, что с этим связано. Новое качество предоставления услуг, изменение самой системы предоставления помощи через центры административных услуг я считаю одним из приоритетных направлений деятельности министерства.

- Будет ли повышаться пенсионный возраст?

- В программе правительства этого нет. В Белоруссии, например, указом президента пенсионный возраст повышен на три года для мужчин и женщин. Наша пенсионная система тоже испытывает огромное напряжение. Это вопрос дискуссионный, требующий отдельного разговора.

- Позиция МВФ для вас - это устав, или вы способны творчески воспринимать вводные?

- Я пока не видел меморандума, подписанного с МВФ. Мы его проанализируем и посмотрим, какие там обязательства. Я всегда придерживался принципа Pacta sunt servanda - договоры должны соблюдаться. Что касается других вещей, то МВФ - это живая организация, дающая рекомендации, но не предписания. Она анализирует ситуацию, дискутирует и только после согласования со страной - получателем помощи - в меморандуме появляются определенные позиции. Так что, думаю, первое - нам придется выполнять то, что уже подписано. А второе - в дальнейшем вести предметный диалог, чтобы все условия, которые мы будем подписывать, были четкими, понятными и подлежащими безусловному выполнению.

- К концу года соцстандарты поэтапно будут повышены на 12%. Все индексации привязаны к минимальным величинам, которые на самом деле не соответствуют уровню инфляции. Что планируете с этим делать?

- На сегодняшний день инфляция прогнозируется на уровне 12%. И правительство предусмотрело соответствующую индексацию. Если прогноз окажется неправильным, то очевидно нам придется думать над тем, как соответственно индексировать соцвыплаты. Опять же это будет видно по исполнению бюджета хотя бы за первое полугодие.

- Каким вы видите механизм объединения соцфондов в системе Минсоцполитики? Речь прежде всего о Пенсионном и Фонде соцстрахования.

- Тут следует разобраться. Я против того, чтобы что-то объединять или разъединять лишь потому, что так надо. Мы должны понимать, что это в результате нам даст. Если сокращение аппарата и издержек - хорошо. Если только усугубит ситуацию, значит, делать это не стоит.

Вообще можно смотреть на вопрос немножко шире. Когда мы говорим о социальной защите пенсионного страхования, то есть ЕСВ. Его расщеплением занимаются соответствующие службы. Нужно это делать или нет, и одной ли службой, мы разберемся и сделаем выводы.

- Отсутствие Единого государственного реестра льготников (в частности ВПЛ), на создание которого Всемирный банк в прошлом году уже во второй раз выделил кредит в 300 млн долл., создало почву для масштабных манипуляций и злоупотреблений в сфере оказания социальной помощи. Когда мы увидим реестр?

- С 2003 г. у нас есть Единый государственный автоматизированный реестр лиц, имеющих право на льготы. Единого реестра ВПЛ действительно нет. Сейчас создано Министерство по делам оккупированных территорий и ВПЛ. Как будут распределены функции, пока сказать не могу. Вполне возможно, что в том числе соцвыплаты ВПЛ будут переданы новому министерству.

- П.Розенко утверждал, что Украина не должна выплачивать пенсии людям, проживающим на неподконтрольных ей территориях. Хотя фактически полные суммы на это из Госбюджета уходили. Позиция государства относительно статуса проживающих там людей не определена. Что об этом думаете вы?

- Если не знаешь, как действовать, действуй в соответствии с законом. У нас есть Закон об обязательном пенсионом страховании, а есть Закон о пенсионном обеспечении, ст. 85 которого гласит: "Пенсии выплачиваются без учета получаемого заработка по месту жительства пенсионера, независимо от регистрации места жительства". Даже если человек живет в Донецке или Луганске, а получать пенсию желает в Киеве или Харькове, мы обязаны ему ее выплачивать, независимо от места его регистрации. Это общая практика, существующая в Украине. Неконтролируемые территории в Донецкой и Луганской областях, насколько я понимаю, статуса оккупированных на сегодняшний день не имеют и являются неотъемлемой частью территории Украины. Соответственно, их жители имеют право на выплаты, независимо от места регистрации. Мы не можем платить пенсии в Донецке и Луганске, потому что там идут военные действия. Но если человек приехал и хочет получить пенсию в Харькове или во Львове, мы не можем ему в этом отказать.

Другое дело с госвыплатами ВПЛ. Если человек живет в Донецке, а оформил документы, что якобы проживает в Харькове, то здесь уже есть вопрос. Но это функция не столько Минсоцполитики, сколько государственных миграционной и пограничной служб.

- Как вы относитесь к сотрудничеству с Минфином по верификации соцвыплат и льгот? Для Розенко этот вопрос оказался болезненным.

- Честно говоря, смысла этой верификации я не понимаю. Если мы говорим о проверке, то в органах соцзащиты есть государственные социальные инспекторы, в функциях которых - как раз все эти вопросы. Чем будет заниматься Минфин? Проверять банковские вклады тех, кто получает государственную соцпомощь и субсидии? Если вы получаете субсидию, то декларируете свои доходы. Допустим, Минфин обнаружил, что у вас есть депозит. Что дальше? Эта информация никак не влияет ни на факт получения субсидии, ни на ее размер. Потому что в постановлении Кабмина "Об упрощении порядка предоставления субсидий населению" (№848) написано: депозиты не учитываются во время подсчета совокупного дохода. То есть эта информация не приносит никакой пользы тем, кто ее получает.

Что касается льгот. Их получение, допустим, на жилищно-коммунальные услуги, зависит от статуса, например, ветерана войны. Каким образом депозит влияет на этот факт?

Поэтому П.Розенко критиковал верификацию от Минфина справедливо. Пользы от этих действий нет никакой. Более того, сейчас у нас на счетах в казначействе огромное количество средств, которые не получают предприятия коммунальной сферы, предоставляющие жилищно-коммунальные услуги, поскольку Минфин считает, что органы соцзащиты сегодня должны предоставлять документы, предусмотренные постановлением Кабмина №151, в том числе на льготы и субсидии. Хотя в самом постановлении написано: верификации подлежат только выплаты, производимые в денежной форме. То есть ни льготы, ни субсидии. Минсоцполитики дает одно разъяснение, Минфин - другое. В результате несогласованности действий деньги висят, потому что казначейство слушает свое руководство. Это называется потерей государственного управления. То, о чем Гройсман говорил в ВР: "Я вам покажу, что такое государственное управление".

Если мы хотим найти средства, которые находятся в соцзащите, искать их надо путем адресности помощи и монетизации льгот.

С Минфином нам необходимо сотрудничать очень тесно. Но мы не должны допускать, чтобы он подменял собой специальные органы власти, в том числе центральной, и самостоятельно писал за них законы.

- Как вы будете чувствовать себя под патронатом вице-премьера Павла Розенко, к которому у общественности есть множество претензий? Сможете ли противостоять и каким образом?

- Противостоять никому не собираюсь. Я буду работать. Кто из двух вице-премьеров будет курировать сферу соцзащиты, пока не знаю. Кого определят, с тем и буду работать. С Розенко у меня разногласий не было. В принципиальных вопросах мы всегда были едины. Если к экс-министру есть какие-то вопросы со стороны общественности, то, думаю, он в адвокатах не нуждается, и сам может все рассказать и объяснить.

- Есть ли у вас команда, с которой вы сможете осуществлять все заявленные изменения? На кого планируете опереться?

- Махать шашкой и изображать из себя всезнайку я не собираюсь. В министерстве - более 500 чел., и прежде чем что-либо менять, нужно сначала посмотреть, как люди работают. Много времени я на это тратить не буду.

Команда у меня есть. Но выдергивать людей из Винницы, чтобы мне было комфортно работать, я не стану. В министерстве должны работать люди, понимающие, чем занимаются, и с опытом работы. Желательно - имеющих практику в регионах. С моей точки зрения, главная задача любого министерства как центрального органа исполнительной власти - это законотворческая работа, регулирующая отрасль.

- Под крылом министерства - Департамент по усыновлению и защите прав детей. Насколько вы в теме?

- В силу занимаемой должности я возглавлял комиссию по делам детей и вникал в работу соответствующей службы. Здесь непочатый край работы. Если мы видим, что родители не исполняют своих обязанностей по отношению к детям, то решения следует принимать быстро и четко. Тогда у нас будет гораздо меньше проблем и с неблагополучными семьями, и с тем, чтобы дети росли в нормальных семьях.

- Но для этого нужен институт социальных работников, который пару лет назад был фактически ликвидирован...

- И я считаю, это было правильно. Это были не работники органов соцзащиты. Они были приданы к центрам соцслужб для семьи, детей и молодежи. С непонятным статусом, но с понятными лично мне функциями - как бесплатные работники на выборах для ПР. Никакой практической пользы от этих людей (я говорю о Виннице) не было. И когда их ликвидировали, лично у меня сожалений не было. Это абсолютный миф о том, что система соцзащиты что-то потеряла.

- Кто же тогда должен выявлять те самые неблагополучные семьи вовремя, и что-то делать с детьми?

- Сил, имеющихся сегодня в центрах соцслужб для семьи, детей и молодежи, в службах по делам детей, для этого вполне достаточно.

Не переживайте. У меня много недостатков, но я хороший чиновник. Вы в этом убедитесь. Вам за меня стыдно не будет. Обещаю.